Солнечно, возможна гроза - Юлия Александровна Лисина

Гробик опустили на дно ямы. На его крышку с хлюпом падали бросаемые комья мокрой земли. Последняя бросила Света, не глядя, куда падает грязь. Мужчины начали закапывать. Девушка подняла глаза и с удивлением обнаружила, что тучи разбегаются. Небо сияло умытым лицом. На горизонте запестрела радуга. Солнце освободилось из серого заточения и вылило на землю свои лучи. Кладбище вдруг вспыхнуло миллионом капелек, яркой зеленью. Даже надгробья утратили былой мрачный вид. Смотря на преображение природы, Света невольно, чуть-чуть улыбнулась, но улыбка тут же пропала, стоило услышать завершающие хлопки лопат по свежей могиле.

Небольшая компания стояла молча. Наконец, послышались короткие эпитафии, желающие покоя, мирного сна, пуховой земли и так далее. Молодая мать после всех подошла и положила ладонь на плиту.

-Прости нас, что не уберегли тебя… Точнее, меня прости, – поправилась Света, сдерживая рыдания. Однако слёзы свободно текли по её лицу. Она взяла Гену под руку, и они вместе пошли к машине. По пути Слава с Ромой похлопали Гену по плечу. Через несколько минут сел в салон чёрный, как грозовое облако, Аркадий Петрович, за ним – опухшие и красные Мария Александровна с Лидией Николаевной. Гена уже завёл машину, когда в окно со Светиной стороны постучала Яна. Девушка открыла окно. Подруга крепко пожала руку Светы и поцеловала в щёку. Семья выехала с кладбища на длинное пустое шоссе. Кое-где в небе ещё висели обрывки туч, а солнце, как полноправная хозяйка, заняло своё место, давая свет и тепло всему живому.

Спустя несколько месяцев, Света лежала в гостиной на диване. Гена заваривал чай. Девушка задумчиво смотрела на маленький календарь и считала, водя рукой по низу живота.

– Боже мой! Нет, не может быть! – воскликнула она. Гена обернулся.