рядом милое сопение Нины. Она прижалась к его груди, и так они и заснули. Все тело Инженера затекло. Неясно, сколько они так проспали, но все это время он провел в одной позе.
Инженер аккуратно отодвинул от себя Нину, стараясь не разбудить. Встал, размялся. Достал из шкафа чистый комбез, оделся. Взял из тумбочки пистолет и спрятал его в кобуру. Схватив свой увесистый рюкзак, выглянул наружу.
Стояла мертвая тишина. Очень непривычно было видеть лабораторию такой: пустой и тихой.
«Они, наверное, уже проснулись».
По-хорошему, стоило бы разбудить Нину и найти остальных. Коньшин пострадал несильно, а вот Рубину требовалась нормальная помощь настоящего врача, причем давно. Сталкер буквально гас на глазах Инженера, и его это очень беспокоило.
Он вернулся в отсек и мягко дотронулся до девушки. Аккуратно ее потряс.
– Нина, – негромко позвал Инженер. – Нина, просыпайся.
Девушка застонала и нехотя открыла глаза.
– Чего такое? – сонно промурлыкала она.
– Нам надо срочно что-то решать. Не хочу, чтобы Рубин откинулся, пока мы тут дрыхнем. Ты, я думаю, тоже. Он же Истребитель Зоны и все такое.
– И какие тогда планы?
Инженер пожал плечами.
– Не знаю. Для начала – найти остальных и поговорить.
Они нашлись в переговорной. Рубин тупо смотрел по сторонам, а Коньшин задумчиво сидел за длинным столом перед пустым листом бумаги и крутил в пальцах ручку.
– Трудитесь над отчетом, Владимир Алексеевич? – спросил Инженер.
– Пытаюсь накидать его план, – сказал Коньшин. – Но это подождет. У меня к вам важный разговор. Присаживайтесь.
Последнее слово вроде как было вежливым, но прозвучало в приказном тоне. Инженер и Нина тут же сели напротив.
– Что-то случилось? – спросил Антон.
– Можно и так сказать, – ответил профессор.
Глава 19
В помещении резко стало жарко.
Коньшин посмотрел на них тяжелым взглядом. Он выглядел уставшим, но в его глазах мелькали тревога и что-то еще – нечто недосказанное.
– Да, случилось, – сказал он. – И, боюсь, что-то плохое для нас всех.
– Говори уже, – нетерпеливо буркнул Рубин, кутаясь в одеяло. Его кожа местами шелушилась, лицо было бледным, а дыхание – слабым и неровным.
– Кто-то повредил проводку лаборатории, – начал Коньшин. – Связь полностью отсутствует. Электричества нет, большинство систем заблокированы. Двери снаружи завалены каким-то тяжелым мусором, что не случайно. Кто-то намеренно забаррикадировал нас здесь.
Нина нахмурилась.
– Но зачем?
– Не знаю, – ответил профессор. – Возможно, кто-то пытается утаить происходящее внутри лаборатории. Или хочет, чтобы мы остались здесь навсегда.
Инженер чувствовал, как внутри поднимается раздражение.
– То есть мы заперты?
– Заперты, – кивнул Коньшин.
Тишина повисла в комнате, плотная и давящая. В голове у Инженера мелькали тысячи мыслей: «Как так получилось? Кто мог так поступить? Почему именно сейчас, когда мы почти выбрались?»
– Если электричества нет, откуда здесь свет? – спросила Нина.
Коньшин помолчал, словно решал, стоит ли им говорить правду.
– Под лабораторией есть подвальное помещение. Там расположен аварийный генератор. Он барахлит, работает с перебоями. Но пока фурычит. Надолго ли его хватит? Не знаю. Если его отладить до стабильного уровня, можно будет попробовать восстановить связь. Сейчас не имеет смысла.
– Почему тогда наша ситуация хреновая? – резко спросил Инженер. – Всего-то нужно довести до ума генератор.
– Лаборатория передвижная, но сейчас зафиксирована над подвальным помещением. Подвал не посещали месяцами, – честно ответил профессор. – Генератор могли повредить крысы или другие обитатели Зоны. Я не уверен, что его получится починить. Но пробовать сто́ит.
