Почему-то Бреган то и дело представлял, что ячейка окажется пустой, что Дрейфи как-то смог увести груз прямо у него из-под носа. Звякнули ключи. Застонал металл. Офицер осветил лампой пятьдесят шестую ячейку. Ящики, которые разгружали на глазах Брегана, аккуратным штабелем стояли посреди комнаты.
Гравий захрустел под шагами полдесятка сапог, и отряд Брегана вырос за его спиной.
– Приказы, сэр? – спросил один.
– Конфискуем эти ящики, – сказал Бреган. – Но сначала я их открою. Вы стойте здесь. Если что-то случится, идите сразу к комиссару.
Один из молодых полицейских нервно сверкнул глазами:
– Сэр?
Бреган схватил с крюка на стене гвоздодер и взял у офицера лампу. Если Дрейфи знал, что они придут, то мог подготовить ловушку. И Бреган не хотел, чтобы пострадал кто-то еще.
Он медленно зашел в ячейку, обвел пистолетом каждый угол. Никого. Поставив лампу, он легонько ощупал края первого ящика, всадил гвоздодер под крышку и оторвал ее. В ушах зазвенело.
Новенькие пистолеты.
Десятки. В новом, свободном Луисонне существовала только одна причина, по которой Дрейфи могло понадобиться такое оружие. Если он не выиграет выборы – а может, вне зависимости от выборов, – этот гад собирался захватить острова силой.
– Открывайте остальные.
Полицейские разворотили остаток ящиков. Еще больше пистолетов. Дробовики.
Костяшки Брегана побелели на краю последнего ящика. Он смотрел на аккуратные пакетики с порохом, о котором слышал лишь истории от бунтарей с северного континента. Взрывчатка. Та, которой пользовались шахтеры на материке. Которая могла рвать на части камень и фундамент зданий, могла накромсать человека на ленточки. Реформисты такую заполучить не смогли, даже несмотря на поддержку барона Хулея.
Проклятье, Дрейфи, да что же ты творишь?
– Это для кого-то из политиков?
Бреган подскочил. Принимающий офицер подошел к нему со спины. Судя по всему, Бреган свои мысли озвучил вслух, потому что старик стремительно бледнел.
– Разберемся, – пообещал Бреган и помахал остальным. – Пакуйте все ящики в комнате. Пометьте, где что, пересчитайте и закройте в штабе как доказательства. – Он развернулся к принимающему офицеру. – Остальные документы.
Старик прищурился, глядя на него с пугливым, черным любопытством, словно на мертвого или умирающего, а потом протянул ему стопку квитанций.
– Вот обычные квитанции, и вот еще нашел. – Он положил сверху маленький конверт. – Должен был отдать тому, кто заплатит.
Красная печать была тонкой и чистой. В углу конверта кто-то подписал: «Для забирающих». Других меток на конверте не было.
Бреган жестом попросил одного из полицейских поднести ближе лампу и разорвал конверт одной рукой. Просмотрел содержимое, немедленно перечитал его заново. На третий раз пришло понимание, и остров разверзся под его ногами.
Пистолеты указывали на нападение… но это?
Это подтверждало захват власти.
Сцена пятьдесят первая
Фирин
Сейчас
Храм гудел звуками метаморфоз. Западный коридор был забит нанятыми портными. В кухне толпились повара. В главном зале стучали десятки молотков, словно сердцебиение. Рабочие суетились на сцене, среди скамей, на балконах, словно муравьи, – чинили и полировали все здание до блеска. В самом центре этой какофонии Лука и Джаари морщились, пытаясь репетировать с новыми музыкантами.
Барон выполнил свои обещания. После обеда он наполнил карманы «Тайных Игроков», а следом к нему присоединилась еще парочка спонсоров. Теперь у нас было достаточно денег, чтобы преобразить не только спектакль и сцену, но и весь храм. Если премьера пройдет успешно, труппа могла плавать в таких деньгах постоянно.
Шныряя между рядами, я искала Брегана.
– Жак? – Я вскочила на сцену, где наш дизайнер декораций наносил последний слой краски на искусственный пиратский корабль. – Брегана не видел?
Найф он был нужен на примерку костюма, а я нигде не могла его найти. В комнату он прошлой ночью не вернулся, а днем мы с ним толком не разговаривали вне репетиций.
Было видно, что он не понимает моего молчания. Он ускользал все дальше от меня, отступал, словно ночной отлив. Но у меня не было выбора. Еще несколько дней, и я смогу перекрыть свой шрам, свалю свое поведение на нервы перед постановкой и наконец-то отдамся ему так, как он того заслуживает.
Жак покачал головой, сосредоточившись на краске. Вместе с Лукой и еще несколькими другими он немного сторонился меня с момента анонса «Куна и Инсеи». Всех раздирало между принятием благословенной поддержки барона Хулея и желанием винить меня за то, что теперь они застряли на политической стороне, которую не поддерживали. Но когда все закончится и они будут купаться в деньгах, то тогда все поймут, что мы поступили правильно.
– Не видел, – сказал Жак наконец. – Но про него сегодня в газете писали. – Он показал подбородком на «Вестник Луисонна», сложенный на скамье.
Я прочитала первую полосу.
СОВЕТНИКУ ДРЕЙФИ ПРЕДЪЯВЛЕНО ОБВИНЕНИЕ В ИЗМЕНЕ
Прошлой ночью главный инспектор Бреган Нимсаирт обнаружил на территории Пальцев и конфисковал нелегальную поставку оружия и взрывчатки, адресованную членам предвыборной кампании советника Тома Дрейфи.
«У нас есть доказательства, что Том Дрейфи сотрудничает с лидерами бывшего ставского режима и агентами нодтактов, – сказал Нимсаирт. – Есть опасение, что мы только что накрыли попытку совершить переворот и вернуть власть обратно в руки…»
– А вот и он, – сказал Жак.
Я подскочила. Бреган брел по среднему проходу, убрав руки глубоко в карманы. Я снова посмотрела на газету. Вернуть ставский режим? Все их лидеры были мертвы. Ворставская империя трещала по швам. Это же было невозможно, разве нет? В животе все перевернулось, словно меня столкнули со скалы. Сколько еще нодтактов сбежало с островов Икет? Я никогда не показывала настоящее лицо никому, кроме отца и Эзнура, и они оба были мертвы. Но если Хулей объявит на нас охоту, прятаться станет сложнее.
Я поймала взгляд Мезуи, стоявшей в задней части храма. Поджав губы, она покосилась на газету в моей руке. Сердце пропустило удар. Она бы не стала меня сдавать, ведь верно же? Я была ей нужна. Пока что.
Бреган вскочил на сцену.
Я встретила его сразу на краю:
– Что вчера случилось?
– Эй, можем поговорить? – спросил он, проходя к Жаку, словно меня здесь и не было.
– Это что такое? – Я протянула к нему газету. – Дрейфи работал с нодтактами?
– Разобрались уже. – Он даже не смотрел на меня. – Жак?
Со всех сторон летели любопытные взгляды. Рабочие в рядах превратились в наших зрителей. Краска капала с кисточки на рабочий фартук Жака. Он замешкался.
– Может, вам стоит…
– Бреган, – встряла я, вставая между ними. – Что случилось?
Он нырнул в дверцу, ведущую за кулисы.
– Поговори со
