См.: А. Старцев, Радищев в годы «Путешествия», М., 1960, с. 89–96.
Сведения о сибирском периоде жизни Смирнова имеются в материалах Иркутской казенной суконной фабрики. — ЦГИАЛ.
«Печальный рассудок, я освобождаюсь от твоей власти» (франц.). — Ред.
Дудка из камышины. Киргизы играют на ней, жалобно припевая.
Квашеное кобылье молоко: здоровое, прохладительное, но несколько пьяное питье. Киргизы до безмерности его любят и во все лето почти им одним и питаются.
Мелко изрубленное и весьма уваренное без костей баранье мясо.
См.: В. А. Теплова, К вопросу о журнальной деятельности И. И. Мартынова 90-х годов XVIII в. — «Ученые записки Горьковского гос. университета», Серия историко-филологическая, вып. 72, т. 2. Горький, 1964, с. 819.
См.: Н. Степанов, П. А. Словцов (У истоков сибирского областничества), Л., 1935, с. 6.
Аллюзия к известному ландшафту Пусеня: Et in Arcadia ego (И я в Аркадии <родился> (лат.). — Ред.).
Сочинитель сей пиесы хотел только испытать, можно ли физические истины предлагать в стихах.
Я говорю о творениях вещественных, а не духовных, посему и прошу мне не попрекать вменением материализма. Кажется, на одной стороне можно начинать близ самого творца цепь вещественную, равно как на другой должно полагать цепь духовную. С.
Насекомое бескрылое. С.
Бобр по-камчатски называется калан. С.
Венчики называются бумажки, полагаемые на лбы умерших.
С одной стороны, северные явления, падающие из солнечной системы, а с другой, пятна, в солнце усматриваемые, делают понятною сию фразу.
М. А. Корф. Жизнь графа Сперанского, т. 1, СПб., 1861, с. 26.
К. Н. Батюшков, Сочинения, т. 2, СПб., 1885, с. 338.
«Благонамеренный», 1824, № 14, с. 138.
«Литературное наследство», т. 60, кн. 1, М., 1956, с. 336.
Так угасает всё, что мгновенно блистает на земле! Ж.-Ж. Руссо (франц.). — Ред.
Распространенные в биографической литературе сведения о получении им степени доктора медицины в Эдинбургском университете (он уже был доктором философии в Геттингене) и избрании почетным гражданином г. Думфиса, видимо, апокрифичны — английские источники их не подтверждают.
Ю. М. Лотман, А. С. Кайсаров и общественно-литературная борьба его времени. — «Ученые записки Тартуского гос. университета», вып. 63, Тарту, 1958, с. 60.
См.: Ю. М. Лотман, А. С. Кайсаров и литературно-общественная борьба его времени. — «Ученые записки Тартуского гос. университета», вып. 63, с. 29.
Возможно, этим и объясняется тот факт, что современники явно переоценили тогда литературную одаренность автора, произнося его имя рядом с именами Жуковского и Батюшкова.
О тяжелой домашней обстановке, сложившейся в этой семье из-за неуравновешенного характера А. Ф. Воейкова, см. обширные материалы из архива А. А. Воейковой в кн.: Н. В. Соловьев, История одной жизни. А. А. Воейкова — «Светлана», тт. 1, 2, Пгр., 1915–1916.
См.; Н. И. Греч, Записки моей жизни, М.—Л., 1930, с. 642–648.
Написано до получения плачевного известия о кончине великого нашего полководца.
К. Батюшков, Опыты в стихах и прозе, ч. 1, СПб., 1817, с. 22.
Н. И. Греч, Учебная книга русской словесности, ч. 4, 1844, с 326.
С. П. Жихарев, Записки современника, М.—Л., 1955, с. 143.
Ф. Ф. Вигель, Записки, М., 1929, т. 1, с. 356.
