— Я пришёл посмотреть на ничтожество, вставшее против воли Великого вождя всех орков и оставшихся народов. Хорошо тебе сидится в клетке, предатель? — с каждым словом хотелось вырвать себе язык и бросить его в бурлящую магму. Но я продолжил, — Твой протест ни к чему не приведёт, Фенрин нашёл тебе замену – это я. Я закончу твой труд и отыщу способ поиска величественных артефактов, что сделают моего Вождя ещё могущественнее, — самое время закинуть удочку, — Твой способ поиска с помощью оранжевого кристалла меня заинтересовал. Лишь на секунду глаза Арлекина переменились.
— Тридцать один, двенадцать, неизвестно.
— Так что слушай, червь. Если ты раскроешь мне способ, как искать другие артефакты, я поговорю с Фенрином и, возможно, он будет меньше над тобой издеваться. Знаешь, как говорили у меня на родине? — тогда я набрал воздуха в грудь и прошипел колыбельную, но так, словно это угроза, — Ноэль лимана кина лин, ди мони Мама сталик рим. Что значит – от виновного отвернётся даже мать родная!
Я пнул по толстому и ржавому основанию клетки, от чего та зазвенела. Арлекин, испугавшись, упал на спину и весь затрясся. Он пыхтел и извивался, демонстрируя мне шрамы на теле.
— Говори, сука, последний ингредиент! — крикнул я, а затем услышал смешок охранника.
Я выдохнул – охранник ничего не понял, хотя, знай он эльфийский, я бы мог уже делить с Арлекином клетку. Я тяжело вдохнул – Арлекин испугался моего крика. Сжался ещё сильнее.
— Тридцать один, двенадцать, неизвестно. Тридцать один, двенадцать, неизвестно. Буревестник.
А затем он и вовсе зарычал, стал биться головой о камень. И он всё повторял: «Тридцать один, двенадцать, неизвестно. Тридцать один, двенадцать, неизвестно.»
Я пытался с ним поговорить, объяснить, что я друг – но тщетно. Тогда демонстративно плюнул и развернулся, возненавидев себя.
Тридцать один, двенадцать, неизвестно. Буревестник. Есть ли в этом смысл или это бред сумасшедшего человека?
Пока я возвращался в свою комнату, я неустанно повторял его слова. Пока я лежал на кровати, я неустанно повторял его слова. Даже когда на меня напала слабость, и я сдавался сну, я неустанно повторял его слова.
Тридцать один, двенадцать, неизвестно. Буревестник.
Единственное, что мне известно про «Буревестник» – так звали одного короля, что однажды выковал неразрушимую броню, пошёл войной на города дальних земель, а затем был побеждён деревенским друидом. Сказка – не более.
Восстание и воссоединение
Около часа мы неподвижно сидели у костра, точнее – того, что от костра осталось. Большая часть отряда восстания уже пробудилась от крепкого сна. Оставшихся вскоре разбудил Апекс. Все делалось без слов. Он просто подходил и трогал за плечо. Все всё понимали.
Все молча собрались, разобрали лагерь, напоследок взглянули на дышащий жизнью лес, затем разошлись по своим группам.
Мы с Апексом шли впереди всех, попутно высматривая разведчиков Фенрина. Солнце освещало нам путь, а весёлые птицы словно вели нас своим пением.
— Знаешь, — вдруг сказал Апекс, — я хочу уничтожить корону.
Я осторожно перевела взгляд на него.
— Она стала первопричиной многих смертей. Может, даже оркам
