Истребитель Зоны - Игорь Строков

Некогда рефлексировать. Враги были близко. Рубин собрал вещи, проверил оружие. Оставалось только надеяться, что удастся проскользнуть мимо. Или, может быть, Зона решит, что его истории пришел конец. В любом случае выбора у сталкера не было. Только вперед!

Поднявшись на ноги, Рубин почувствовал, как каждая мышца протестует. Выглянул наружу – никого. Сделал шаг, потом еще один. Зона молчала, вот только он знал: она наблюдет. За ним. За ними. За всеми.

Впереди раздался какой-то шум. Рубин замер, услышав глухой крик, который быстро оборвался. Сердце заколотилось чаще. По спине пробежал холодок – не от страха за собственную жизнь, а от предчувствия, что грядущее каким-то образом повлияет на его дорогу.

Пригнувшись, Рубин направился туда, откуда раздался звук. Опрометчиво, но он верил в свое чутье.

Под ногами хрустнуло стекло. Рубин присел и поднял обломок очков с характерной защитной рамкой – научники часто их носили. Но что делает научник в такой глуши, которую даже промзоной не назовешь?

Из-за перевернутого контейнера послышался шорох. Тело Рубина автоматически приняло боевую стойку, палец лег на спусковой крючок. Однако из укрытия показался не мутант, а человек. Грязный, окровавленный, с безумными глазами. В руках он сжимал устройство, похожее на миниатюрный детектор аномалий.

– Не стреляйте! – хрипло прошептал незнакомец. – Я последний. Все остальные мертвы. Наверное.

Его голос дрожал. Человек явно был на грани, но в глазах читалось что-то еще – осознание собственной беззащитности. Ученый медленно опустился на колени, все еще сжимая свое устройство.

«Что с ним произошло?» – пронеслось в голове у сталкера, хотя он знал примерный ответ.

Внезапно Рубин почувствовал, как земля уходит из-под ног. Темнота накатывала волнами, смешиваясь с гудящей болью в висках. Последнее, что он увидел перед тем, как сознание покинуло его, – бледное лицо ученого, его перекошенный от ужаса рот, беззвучно шепчущий что-то. Потом – провал.

* * *

Дождь. Не просто дождь – ледяная кара, пронизывающая до костей, превращающая одежду в мокрую тряпку. Капли били по ржавой дырявой крыше ангара, как пулеметная очередь, сливаясь с дыханием людей внутри. Ветер выл в проломах, будто сама Зона смеялась над ними.

В центре, на коленях, дрожал Шор. Его пальцы, перемазанные кровью, судорожно сжимали рану на руке – глубокую, рваную, оставленную ножом. Каждый вдох давался с хрипом, будто в легких булькала вода. Глаза – широкие, безумные – метались от одного лица к другому, безуспешно ища отклика.

– Ты ублюдок! – Шор метко выплюнул кровавую слюну к ногам Ганди. – Твой «охренительный план» казался паршивым с самого начала! Мы двигались в засаду! Ты ведь специально нас сюда привел, чтобы не делить хабар?! То, что мы выжили, не твоя заслуга!

Ганди, высокий, жилистый, чуть смуглый, с лицом, изрезанным шрамами, со спокойной усмешкой шагнул в сторону Шора, с грохотом ударив сапогом по какой-то банке. По ангару прокатилось эхо.

– Ты сам полез на рожон. Похоже, решил заделаться паштетом пораньше отведенного тебе срока. – Голос Ганди звучал почти ласково. – Постарайся не ныть, Шор. Ты далеко не первый раз на вылазке. Знал правила, когда шел с нами. Как и возможные риски. Если что-то не устраивает, ты здесь лишний.

– То есть я виноват?! – Шор вдруг рванулся вперед, несмотря на рану. Его рука потянулась к пистолету – медленно, слишком медленно. – Я тебе покажу, кто тут лишний!

Нож Ганди лениво сверкнул, затем последовал меткий удар. Лезвие вошло чуть выше ключицы, скользнув по кости с противным хрустом. Шор ахнул, округлив глаза. Его взгляд был полон не столько боли, сколько обиды. Он рухнул на колени, беззвучно шевеля губами.

Рубин застыл на мгновение. Все произошло слишком быстро. Еще секунду назад они были одним отрядом. Теперь же…

– Прекрати! – Его голос прозвучал громче, чем Рубин планировал. Ствол автомата, который он крепко сжимал, был направлен в пол, показывая, что Рубин не путает берега. – Мы же не бандиты, чтобы резать своих! Оставь его. Мы прошли вместе не одну вылазку!

Ганди медленно повернулся к Рубину. В глазах самопровозглашенного лидера читалось что-то холодное, чужое.

– Своих? – Ганди усмехнулся, обводя взглядом остальных. – Рубин, ты слышал, что Шор тут лопотал? Свои так себя не ведут. Ссоры нас ослабляют. Провоцируют недоверие, страх, ругань. К тому же, прикинь, Рубин. Шор ведь уйму крови сейчас теряет! Причем руку ему не я порезал. Для Зоны он уже мертв. Я сократил его страдания, вот и все.

Остальные молчали. Их лица казались высеченными из камня. Рубин не узнавал стоящих перед ним людей. Он видел, как их глаза бегают от Шора к Ганди, как пальцы нервно постукивают по прикладам. Омерзительный оркестр. Они ведь сразу приняли решение. Но терпеливо ждали, кто первым выскажет его вслух.

– Тогда оставьте Шора со мной. – Рубин покачал головой. – Я останусь, пока вы не вернетесь с подмогой. Или хотя бы с носилками.

– Давайте решит Ганди, – раздался голос сзади. Свое ценное мнение высказал наемник по прозвищу Ложка. – Он начал – пусть и заканчивает.

– Заканчивает что? – агрессивно спросил Рубин, обернувшись к нему. – Мы не подонки, чтобы своих же убивать. Что непонятного тут?

Ганди фыркнул, но медленно кивнул.

– Ладно, Рубин. Пускай. Сделаем по-твоему. Я посижу с ним.

Рубин почувствовал, как напряжение немного спало. Он снял со спины видавший виды рюкзак и присел, чтобы достать бинты. Шор смотрел на Рубина, в его глазах сквозила благодарность – дикая, почти безумная. Такая может возникнуть только у сталкера, которому нечего терять. То есть почти у любого.

– Держись, – едва слышно произнес Рубин, наклоняясь к Шору. – Мы тебя вытащим.

В ответ он услышал короткий, обрывистый вскрик раненого. Потом – хлюпающий звук. Ощутил теплую струю на своей шее. Кровь.

Рубин отпрянул. Шор лежал на полу ангара. Его кровь хлестала из раны, пульсируя в такт угасающему сердцу. Она заливала ржавый пол, смешиваясь с дождевой водой, превращаясь в липкую, темную лужу.

Ганди стоял над Шором, меланхолично вытирая нож о штаны. Его лицо было спокойным, будто он только что прикончил не человека, а надоедливого комара.

– Теперь он не выживет, – произнес Ганди, словно декламируя прогноз погоды. – Нам ничто не мешает поделить хабар и отправиться дальше.

Рубин, впервые за несколько месяцев потеряв самообладание, выхватил пистолет. Первый выстрел прошел мимо – Ганди отпрыгнул с кошачьей грацией. Второй – тоже.

Удар прикладом сзади сбил Рубина с ног. Он рухнул на