Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

На глазах у нее были слезы, и у Хильды тоже, когда обе увидели вдали движущуюся толпу.

«Это серьезное подкрепление, — подумала Хильда, — а у судьи всего двое людей. Но население деревни…»

Она все еще думала об этих двух убежавших лошадях. У нее сердце замирало от страха.

— Три на три, — сказала Ирья. — Ты слышала выстрелы?

— Нет.

«Господи, силы равны, но эти лошади беспокоят меня…»

— Баронесса, — сказала Хильда, всплеснув руками. — Я не могу больше сидеть здесь и волноваться!

— Я тоже. Поедем туда!

— Да, но я совершенно не умею ездить верхом. Меня удерживал в седле только страх. Я была как мешок с мукой, переваливающийся с боку на бок.

— Сядешь сзади меня, все будет хорошо!

Через некоторое время из Элистранда выехали женщины: Ирья с Хильдой позади себя, Габриэлла и Эли на своих конях. Лив же уехала навещать больных, даже не догадываясь, что происходит.

Хильду ужасно радовала эта родственная поддержка. Она чувствовала солидарность с ними, она тоже теперь была немного «своя»…

Маттиас… О, Господи, что с ним случилось?

Лицо Эли было бледным. У нее скоро свадьба, а тут конь Андреаса вернулся без седока…

Габриэлла думала: «Как там Калеб? Хорошо, что его конь не вернулся назад. Но есть ли гарантия, что с ним все в порядке?»

У Ирьи остался там ее единственный сын.

Они молча поднялись на холм. Отъехав достаточно далеко, так что внизу была видна соседняя деревня, они остановились.

Послеполуденное солнце окрашивало пейзаж в золотистый цвет. Были видны отдельные участки дороги, но людей нигде не было, хотя временами, то здесь, то там, слышались крики.

Они осторожно двинулись дальше.

У следующего поворота они встретили первую группу людей. Это были трое парней из Эйкебю, они стояли здесь на посту.

— Что случилось? — спросила Ирья.

— Вам не следует ехать дальше, — сказал один из ее племянников. — Похоже, что судья и его люди взяли Андреаса в качестве заложника и грозятся убить его, если кто-то подойдет близко.

— О, Господи! — вырвалось у Эли.

— А остальные? — спросила Габриэлла.

— Мы поняли, что все началось с того, что люди судьи столкнули Андреаса с коня. Наш Маттиас поспешил ему на помощь, но один из тех людей хлестнул лошадей так, что они понесли. Господин Калеб свалил одного из тех парней, но двое других схватили Андреаса и, приставив ему к горлу нож, скрылись все трое вместе с ним в лесу. Пока Маттиас пытался преследовать их, господин Калеб поскакал сюда и встретил нас. Теперь все разошлись по лесу, перекрыли все пути, чтобы попытаться освободить господина Андреаса. Но мы точно не знаем, где он теперь.

— А не мог ли судья добраться до своего дома? — тревожно спросила Хильда.

— Нет, господин Калеб выставил там надежную охрану.

— Неужели мы ничего не можем сделать? — огорченно произнесла Габриэлла.

— Думаю, что будет лучше всего, если вы подождете здесь, ваша Милость.

— Нам придется ждать не один час, пока приедут люди от пристава, — сказала Ирья. — Если они вообще приедут. Они же всегда на стороне судьи!

— Но не сейчас, когда речь идет об убийстве четырех женщин, — заметила Габриэлла.

— И одного палача, — добавила Хильда.

Они слезли с коней и остановились на обочине дороги, откуда открывался вид на равнину. Но видели только лес и соседнюю деревню возле реки. Солнце пекло им затылки, среди листвы жужжали насекомые, сверху доносились крики птиц.

Хильда села рядом с Габриэллой. Она не ела с самого утра, но не чувствовала голода — так была напряжена.

— Нам в Элистранде не хватает тебя, — сказала Габриэлла, единственная аристократка из присутствующих. В ее жилах смешалась кровь знатных Паладинов и Мейденов, князей Шварцбургов и Людей Льда. Ирья, Эли и Хильда были простого рода, но их дети могли стать Людьми Льда. У Ирьи был уже сын, Маттиас Мейден, а у остальных…

— Как у тебя дела с Маттиасом? — спросила Габриэлла.

Хильда очнулась от своих мыслей.

— У меня с Маттиасом?

Она так боялась, что больше не увидит его, что забыла обо всем на свете. Остальные были заняты своей беседой и не слышали ничего.

— Я… не знаю. Я действительно ничего не знаю.

— Но он так интересуется тобой.

— Да. Но здесь есть… определенные проблемы.

Габриэлла пристально посмотрела на нее. Они были примерно одного возраста, точнее, Хильда была на год старше маркграфини.

— Я всегда подозревала, что у моего двоюродного брата Маттиаса есть проблемы, — сказала Габриэлла. — Мне кажется, что человек не может быть таким безупречным, каким кажется.

Хильда опустила глаза.

— Не может…

— Проблемы в половой жизни?

— Мне бы не хотелось… — еле слышно произнесла Хильда.

— Его доверие к тебе от этого не пострадает, мы все давно уже догадываемся об этом, — Габриэлла положила свою маленькую, узкую ладонь на ее руку., — Только такие простоватые и недалекие люди, как Йеспер и его отец Клаус, не имели в этой области проблем, Хильда. У всякого мыслящего человека есть свои трудности. Бабушка Лив рассказывала мне о проблемах, которые были у нее с Дагом. Ирья ужасно боялась показывать свои кривые ноги. Сама же я вбила себе в голову, что меня никто не возьмет замуж из-за моей худобы. У моего брата Танкреда тоже были проблемы — хотя и более простого характера. Но труднее всего пришлось моим родителям, Александру и Сесилии. Танкред рассказывал мне об этом. Вот у кого были настоящие проблемы! Теперь же не найдешь другой такой же гармоничной пары. Ты создана для Маттиаса, ты справишься, Хильда.

Хильда кивнула, не осмеливаясь взглянуть на Габриэллу.

А та продолжала:

— Я не знаю, в чем состоит трудность, но ты должна попытаться поставить себя на его место. Не забывай, что Маттиас необычайно романтичен. Сделай так, чтобы это было для него прекрасным! Вот мой совет.

Хильда улыбнулась. У нее никогда не было подруги, с которой можно было поговорить, она не знала, до каких пределов можно быть откровенной, когда лучше промолчать. Но Габриэлла была доброй по природе, и когда она протягивала кому-то руку, ее невозможно было оттолкнуть.

— Спасибо, я запомню это, — сказала Хильда. — Просто мы немного не согласны друг с другом в одном: он хочет, чтобы я выходила замуж чистой и нетронутой. Я же считаю, что мы должны до свадьбы выяснить все, иначе мы можем испортить друг другу жизнь.

Габриэлла долго и пристально смотрела на нее.

— Думаю, что ты права, — наконец сказала она. — Попытайся убедить его в этом! И