близок, любимая, — хрипло отвечает он, сильнее нарастая свой темп.
Я понимаю, что больше не могу.
И улетаю от оргазма.
Закрыв глаза, громко стону, пока сладко сокращаются мои мышцы, даря невообразимое удовольствие. Макс стонет в ответ и изливается в меня, отчего я чувствую внутри себя пульсацию его члена. Затем он наваливается на меня всем телом, и наши дыхания смешиваются, прерываясь короткими поцелуями. Мы не двигаемся, наслаждаясь интимным моментом уединения. Мне так хорошо, что я бы осталась лежать вот так навсегда. Приятная истома наполняет мое тело, и понимание того, что теперь нужно привести себя в порядок, вызывает слабый протест. Не хочу терять тепло, исходящее от него. Свяжите меня с ним, умоляю!
— Таня, — шепчет Макс.
— М? — Улыбка появляется на моих губах.
— Посмотри на меня, — просит он, и я тут же подчиняюсь.
Этот взгляд… Ох, его взгляд говорит мне о многом. В нем столько эмоций, что я беззастенчиво тону в них, не боясь сгинуть, словно в водах темного мирового океана.
— Я люблю тебя, Максим. Это осознание пришло не сразу, но то, что чувствую к тебе… оно сильнее всего, что мне удавалось испытывать ранее. — На мои глаза наворачиваются слезы.
— Не надо. Не плачь, милая. Хочешь, я тебе кое-что скажу? — тихо спрашивает он.
— Да, — всхлипываю я.
— Я счастлив быть здесь с тобой как никогда в жизни.
— Ты сейчас это сказал, чтобы я еще больше разрыдалась, да? — Слезы уже вовсю текут, но я искренне улыбаюсь ему.
— А ты, оказывается, не такая уж и колючая. Всего-то стоило тебя приласкать, — смеется он.
— Эй! — восклицаю я, и Максим привстает, мягко выходя из меня.
— Пойдем в душ, мы изрядно запачкались.
Он полностью встает на ноги и протягивает мне руку. А вот подниматься что-то совсем не хочется, но надо. Берусь за его ладонь, и меня рывком ставят на ноги. Я ахаю от возникшей боли между бедер, рефлекторно прикрывая ладонью свою промежность.
— Тебе больно? — обеспокоенно спрашивает он и нежно обнимает, придерживая меня, скорее всего в случае, если вдруг решу свалиться на пол.
— Немного. Ты изрядно постарался, любимый, что теперь ходить нормально не смогу. — Делаю шаг назад, и из меня вырывается негромкий стон. Черт, а ведь со мной такое впервые.
— А тебе и не нужно ходить, любимая, я буду носить тебя на руках. Иди ко мне. — Максим подхватывает меня на руки и открывает ногой дверь, ведя, как я понимаю, в сторону ванной комнаты. Оказавшись в ней, он аккуратно опускает меня на пол и включает душ. — Сейчас ты будешь очень чистой, малышка.
Затем хватает меня руками за лицо и страстно целует.
Сколько времени мы пробыли в душе, не знаю, но, судя по сморщенным пальчикам, очень долго. Теперь мы лежим в постели и наслаждаемся друг другом. И это самая счастливая вещь, которую я испытывала за последнее время.
— Кто твои родители? — спрашиваю я Макса, лежа на его груди и нежась в его объятиях.
— Их нет, Танюш. Умерли, когда я был совсем мальцом. Осталась только бабушка. Живёт в своей квартире и ни в какую не желает переехать ко мне, сколько бы я её ни уговаривал, — отвечает он, рисуя круги пальцем по моему плечу.
Я приподнимаю голову и смотрю ему прямо в глаза.
— Прости, я не знала. Мне очень жаль, — говорю я.
— Нечего жалеть, это было настолько давно, что уже и стёрлось с памяти. Не переживай. — Коротко целует меня, и я снова ложусь на него.
— Ты задумывался, что мы абсолютно не знаем друг друга? — снова задаю вопрос.
— Ошибаешься, я знаю о тебе всё, — усмехается он.
Я снова смотрю на него.
— Что? Отку… Ах, ну как я сразу не догадалась. Катя. — Закатываю глаза.
— И Рома. — Поцелуй. — Еще. — Поцелуй. — Я собирал. — Поцелуй. — О тебе. — Поцелуй. — Информацию.
— Зачем? — удивляюсь я. — Не хватило моих друзей, сталкер?
— Мне нужно было больше знать о твоем детстве.
Я мгновенно напрягаюсь, на что Максим сильнее прижимает меня к себе.
— Зачем? — с дрожью шепчу я.
— Когда Рома заикнулся о твоем отце, я понял, что не на шутку испугался за тебя. То, что ты пережила, потрясло меня. Мне стало страшно, Таня. Мне, взрослому парню, который часто лез в драки без разбора и, зная, что каждая может стать последней. Просто от одной мысли… — Он на мгновение замолкает. — Я сделаю все, чтобы защитить тебя. Ты веришь?
— Да, я верю тебе. Не сомневайся в этом. — Обнимаю его двумя руками и закрываю глаза.
— Спи, малышка. Я буду оберегать твой сон.
Чувствую прикосновение губ к своей голове и моментально засыпаю. Это день был тяжелым, но именно он стал переломным в моей жизни.
* * *
— Подъём, сониии! — кричит Катя через дверь. — Время обед, а мы не ели. Ждём вас, голубки. Если через десять минут не придёте, тогда приду я!
— Так она уже пришла, — говорит в подушку Макс, крепче прижимая меня рукой к себе. А я улыбаюсь, как дурочка, от счастья.
— Я всё слышу, между прочим! Ребят, серьезно, есть хочется. Поторопитесь.
Катя уходит, оставив нас наедине. Я понимаю, что совершенно не хочу покидать это место. Здесь так хорошо, так тепло с Максимом. Я бы хотела снова и снова пережить вчерашнюю ночь и это утро, но реальность такова, что есть вещи, над которыми ты не властен, и тебе приходится переступать через свои желания и делать то, что нужно, а не то, что хочется.
— Нет, нет, — шепчет он, — ты никуда не пойдёшь и останешься со мной. — Чувствую поцелуй на своей шее и его горячее дыхание.
Я издаю стон от удовольствия. Это невероятное ощущение наполненности, восторга и бескрайней любви к одному человеку, который подарил тебе новый мир.
— Пойдем, Максим, иначе нам не поздоровится, сам в курсе. Я не хочу, чтобы на мне потом ставили эксперименты.
— Это Катя будет ставить эксперименты? Пусть только попробует, скручу в бараний рог, — бурчит он.
— Скорее, тебя Рома в оборот возьмет, — смеюсь я.
Максим приподнимается и
