Я вышел и пошагал обратно к дому Хейзел. Держась в тени подъездной дорожки, я прошёл вдоль дома и легонько постучал в дверь кухни.
Я услышал шорох и приближающиеся шаги босых ног. Дверная ручка пошевелилась, затем затряслась.
— Заперто, — окликнул я.
— Кэм?
— Просто поверни эту штуку.
— Я умею отпирать двери, — проворчала она за мгновение до того, как дверь распахнулась.
— Пресвятой ад. Награди девушку сердечным приступом, почему бы и нет? — сказала Хейзел, хлопнув себя по груди свободной рукой. В другой руке она держала ножку от банкетки для пианино.
— Тебе надо установить охранную систему и обзавестись оружием получше, — я проскользнул мимо неё в строительную зону, которая когда-то считалась её кухней.
— Ты что тут делаешь? Тебе же рано вставать?
Правда заключалась в том, что я не знал, какого чёрта я тут делаю. Вот только мы только что занялись лучшим сексом в моей жизни, а я остался неудовлетворённым. Моё тело было счастливо, но вот остальные части казались недовольными.
— Твоя идея перекусов застряла у меня в голове, — соврал я.
— Ты пришёл в нужное место. Иди за мной, — сказала она, показывая деревянной ножкой.
Кухню всю содрали до брусьев и подпольного слоя. Трубы и электрическая проводка выглядели качественно. Но это была одна из тех малозаметных стадий улучшения, которые сложно оценить невооружённым взглядом.
— Я знаю, сейчас всё выглядит не очень, но оно того стоит, — пообещал я ей.
— Да, слушай. Я всё хотела с тобой поговорить, — она скрестила руки, встав в центре комнаты.
Ой-ёй. Когда такое предложение слетало с языка женщины, ничем хорошим это не заканчивалось. Внезапно я пожалел, что заявился без приглашения.
— Нам понадобится выпить перед этим разговором? — спросил я.
Она улыбнулась и покачала головой. Её хвостик сползал вниз, из него выбились длинные пряди. Волосы после секса.
— Синие, — объявила она.
Что, бл*дь, синие? Мои яйца? Цветочки? Те мультяшные щеночки, которых все обожают?
— Не хочешь пояснить?
— Я думаю, я хочу синие шкафчики. Тёмно-синие. Я знаю, что мы уже запланировали белые, — быстро сказала она. — Но если честно, ты сам виноват. Это ты прислал мне варианты фурнитуры, и я не могу перестать думать о том матово-золотом варианте. Который изумительно смотрелся бы с синим. И я думаю, столешницы и фартук можно оставить прежние.
— Синие, говоришь?
Она прикусила губу.
— Ты думаешь, это будет смотреться глупо.
— Я понимаю, что ты зарабатываешь этим на жизнь, но может, тебе стоит перестать додумывать за меня, что я скажу, — предложил я.
— Прости. Пожалуйста, скажи мне своё честное мнение о тёмно-синих шкафчиках.
— Здесь?
— Нет. На подъездной дорожке. Естественно здесь, — раздосадованно сказала она.
Я пожал плечами и окинул комнату взглядом.
— Думаю, они подойдут.
— Да? — переспросила она.
Я кивнул.
— Более интересный вариант. И грязь будет менее заметна. Ты всегда можешь сделать кухонный островок белым или древесным для контраста. Может, из серой древесины, чтобы перекликалось с прожилками кварца, — я мог это себе представить, и это смотрелось... хорошо.
— Очень сложно будет поменять цвет краски? — спросила она.
— Шкафчики доводят до ума на месте. Команде просто нужно будет принести с собой нужный цвет.
Хейзел пританцовывала на носочках.
— Окей! Давай сделаем это. О Господи. Это будет изумительно. Возможно, здесь я реально научусь готовить. Пошли. Ты заслужил перекус.
— Ты не можешь ходить тут босиком, Проблема, — сказал я, пока она вела меня в коридор.
— Я не думала, что мне придётся пройти через зону активного ремонта, чтобы впустить моего тайного секс-партнёра.
— Просто надевай обувь, ладно? Я не хочу, чтобы тебе гвоздь в ногу воткнулся.
— Слушаюсь, сэр, — энергично отозвалась она, сворачивая в столовую. Она превратилась в своего рода временную кухню с холодильником в углу, а также микроволновкой и плиткой на складном столике у стены.