Генерал-фельдмаршал князь Михаил Ларионович Голенищев-Кутузов Смоленский скончался 1813 года апреля 16 дня, в городе Бунцлау, что в Силезии, на походе против французов. Тело его оттуда привезено в С.-Петербург и погребено в Казанском соборе.
Франклин в Филадельфии и Ломоносов в Петербурге в одно время исследовали причину электрической силы в воздухе и попали на одну и ту же. Чтоб слава изобретения не была приписана одному Франклину, Ломоносов, по убеждению своих товарищей, профессоров Санкт-Петербургской Академии наук, самым скромным образом протестовал против сего в слове своем о явлениях воздушных, от электрической силы происходящих, предложенном 1753 года ноября 26.
А. Мерзляков, Воспоминание о Федоре Федоровиче Иванове. — В кн.: Сочинения и переводы Ф. Ф. Иванова … в четырех частях, ч. 1, М., 1824, с. 10.
Там же, с. 14.
А. Мерзляков, Воспоминания о Федоре Федоровиче Иванове. — В кн.: Сочинения и переводы Ф. Ф. Иванова … в четырех частях, ч. 1, М., 1824, с. 12.
Там же. с 18–19.
См.: Ираклий Андроников, Лермонтов, М., 1951, с. 23.
Так мнимые наши ученые искажают имена древних.
А. С. Шишков, Записки, мнения и переписка, т. 1, Берлин — Прага, 1870, с. 93.
См. об этом: Ю. Н. Тынянов, Архаисты и Пушкин. — В кн.: Ю. Н. Тынянов, Пушкин и его современники, М., 1968; Г. А. Гуковский, Пушкин и русские романтики, Саратов, 1946.
Суворов за некоторое смелое противуречие императору Павлу Первому отозван был от войска и сослан в село свое Кончанское Новгородской губернии в Боровицком уезде. «Там (говорит о нем жизнеописатель его Фукс) часто победоносная рука его звоном колокола призывала жителей в священный храм, где старец сей, исполненный веры, пел вместе с церковными служителями хвалы божеству». Когда потом Павел Первый, по просьбе Австрийского императора прислать к нему Суворова для принятия верховного повелительства над войсками, призвал его к себе и, посылая с ним также и свои против французов войска, произнес к нему сии достопамятные слова: «Иди спасать царей»; тогда Суворов, отправляясь в путь, сказал: «Я пел басом, а теперь еду петь барсом».
Он имел привычку для укрепления членов своих часто обливаться холодною водою.
Ахиллес.
См. в Илиаде описание Ахиллесова щита, коней и колесницы.
Он не щеголял красивостию и борзостию коня своего: садился на простую козацкую лошадь и на ней с плетью в руке, называемою нагайкою, разъезжал по полкам.
Он не мог сносить летних жаров, и потому (если не по особой любимой им необычайности) часто среди самого пылкого сражения видали его скачущего верхом в одной рубахе; но никогда не скидывал он с головы своей шлема, в котором даже дома и при женщинах хаживал.
Известен славный переход его чрез Альпийские горы.
Варшаву, Медиолан, Турин и проч. Он не любил великолепия и пышности; жил всегда в простых покоях, без зеркал и без всяких украшений. В пище наблюдал умеренность. Дворецкому своему приказывал насильно отнимать у него блюды, и жаловался всем, что он ему есть не дает.
Суворов, когда надлежало идти в поход, никогда в приказах своих не назначал часу, в которой выступать; но всегда приказывал быть готовыми по первым петухам; для того выучился петь по-петушьи, и когда время наставало идти, то выходил он сам и крикивал: кокореку! Голос его немедленно разносился повсюду, и войско тотчас поднималось и выступало в поход. Казалось, он нарочно придумывал сии странности, дабы посредством их избавляться иногда от таких переговоров и объяснений, которые были для него или неприятны или затруднительны. Он не опасался ими затмить славу свою; ибо мог сказать о себе подобное тому, что в Метастазиевой опере говорит о себе Ахиллес, проведший отроческие лета свои в женском одеянии на острове Сциросе:
