зачем тогда весь этот цирк с тем, чтобы спасти наши души и так далее? — спросил Кондрат.
— Может хотел выманить вас. Может считает себя действительно духом. А может артефакт у нас был не самый обычный.
— В плане? — нахмурился Рай.
— Мало ли чудес в этом мире, Рай. Может артефакт содержал частичку души. Звучит, как сказка, но… — он развёл руками. — Я не знаю. Без понятия, если честно, что произошло, пока мы были без сознания. Хотя странно, что Кондрат не поддался влиянию.
— Я был рядом с костром, — невозмутимо соврал он. — Возможно это помогло.
— Возможно… — не стал тот напирать.
Происшествия здесь и в деревне Уюг идентичны. Теперь они могут с уверенностью сказать, что произошло и куда делись все жители. Возможно, со сходом снега они даже смогут найти их тела. Это явно не просто катаклизм, а целенаправленное использование каких-то сил, а если точнее, то артефакта, который пропал с корабля. Единственное, пока нет доказательств, что это именно артефакт, хотя других вариантов не было.
Вопрос заключался в другом. Зачем, а главное кто это делает?
Про «зачем» можно предположить, что это всё испытания артефакта. А кто? Кому это выгодно? Колдунам? Может быть мэру? Криминальным элементам? Компаниям, которые здесь добывают полезные ископаемые? У всех есть мотив и возможности. И если криминальные элементы можно было отбросить в сторону, то остальные подходили как нельзя кстати.
— Что думаешь? — спросил Рай у Феликса.
— Да что думать-то, — вздохнул он. — С этим и так всё ясно. Кто-то использует артефакт, и пытался нас убить. Вопрос в том, как нам выбираться, без саней это будет сделать довольно сложно.
— Здесь несколько дней пути, — бросила Нутико взгляд вдаль. — Если пойдём налегке прямо сейчас, доберёмся до города до того, как пройдёт какая-нибудь буря.
— Без юрты, без провианта? — уточнил Рай.
— Возьмём всё, что можем унести без усилий, а там будем разбираться.
— Ночёвка? — спросил Кондрат.
— В снегу окапаемся, — ответила она. — Главное, возьмите спальники, если не хотите спать на голом снегу.
Глава 19
Три дня до города — не так много, чтобы не дойти, и не так мало, чтобы расслабиться.
Прежде чем бросить почти все свои вещи, Нутико сделала снегоступы из подручных материалов, ободрав оставшиеся сани. Немного непривычно, но возможность передвигаться, не проваливаясь по колено в снег, это полностью компенсировало. Было взято всё, что могло пригодиться в коротком переходе, включая оружие, после чего они выдвинулись в путь.
Радовало в этой ситуации лишь то, что после прошедшей бури новых не предвиделось. Застань она их сейчас, и живыми они уже точно не выберутся.
Про то, как они собирались ночевать, стало ясно только к ночи, когда Нутико достала походную лопатку. Она минут пять ходила по округе, пока не остановилась около сугроба, и Кондрат понял, что она хочет сделать. Это заняло около часа, однако вскоре была готова нора, полностью укрытая от ветров, где они вчетвером вполне могли разместиться.
Кондрат вспомнил невольно детство, когда ещё ребёнком они строили такие норы во дворе в сугробах и ему было интересно, каково в там ночевать. Что ж, шанс проверить представился, и, если признаться честно, сначала было прохладно. Но не так холодно, как спать на улице под иногда налетающим ветром. А со временем, когда они сбились в кучу, подложив под спальники всё, что было, стало и вовсе даже жарко.
Рай и Феликс недоверчиво подглядывали на заснеженный потолок и, чего уж греха таить, Кондрату тоже было не совсем уютно под толщей снега, который мог обвалиться, пока они спят, и похоронить под собой. Немного радовало, что всегда будет кто-то дежурить и сможет их разбудить до того, как их похоронит.
Но их не похоронило под снегом. Наутро они проснулись целыми, невредимыми и даже выспавшимися, после чего отправились дальше.
Конечно, идти и ехать через бесконечные снега было разными вещами. Всё ощущалось больше, масштабнее, бесконечное, то, что занимало около получаса на санях, они проходили за час и более. Совсем одни среди снегов…
Вторая ночь была такой же спокойной, как и первая, а переход таким же длинным и изматывающим. Единственной, кто двигался легко, будто его не тяготили все трудности перехода, Нутико. Она словно едва касалась снега, легко ступая там, где остальные порой проваливались. А вот на третью ночь ударили настоящие морозы, и даже в их импровизированном убежище было так холодно, что казалось, глазные яблоки превратятся в лёд.
— Надо раздеться, — произнесла Нутико, оглядываясь. — Иначе помёрзнем здесь все.
Она была единственной, кто не стучал зубами. Остальные, включая Кондрата, даже слова вымолвить не могли.
— Разд-д-деться? Изд-д-деваеш-шся? — прошипел Рай, кутаясь в свой спальник.
— Будем греться все вместе друг о друга, — ответила она. — Или предпочитаешь замёрзнуть здесь насмерть?
— Да б-бред-д-д… — пробормотал он.
— Он-на п-п-права, мы так в-в-в арм-мии грел-л-лись, — выдавил из себя Кондрат.
Рай недоверчиво посмотрел на него.
— Гол-л-лыми с-согрем-м-мся лучше?
— Друг о друга, — ответила раздражённо Нутико. — Если ты думаешь, что мне хочется, то сильно ошибаешься. Но жить мне хочется больше.
И в подтверждение своих слов она начала быстро раздеваться, скидывая с себя верхнюю одежду. Было видно, как её кожа бледнеет и покрывается мурашками, а иной раз пробегает дрожь, однако её это не останавливало. Она разделась вплоть лёгкой рубашки и штанов, прыгнув в спальник.
— Быстрее, блин! — рыкнула она. — Нижнюю одежду можете не снимать.
Они переглянулись и всё же подчинились. Трое промёрзших, они сразу нырнули к ней, укрывшись оставшимися спальниками и одеждой, завернувшись, как в кокон. И девушка оказалась права, вскоре они почувствовали долгожданное тепло, словно завернулись в очень тёплое одеяло.
— Кто попытается просунуть мне куда не следует руку, я отрежу член, — сразу предупредила девушка. — Я вас предупредила.
— Никто и не собирался, — фыркнул Рай. — Здесь не насильники собрались.
— Да рассказывай мне, имперец.
— Слушай, если вам приходилось встречаться с ублюдками, не означает, что здесь все такие. Мы их ненавидим в равной степени, как и вы.
— Да конечно!
— Слушай, мы ещё пререкаться здесь будем из-за этого? — спросил он.
— Я не пререкаюсь, — рыкнула она. — Имперцы приходят сюда, нападают на женщин, насилуют, а вы потом такие «а мы не при делах».
— Хорошо, — вздохнул он. — В вашем племени кто-нибудь пострадал от насилия?
— В нашем нет, но в других — да.
— В каких?
— В других, — буркнула она.
— В каких других? Ты точно можешь сказать?
— Мне подруга рассказывала, что у её знакомой сестра была знакома с одной девушкой, у которой мамину
