шесть часов ада, два поменянных полностью забитых фильтра и слабость в ногах, но решимость в сердце. В тот момент, когда коммуникатор радостно пиликнул и ненадолго сменил красный цвет на оранжевый, я уже некоторое время не оглядывался назад, контролируя идущих за мной товарищей. Да, теперь я стал ведущим и, если они отстанут… что ж, значит такова их судьба.
Но, они не отстали. И когда коммуникатор уже уверенно горел предостерегающим оранжевым, периодически сменяясь на условно-безопасный желтый, я, наконец, остановился и обернулся. Пепел вокруг почти полностью отсутствовал, и я рискнул снять маску. Бессмертный император, насколько всё-таки восхитительным являлся, на самом деле, дурно пахнущий воздух мертвого мира!
Одни за другим, сняли маски и мои спутники. Но ни один из них не опустился на землю, хотя я отчетливо видел, что у Олега ноги тряслись мелкой дрожью от напряжения.
Я молча взял с пояса флягу, сделал два глотка, смочив пересохшее горло, а затем взглянул на коммуникатор, после чего сверился с бумажной картой.
— Идем еще полчаса, потом останавливаемся на ночёвку.
Два коротких кивка были мне ответом. Я кивнул в ответ и добавил.
— Идем без масок. Двигаемся.
Земля под ногами плавно поднималась вверх, горы были совсем близко, но и воздух становился всё чище и чище. Но, вместе с этим всё больше появлялось звуков живых существ, раздающихся со всех сторон. И знакомый вой шакалов был всего лишь одним из них…
Я остановился и поднял кулак. Вальтер и Олег замерли мгновенно. Это хорошо. Вопросов к Вальтеру у меня не было и раньше, а Олег, кажется, наконец начал вести себя как нужно.
Впереди, в неглубокой складке местности, что-то двигалось. Едва различимый силуэт стелился низко, почти прижимаясь к земле. Потом ещё один и еще… Шакалы.
Но что было странным, так это их количество. Это была не стая, не десяток «плюс», как обычно. Всего пятеро тварей шли не параллельно, не сопровождая, а пересекая наш маршрут.
— Вижу, — тихо сказал Вальтер.
— Не стреляем, — ответил я так же тихо. — Пока не подойдут ближе.
Мы стояли неподвижно, словно вросли в землю. Слабый ветерок тянул от нас к ним и это было плохо.
Один из шакалов остановился, поднял голову… и поймал запах.
Я почувствовал, как Олег рядом чуть напрягся. Его дыхание стало чаще. Даже без шипящих звуков маски я слышал его.
Шакал сделал шаг вперёд. Потом ещё.
— Командир… — едва слышно проговорил Олег.
— Стоять.
Если сейчас рванём прочь, то они погонят. Если покажем слабину, то они погонят. Скверна уважает только уверенность или силу, это я уже прекрасно понял. Стрелять сейчас? Рано, только распугаем, и они разбегутся по кустам, на которые постепенно сменились высокие деревья, что росли ранее на равнине.
И тогда они уже точно будут нас «вести», выбирая удобное время и место для удара, а впереди нас ждала ночь, плюс после утреннего боя и утомительного марша через зараженную зону, сил у нас оставалось не так уж и много. Нет, нужно решать этот вопрос здесь и сейчас!
Я шагнул вперёд сам. Медленно. И осознанно.
Стоящий впереди вожак оскалился и показал зубы. Отравленная слюна стекала по его клыкам на жухлую траву. Шерсть на загривке твари поднялась дыбом. Он чуть присел на задние лапы, готовясь к рывку.
Я активировал «Пробуждение инстинктов». На этот раз сигнал был чистым. Никакой глины с элериумом, ничего не мешало. Действительно, всего пятеро. Двое справа, двое слева, один чуть впереди — альфа.
— Если рванут, Вальтер, не жалей патронов, — тихо бросил я.
Шакал сделал ещё шаг. Я не отводил взгляд. Потом еще один, но на этот раз, как будто неуверенно. Он замер, прижавшись к земле и несколько долгих секунд мы просто смотрели друг другу в глаза.
У меня резко заслезились глаза, но я не моргнул. Я смотрел на него так же, как смотрел бы на человека. Не как на тварь, не как на зверя, а как на опасного противника.
Внутри больше не было страха и не было ярости. Даже боли уже не было. Всё, что могло перегореть — перегорело ещё там, в глине, вместе с Александром, а остаток вышло с потом в момент безумного рывка через зараженную зону. Осталось только что-то холодное и… мёртвое, чему уже ничего не страшно.
Если он рванёт вперед, я точно не отступлю. Не потому, что уверен в победе. Не потому, что рассчитываю на технику. Просто потому, что мне просто нужно идти дальше. А он мешает…
Я медленно перенёс вес тела вперёд. Не угрожая и не провоцируя. Просто показывая — шаг назад я делать не собираюсь. Одновременно я перекинул винтовку на ремне за спину и неторопливо достал из ножен «Gladius». Моё лицо само по себе растянулось в зловещей усмешке…
В голове не было ни расчётов, ни команд. Только одна простая мысль:
«Хочешь — иди. Я тебя порву. Голыми руками и зубами, если придется.»
Пальцы крепко сжали шершавую рукоятку короткого меча. В груди что-то как будто сдвинулось, что-то плотное и упругое. Не вспышка и не выброс. Скорее, образовалось едва заметное напряжение, как если бы внутри собиралась энергия…
И шакал это почувствовал. Его уши едва заметно дёрнулись. Хвост, до этого застывший горизонтально, опустился на несколько сантиметров. Он втянул воздух, медленно, осторожно принюхиваясь, как будто в воздухе что-то поменялось. Как будто изменился запах, исходящий от нас. Его глаза больше не горели жаждой крови, в них появилось сомнение.
Альфа недоумевающе фыркнул и огляделся, как будто «синхронизируя» себя с реальностью, в которой он сейчас «потерялся». Глазами он видел перед собой добычу. Уставшую, истощённую и готовую умереть.
Но при этом он не чувствовал добычу! Более того, он чувствовал, что это никакая не добыча, а вполне себе настоящая угроза! И это было для него непривычно.
Я сделал ещё полшага вперёд. Совсем чуть-чуть.
И в этот момент внутри меня напряжение спало. Осталась лишь звенящая пустота. Ни мыслей. Ни эмоций. Только прямое намерение идти дальше, несмотря ни на что и… готовность убивать. Одновременно я ощутил лёгкую боль в висках и поймал ощущение, что мир стал… чётче?
«Запомни это ощущение!» — мимолетным мгновением у меня в голове образовался Маршал, но после окончания фразы тут же бесследно исчез.
Альфа тихо рыкнул и… отступил. Один шаг, второй, третий… Остальные, недоуменно подвывая, синхронно развернулись и ушли в сторону, растворяясь в ржавом кустарнике. Вот только не для
