Пари на дракона - Анастасия Милованова

– Да ладно? – Лери вздымает бровь. – После всех его собственнических замашек?

– Лери, я с ним три года в отношениях и знаю, каким он бывает. Его эти замашки начались только в присутствии драконов. Ильке просто нервничает. Защищает и защищается.

– Ладно-ладно, не злись. – Подруга миротворчески приподнимает руки и резко переводит тему. – В какую столовую пойдём?

– В главную, куда же ещё? – поддерживая такой поворот, произношу я. – Тем более сегодня там обещается знатное зрелище.

– Думаешь, Миллат всё же рискнёт прийти в платье альв? – хихикает Мирра, застёгивая форменную рубашку под горло.

– Ну не прятаться же ему до конца нашего тут пребывания? – пожимаю плечами я.

– Да кто этих драконов знает, – хмыкает Лери. – Вдруг у него случится какой-нибудь обязательный ритуал чистки чешуек, который займёт у него весь год? Или сколько мы тут будем пребывать, Мирра?

– Папа сказал, что на Илларию нам отведён семестр, потом отправимся в «Ворви-уш», а затем примем гостей в «Пацифаль», – задумчиво отвечает принцесса, критически разглядывая китель и собирая с него несуществующие соринки.

– Понятно, круговорот студентов в академической среде, – подытоживает Валейт. – Все гот…

– Вы готовы?!

В комнату, прошмыгнув под руками охранников, влетает Клеона. Драконица скользит на дверном коврике и, нелепо взмахнув руками, останавливается уже посреди спальни. Выглядит Бетье несколько необычно. Точнее, её образ прекрасно бы смотрелся в нашей академии, но никак не в консервативной Илларии.

А всё потому, что на Клеоне, помимо форменной рубашки и пиджака, надеты брюки. Такие же, как на мне и девочках, они подчёркивают её длинные и стройные ноги, а высокая посадка делает талию Бетье просто нереально узкой.

Тут к гадалке не ходи, реакция местных дракончиков на такое зрелище будет однозначной.

– Мы готовы, только к чему? – удивлённо оглядывая драконицу, интересуюсь я. – У вас новые стандарты формы?

– А? – еле отдышавшись, переспрашивает Клео, осматривает себя и резко выпаливает: – Вы не представляете, как давно я хотела носить брюки. Это же с ума сойти как удобно!

– Тебе за это не влетит? – с тревогой уточняет Мирра.

– Да даже если и влетит, то плевать, – легко отмахивается Бетье и хлопает в ладоши. – Так, бегом на завтрак, потом у нас несколько вводных лекций. Оказывается, специально под обменный курс собрали новую программу обучения, прикиньте?

– Ой, как занимательно! – с наигранной заинтересованностью бормочет Лери, поспешно выходя из спальни.

Похоже, излишняя энергичность Клео немного напрягает альву Ночи, и поэтому Валейт всё время старается держаться от Бетье на расстоянии.

Впрочем, я тоже. Пока мы идём в сторону главной столовой, Клео в пылу рассказа об утреннем сборе гусениц успевает пару раз съездить мне локтем и ладонью то по рёбрам, то по шее.

Поэтому я решаю отстать всего на шаг и добросовестно изображать свиту принцессы. Как и хихикающая Валейт. От охраны Мирра умудрилась отбиться, заставив их остаться на посту возле спальни. Но вот от молчаливого Кайриса принцесса отбрыкаться не смогла. Тень её отца непоколебима. В точности как и его воля: сказал защищать наследницу, значит, защищать.

Под щебет Клео мы продвигаемся по коридорам Илларии, и я замечаю странность. На каменных стенах вовсю переливаются те самые грибы-сетевики, одно из скоплений которых я так неловко оживила в первый день! Неужели скрытая в недрах замка грибница и впрямь очнулась ото сна?

– Ты чего хмуришься? – украдкой спрашивает меня Лери, отвечая вежливой улыбкой на вопросительный взгляд Клео.

– Посмотри, тут растут наши сетевики.

Я киваю на очередную гроздь, которая облюбовала высокий арочный проём, ведущий в центральный холл академии.

– Они ж засохнуть должны были сотню лет назад. – Валейт округляет глаза, а потом строго смотрит на меня. – Твоя работа?

– Угу, – бурчу я в ответ.

– Ты понимаешь, что драконы могут заинтересоваться, с чего это вдруг дремавшая столько лет грибница проснулась и что оживить её под силу только определённой альве?

Я искоса смотрю на Кайриса, молчаливой тенью следующего за нами. Валларс, кажется, больше заинтересован проходящими мимо студентами, чем нашим разговором. Но я буду идиоткой, если поведусь на эту обманчивую отстранённость. Тень всегда начеку.

– Потом поговорим, – обрываю разговор. – Тем более там какой-то беспредел творится.

Мы как раз выворачиваем на галерею, опоясывающую мозаичный холл. Внизу, там, где ещё недавно складировался багаж прибывших делегатов, обнаруживается большое количество студенток.

Приглядевшись, я понимаю, что тут, судя по возрасту, собраны представительницы разных курсов. Но большее недоумение у меня вызывает прохаживающаяся мимо их стройных рядов госпожа Бальвус.

– Поскольку в стенах нашей драгоценной Илларии появились разносчицы дурного вкуса и фривольности… – долетает до нас мерзкий визг.

– Это она про оборотней, что ли? – склонившись над периллами, предполагает Лери.

– Боюсь, что нет.

Клео отчего-то резко бледнеет, но с места не двигается. Беспомощно смотрит на нас, будто ждёт какой-то подсказки.

– …Поэтому с этого дня я усиливаю требование к форменной одежде студенток, – продолжает повизгивать завхоз. – Любая, кто наденет брюки, бриджи или, прости Всеединый, шорты, будет наказываться отработкой в лабораториях или инсектарии. Второе нарушение приведёт вас к отчислению! Всем ясно?!

На последних словах её голос переходит на ультразвук, от которого мы вчетвером морщимся, а мне на секунду чудится звон витражей, украшающих стены холла.

– Так точно, госпожа Бальвус, – доносится нестройное.

И я чётко слышу в этом протест. Похоже, местные студентки порядком замучились следовать идиотским правилам.

– Клео, мне очень жаль. – Мирра разворачивается к драконице и ласково гладит её по плечу.

Меня же, наоборот, выходка Бальвус выводит из себя. Кто она такая, чтобы ставить новые условия? Насколько я помню слова ректора, у них есть попечительский совет. Да и в конце концов, что за ущемление прав?

– Клео, я хоть и чужестранка и не могу лезть в ваши традиции, но тебе не кажется, что эта Жадми немного перебарщивает? Что плохого в брюках?

– Да, – поддерживает меня Лери. – Может быть, в прошлом некая соперница в брюках увела мужика у Буэльвус…

– Бальвус, – машинально поправляет Клео, а Валейт лишь отмахивается.

– Неважно. Я о другом. Почему вы должны страдать из-за навязанных другими правил и принципов, смысла в которых никакого нет?

Мы втроём смотрим на Бетье. Драконица переводит взгляд, полный робости, с Мирры на Лери и останавливается на мне.

– Клео, это не тот запрет, выполнение которого спасёт тебе жизнь. Ношение брюк – это твоё право. Ваше с девочками право.

С каждым сказанным мною словом глаза драконицы всё больше разгораются святой уверенностью в своих силах.

– Точно! – с энтузиазмом выдыхает она. – Я могу сама решать, что мне носить и как себя вести. Спасибо, девочки!

И не дожидаясь нас, Бетье припускает по ступенькам