— Снова чипсы с соусом, попкорн с белым чеддером, ну или я чисто случайно купила поднос закусок из сыра и мяса на случай, если мы снова займёмся сексом и понадобится более существенный перекус.
Эта женщина понятия не имела, как аппетитно она выглядела. Я посмотрел за неё на длинную пустую стену, прилегавшую к кухне.
— Мясо и сыр. И раз уж я буду подавать заявки, у меня тут была одна мысль.
— Я вся во внимании, — сказала Хейзел, открывая дверь холодильника.
— Эта стена, — я кивнул на стену, которая прилегала к кухне.
— Ты думал о моей стене, — сказала она, и её тон показался забавляющимся. Она поставила затянутый плёнкой поднос с мясом и сыром на столик рядом с плиткой.
— Ты же оставишь эту комнату как свою официальную столовую, верно?
— Таков план.
— Тут нет места для хранения. Но есть эта здоровенная стена, которая ничего не делает, — продолжал я.
— Я полагаю, она поддерживает дом или типа того.
— Встроенная зона. Ряд невысоких шкафчиков со столешницей по всей их протяжённости. А сверху книжные полки до самого потолка.
Её глаза широко распахнулись и сделались ошеломлёнными.
— Вау.
— Можешь сделать центр выступающим и использовать в качестве бара. Может, повесить какую-то картину или большое зеркало в центре.
Мы оба какое-то время смотрели на большую пустую стену.
— Так ты хорош не только в сексе, ты хорош ещё и в своей работе, — сказала она наконец.
Снова это слово.
— Я превосходен во всём, — поправил я.
Она кивала, но не мне, а стене.
— Я могу это представить. Место для хранения сервировочной посуды и скатертей по бокам. Барные бокалы и бутылки в центре. И книжные полки.
— У тебя есть библиотека, но я посчитал, что ты не захочешь втискивать все свои книги туда.
— Я же автор. А значит, мне надо поддерживать репутацию, — пошутила она, всё ещё глядя на стену. — Покрасить или покрыть морилкой?
— Здесь? Морилка. Подогнать по цвету под плинтусы. Это же официальная столовая, можно и выдержать тему.
— Проклятье, Кэм. Теперь я хочу это.
— Я набросаю смету. Но осторожно, сумма может оказаться больше, чем ты ожидаешь, — предупредил я.
— Ну, перед сексом ты сказал то же самое, и смотри как всё обернулось.
Хорошо. Что ж. Эта женщина решительно настроилась оценить меня на один балл выше «нормально», и мы все знали, что это на один балл лучше полной херни.
— Теперь я не могу представить комнату без этого, — пожаловалась она. — У тебя припасены ещё какие-то дорогостоящие идеи?
Я усмехнулся.
— Всего одна или две.
Мы взяли с собой перекусы и пару бутылок пива. Я показал ей место под лестницей, которое послужит хорошим местом для хранения чистящих средств и принадлежностей для уборки — перемена, которая казалась логичной и не влетит в копеечку, не считая гипсовых панелей, полок и двери.
— Проклятье, Кэм. Ещё какие-то гениальные идеи?
— Твой стол.
Она покачала головой, отчего её хвостик колыхнулся из стороны в сторону.
— Я даже слушать не хочу.
— Решать тебе, — я отпил глоток пива и выждал мгновение.
— Ладно. Скажи мне.
Я повёл её в кабинет и включил свет. У неё тут всё ещё стояли коробки с книгами, занимавшие место на полу. Я показал на дерьмовый стол, за которым она работала.
— Эта штука — просто преступление.
— Он выполняет свою задачу. И он довольно крепкий, как ты помнишь, — она похлопала по столешнице.
Я покачал головой.
— Тебе нужно что-то сделанное на заказ, изогнутое под форму окна за тобой. Не какой-то здоровенный стол для директора. Может, что-то более простое, например, с деревянной столешницей и металлическими ножками. Это даст тебе больше пространства под ним, поскольку когда ты пишешь, ты выглядишь так, будто воюешь с аллигатором.
— Неправда, — оскорблённо возмутилась она.
— Да всё твоё тело как будто воплощает то, что ты пишешь. Кроме того, ты можешь сделать библиотечный стол в таком же стиле, — сказал я, показывая на другую стену. — И ещё место останется для небольшого дивана или пары кресел перед камином.
