Джордж Мартин - Башня из пепла (сборник)

Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 211

Ледяные драконы стали часто появляться в фэнтезийных романах и играх примерно через двадцать с лишним лет после того, как я написал «Ледяного дракона», но я верю, что мой дракон был первым. Большинство из других ледяных драконов были белыми существами, живущими в холодном климате, а вот дракон, сделанный изо льда, который выдыхает холод вместо пламени, насколько мне известно, остается уникальным — таков мой личный вклад в фэнтезийный бестиарий.

«В Потерянных землях» первый раз появился в антологии «Амазонки», под редакцией Джессики Аманды Салмонсон, издательство «Доу». («Как она умудрилась получить от вас рассказ?» — раздраженно спросил меня другой редактор после того, как книга вышла. «Что ж, — ответил я, — она меня попросила».) Как и «Одинокие песни Ларена Дорра», он должен был открывать целую серию. Позднее я даже написал несколько страниц продолжения под названием «Сморщенная рука», но, как это часто со мной случается, так его и не закончил. Ну а до тех пор, как я вернусь к нему (если до этого вообще дойдет дело), «В Потерянных землях» будет оставаться еще одним примером моих патентованных серий, состоящих из одного рассказа.

Можно еще упомянуть, что написать «В Потерянных землях» меня вдохновила песня. Какая? Не хочется раскрывать секрет. Впрочем, мне это кажется очевидным. А подсказка заключена в первой строке — это для тех, кто любит разгадывать подобные тайны.

Шарра и Ларен Дорр, Адара и ее ледяной дракон, Серая Элис, Бойс и Синий Джерайс… каждый по отдельности и все вместе являются наследниками Черепашьего замка, предками «Льда и огня». Эта книга была бы без них неполной.

Почему я люблю фэнтези? Разрешите ответить вам отрывком, который я написал в 1996 году, сопровождавшим мой портрет в книге фотографий Пати Перрет «Лица фэнтези».

«Лучшая фэнтези написана на языке снов. Она жива, пока живы сны, она реальнее настоящей жизни — во всяком случае на мгновения. Ее можно сравнить с тем долгим волшебным моментом, который бывает перед пробуждением.

Фэнтези — серебро и багрянец, индиго и лазурь, обсидиан с прожилками золота и лазурита. А реальность — это фанера и пластик, окрашенные в грязно-коричневые и желтовато-зеленые тона. Фэнтези имеет вкус хабанеры и меда, корицы и гвоздики, превосходного красного мяса и вина, сладкого, словно лето. Реальность — это бобы и тофу, а в конечном итоге — прах; это бесконечные магазины Бербанка, дымовые трубы Кливленда, парковки Ньюарка. А фэнтези сравнима с башнями Минас Тирита, древними камнями Горменгаста, залами Каме, гота. Фэнтези летает с помощью крыльев Икара, а реальность воспользуется Юго-Западными авиалиниями. Почему наши мечты оказываются такими маленькими и скромными, когда исполняются?

По-моему, мы читаем фэнтези, чтобы вернуть утраченные краски, ощутить вкус пряностей и услышать песню сирен. Есть нечто древнее и истинное в фэнтези, затрагивающее глубокие струны в наших душах. Фэнтези обращается к спрятанному глубоко в нас ребенку, который мечтает, что будет охотиться в ночных лесах, пировать у подножия гор и найдет любовь, которая будет длиться вечно где-то к югу от Оз и к северу от Шангри-Ла.

У фэнтези есть их небеса. Когда я умру, то отправлюсь в Средиземье».