– Тогда пошли, – сказала Нина, встав.
Коньшин покачал головой:
– Я останусь. Прослежу за обстановкой и оповещу вас, если вдруг сюда попробуют прорваться. Вы же сами справитесь?
Все согласились. Затем собрали фонарики, оружие и направились вниз. В коридоре, ведущем к лестнице, царила зловещая тишина.
– Не нравится мне этот Коньшин, – скрежетнул зубами Флис. – Что-то с ним не так.
– Ты параноик, – сказал Рубин. – У тебя все время что-то не так.
– Зато ты слишком доверчив, – огрызнулся Флис. – Тем более к людям, которые прячут больше, чем показывают.
– Ты обо мне? – уточнил Рубин.
– И о тебе тоже, – меланхолично бросил Флис.
– Поподробнее бы? – поинтересовался сталкер.
– Подробнее я изучу твою глотку ножом, если будешь меня раздражать, – парировал Флис.
Инженер косился на Рубина и молчал.
Все вокруг вели себя странно. Инженер чувствовал напряжение в команде, но больше всего его раздражало, что они оказались в замкнутом пространстве, без связи и возможности выбраться. Ему чудилось, что жизнь снова ведет их по кругу.
Лестница приглашала вниз, во мглу. Фонарики еле освещали покрытые плесенью и подтеками воды стены. Группа миновала несколько дверей, прежде чем нашла нужную – тяжелую, металлическую, с предупреждающими надписями. Ту, которую им описал Коньшин.
– Вот она, – сказал Инженер. – Под залом, где приборная профессора. Надеюсь, там не завал.
Он открыл дверь, та была не заперта. За ней оказалось помещение, заполненное трубами, старыми щитами управления и одним большим агрегатом посередине.
– Генератор, – констатировала Нина.
Устройство выглядело мертвым. Его верхняя часть отсутствовала, как будто ее обрезали консервным ножом, провода валялись рядом. Не подключенные.
– Значит, Коньшин соврал? – спросил Рубин.
– Или сам не знал, – добавила Нина. – Может, он действительно думал, что генератор работает.
– Нет, – покачал головой Флис. – Он знал. Он специально отправил нас сюда.
– Зачем? – спросил скептически настроенный Рубин.
– Не знаю. Но я лишний раз убеждаюсь в своем таланте не доверять никому.
– Если генератор не работает, откуда тогда в лаборатории электричество? – резонно подметила Нина.
– Может, Владимир Алексеевич ошибся, и где-то есть второй генератор, работающий? – предположил Инженер.
Сверху раздался странный звук – будто кто-то ударил ногой по полу. Потом еще один. И мужские крики.
Все побежали назад, к лестнице. Но дверь, ведущая в подвал, оказалась заперта.
– Я предупреждал, – сказал Флис.
– Эй! – донесся сверху голос Коньшина. – Вы меня слышите?!
– Что происходит?! – крикнул Инженер.
– Кто-то прорвался! – ответил профессор. – Они в лаборатории! Я пытаюсь спрятаться, видел только мельком силуэты!
– Он запер нас и врет! – воскликнула Нина.
Они бросились к двери, но та не поддавалась.
– Владимир Алексеевич! Открой! – кричал Инженер.
– Простите! – донеслось из-за двери. – А-а-а-а-а!
– Что за хрень?! – выругался Рубин, продолжая колотить кулаками в дверь.
– Он нас обманул, – сказал Флис. – Знал, что генератор не работает. Коньшин хотел, чтобы мы оказались внизу и не мешали ему заниматься делами.
– Какими делами? – спросил Рубин.
– Не мое собачье дело, – уверенно ответил Флис.
Наверху раздался топот.
– Ходят как минимум двое, – сказала Нина. – Значит, не врет.
– Тогда почему Коньшин не пустил нас обратно? – спросил Рубин.
– Потому что не хочет, чтобы мы пострадали, – прошептал Инженер. – Владимир Алексеевич наверняка жалеет, что впутал нас в «Чистотел».
Антон прислонился к стене, чувствуя, как в голове начинает пульсировать злость.
– Получается,
