Почему тогда Бесчлин так хвастался этим проклинателем и грозился ужасной карой? Я думал, что Гумалину сильно повезло стать трезвенником, а обычно маятник выкидывает фокусы более летальные.
Но реакция всё же следует. У правого дроу резко спадает с головы капюшон, и он падает на колени, схватившись за уши, которые резко распухли до размера слоновьих. Причем рост органов причиняет ему огромную боль. Да и меняются не только уши: он целиком обращается в какого-то мерзкого огра. Вываливается пивной живот, тело пухнет как на дрожжах, одежда рвется.
— Мое лицо! — визжит он как резаный. — Моя красота! Мои непостижимые черные кудри! Р-Р-Р-Р-Р!!!
Мм, понятно. Похоже, парень нарцисс и сейчас лишился своего смазливого лица. Всё бы ничего, но почему огромный огр⁈ Лучше бы превратился в маленького карлика-гламхота!
Я отскакиваю от рычащей монументальной туши, а то она как раз махает лапищами. От такого удара даже в доспехе придется несладко. В это время третий дроу вдруг взлетает к потолку, а потом его словно за веревку уносит сквозь окно и, разбив раму, дальше куда-то в небо. Удаляющийся крик всё проясняет:
— Нет! Нет! Только не так высоко! Только не вверх! Всё что угодно, только не…!
Понятно, исполнился страх высоты. Интересно, ему понравится в стратосфере? А Гумалину-то, оказывается, еще как повезло с фобией! Подумаешь, какая-то трезвость! Участь стать спутником Земли менее приятна.
— Р-Р-Р-А! — потерявший разум огр кидается на меня, но выпущенный навстречу Каменный ливень отшвыривает тушу к стене.
Артефакты не уберегают бывшего дроу, видимо, потому что они остались на полу вместе с лохмотьями одежды, поэтому я спокойно активирую Голод Тьмы, и монстр пропадает в скрежещем невидимыми стальными зубьями темном облаке. Сам же кидаюсь к Наггеру. Тот, не вставая отползает от угла, серое лицо напуганное. Я бросаю недоуменный взгляд в темный угол: непонятно, чего он испугался, пусто же! Ну разве что откуда-то взялся маленький паучок….Секундочку!
— Значит, ты боишься пауков? — усмехаюсь под шлемом. — Как неожиданно!
Услышав мой голос, Наггер вскакивает, и тут же принимает лицом фаербол. Вспыхивает серое силовое поле, но я не отчаиваюсь и обрушиваю Голод Тьмы, а затем еще и Каменным ливнем добавляю. Дроу остался один и можно не жалеть сил.
Благодярая энергозрению я вижу, как сгорают защитные артефакты Наггера. Но он всё равно переживает атаки, окутавшись синим пламенем. Что это за субстанция, мне непонятно. Не огонь точно. Но зачем гадать? Сейчас узнаем.
Техники заканчиваются, а Наггер остается практически невредимым. Но своего я добился — защитные артефакты обесточились. Теперь Ночника защищает только доспех из синего огня. Осталось сорвать антпсионическую побрякушку, и мозг дроу откроется. Я решил рискнуть и получить этого остроухого в свою Коллекцию. Почему? Потому что, кажется, я знаю как его контролировать.
С пси-клинком в одной руке и Каменным топором в другой я набрасываюсь на дроу. Он еще не отошел от дальних атак, поэтому не успевает защититься. Удар за ударом обрушивается на синий доспех, причем при каждом столкновений я чувствую странную отдачу в своем теле, некое онемение, но продолжаю бить. Забавный Дар.
Доспех вдруг слетает, Наггер падает навзничь. Резко сажусь на одно колено и, отбросив Каменный топор, срываю с ворота плаща антипсионическую бляху. Готово.
«Дорогой гость, — проносится в голове Ночника. — Вот тебе мой подарок».
В открывшийся разум я вкачиваю десятки однотипных иллюзий. Над образами ни капли не раздумываю. Однотипный шаблон. Ломтик хорошо постарался, и теперь мы знаем, что главный Ночник до жути боится одних восьминогих малявок.
— Пауки! — вскрикивает Наггер, пытаясь отползти, но сил у него уже не осталось. Он бешено крутит головой. — А-а-а! Они повсюду!
Паника дроу дает мне шанс накрепко вцепиться в его сознание ментальными щупами, а затем нырнуть вместе с ним в Астрал. В один миг мы оказываемся в белом тумане — на ногах, друг против друга. Наггер оглядывается по сторонам затравленным взглядом.
— Пауки исчезли, — выдыхает с облегчением. В отличие от насекомых психическое измерение его, видимо, совсем не волнует.
— Ты про этих? — я вскидываю руку, и рядом с дроу возникают иллюзии огромных пауков размером с лошадь.
Взвизгнув, Наггер прячется за мою спину и дрожит всем телом. Я усмехаюсь. Ну надо же. Кто бы мог подумать, что опытный маг-убийца будет панически бояться каких-то пауков. Зато этот страх дает мне ключ для контроля Наггера. Не будь он арахнофобом, я бы и не рискнул добавлять столь непредсказуемого мага в Коллекцию.
Я развеиваю иллюзии и оборачиваюсь к дроу.
— Теперь ты мой легионер, остроухий. Так что можешь расслабиться — пугать без нужды я тебя не собираюсь.
Наггер смотрит на меня, вылупив глаза, но каким-то чудом понимает сказанное.
— Проклятые боги! — хватается он за волосы. — Ты — ментальный пленитель!
— Ну типа того, — я с любопытством смотрю на новобранца. В Астрале мы с ним разговариваем по телепатической связи, то есть мыслями, а не голосами. Переговорный амулет нужен только в реальном мире. Но теперь благодаря знаниям дроу я могу выучить язык Той Стороны и спокойно разговаривать с иномирцами без побрякушек. Впрочем, лингвистика подождет. — Не расскажешь, что у тебя за Дар?
Ничего не мешает мне взять сведения напрямую из его головы, но пора потихоньку начинать налаживать взаимодействие.
Ночник молчит, сжав кулаки и сжигая меня яростным взглядом.
— Наггер, ты соскучился по паукам? — любезно уточняю.
— Магия смерти, — поспешно отвечает дроу, еще не отойдя от шока. — И раз теперь я в твоем теле, то сразу предупрежу: даже не думай ею обладать, человек. Смертное тело не выдержит близости с некротикой.
— Подожди, ты говоришь не про некромантию? — приподнимаю брови.
— Нет, человек, — раздраженно рычит дроу. — Не путай поднятие мертвецов с истинной магией смерти. Некроманты жалкие слабаки, а мы сильные и бесстрашные.
Ясно одно — надо разбираться, но потом.
— Настолько бесстрашные, что даже маленьких паучков не боитесь, а бравый маг смерти? — усмехаюсь.
Дроу морщится от стыда.
— Человек, это мой личный позор, здесь ты прав. Давным-давно я видел чудовище, чей ужасный облик навсегда запечатлелся в моей памяти, и даже слабые его отголоски в виде паучьих образов пугают меня до содрогания души.
Если переводить на человеческий: когда-то Наггер столкнулся с монстром-пауком, отсюда его арахнофобия.
— Ладно, вольно, легионер. Потом поговорим, — «выключаю» новобранца и возвращаюсь в реальность.
Еще не открыл
