тобой. Воды там не было. Ты налила ее из-под крана.
— А если и так? — спросила Арецу и упрямо выпятила нижнюю губу.
— Мне кто-нибудь может объяснить, в чем дело? — поинтересовался пастор с дивана, но Бен не обратил на него внимания.
— Это означает, ты знала, что нужно делать, потому что не в первый раз была у моей дочери.
Слова Бена, как выстрелы, разносились по сакристии.
— Ты уже давно знакома с Джул, я прав?
Глава 50
— Да.
Лаконично и просто.
Короткое признание с эффектом удара кулаком.
Бен задохнулся, почувствовал, как у него закружилась голова.
— Чертова лгунья!
Он схватил стакан Арецу.
— Что это значит? Что ты задумала?
— Ничего, совсем ничего. Он истерично рассмеялся:
— Ты похищаешь меня, рассказываешь дикие истории, что считаешь меня Оцем и что без моей помощи не можешь остановить программу.
— Но я не лгала!
Бен с размаху поставил стакан на стол, и все вздрогнули: Арецу, Баха, даже Ленка на диване. Она застонала и попыталась откинуть одеяло, но пастор не позволил, успокоив ее и оказав мягкое сопротивление.
Бен, который отвлекся на это, снова обратился к Арецу. Тихо. Угрожающе.
— Ты скрыла от меня, что знакома с Джул.
— Да, потому что именно поэтому стала подозревать тебя, Бен.
— В смысле? — Он раздраженно прищурился.
— Я не просто знакома с Джул, — заявила она ему. — Я с ней дружу. Первый раз мы встретились полгода назад в мастерской по ремонту сотовых телефонов. У меня раскололся дисплей, и она помогла мне за рекордное время.
— И я должен тебе поверить?
Арецу смерила его взглядом, говорящим «Мне плевать».
— Мы разговорились, она нашла в моем плей-листе свои любимые музыкальные группы, и мы договорились сходить на концерт «Биффи Клайро». А перед этим встретились у нее дома. Да, виновна. — Арецу сделала рукой жест, словно клялась на воображаемой Библии. — О’кей, признаю, что скрыла это от тебя, но из добрых побуждений. Когда сегодня вечером я увидела твою фотографию на странице Ночи вне закона, вспомнила снимок, который мне как-то раз показала Джул, когда по радио играли Fast Forward. Она сказала, что когда-то это была твоя группа, и мне стало любопытно, как ты выглядишь. А когда сегодня я поняла, что Оц выбрал именно тебя, была уверена, что тем самым он номинировал самого себя. В смысле, ты, отец моей подруги, это не может быть случайностью. Ты и есть режиссер. Ты хочешь собственными глазами увидеть мои мучения.
— Вряд ли, — подумал Бен и произнес это вслух.
— А я думаю, так и есть. Моя теория заключалась в том, что ты чувствуешь себя преследуемым, потому что я попросила Джул помочь мне в поисках Оца.
— Я? Преследуемым? Да у тебя не все дома.
Он посмотрел на Баху, который бережно гладил медленно приходящую в себя чешку.
Арецу настаивала на своем.
— Как ты знаешь, я поддерживала с Оцем контакт только по телефону. Он звонил мне сам, всегда со скрытого номера.
— И что?
— Однажды Джул объяснила мне, что у нее на работе есть возможность определять такие номера. Немногие знают это, но полиция, телефонные компании и кол-центры видят, кто им звонит, даже если ты включаешь антиопределитель номера. Поэтому я дала Джул свой сотовый, чтобы выяснить это.
— У нее получилось?
Бен почувствовал покалывание в пальцах, как после слишком длинной барабанной дроби.
— И да и нет.
— Что это значит?
Арецу вздохнула.
— Она выяснила один номер, да, и, возможно, это номер Оца. Но на него невозможно дозвониться. Он отключен, вне зоны действия сети или постоянно занят. — Арецу подула через оттопыренную нижнюю губу себе прямо в нос. Привычка, которая говорила о том, что она совсем недавно остригла волосы и раньше сдувала так челку со лба. — Я так часто пыталась дозвониться, что знаю его наизусть.
Бен взял свой телефон, открыл список контактов и сохранил номер, который ему продиктовала Арецу. Потом он его проверит. При условии, что для него вообще наступит «потом», чтобы сделать звонок.
— Когда это было? — спросил он.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда именно Джул дала тебе этот номер?
— Десять дней назад. Незадолго до…
Арецу в ужасе зажала рот рукой. Иногда мы не замечаем самых очевидных взаимосвязей и обстоятельств.
Джул хотела помочь своей подруге найти мистического хакера. Вскоре после того, как его номер телефона был раскрыт, она падает с крыши.
— Почему Оц так с ней поступил? — тихо спросила она.
— По той же причине, почему номинировал нас. Мы слишком приблизились к нему.
Бен устало потер глаза, и ему послышался звук входящей эсэмэски, но дисплей его телефона был темный.
«О господи, неужели это связано?»
Оц опасался, что его разоблачат и тем самым сорвут Ночь вне закона. Поэтому он пытался убить Джул, пока она не разыскала его в Сети. Арецу он номинировал, чтобы ее нейтрализовала толпа. А Бен попал в список жертв потому, что не желал смириться с мнимой попыткой самоубийства дочери, а начал задавать вопросы, ответы на которые рано или поздно привели бы к Оцу.
— Возможно, — сказал Бен.
Пастор поднялся и подошел к столу, за которым они сидели.
— О’кей, о’кей. Признаюсь, что не понял и половины из того, что вы оба только что говорили. — Баха прочистил горло. — Но мое знание человеческой природы подсказывает мне, что вы не злые люди, а беглецы, которые от безысходности приняли неправильные решения, как и я сам когда-то. Поэтому я не буду вас сейчас удерживать. Но прошу немедленно принять еще одно решение, здесь и сейчас.
— Какое?
Он показал им свой сотовый.
— Моя подруга, врач, здесь. Она только что прислала эсэмэску, что стоит у ворот. За углом творится настоящий ад. Вас разыскивают. Когда моя подруга увидит девочку и вас обоих, она позвонит в полицию.
— О’кей, понимаю. — Бен кивнул. — А запасной выход есть?
Арецу едва заметно покачала головой, глядя на столешницу, но Бен знал, что она думала: «Еще раз туда я не пойду».
— Да, у нас есть запасной выход, — ответил пастор.
Телефон Бена зазвонил. Скрытый номер.
Его руки задрожали, как часто бывало, когда он знал, что потерял контроль.
— Куда вы пойдете? — еще раз спросил Баха.
— Вероятно, это я сейчас и узнаю, — сказал Бен и ответил на звонок.
Глава 51
— Ну, отдохнули?
В трубке раздался холодный гнусавый голос, и в отголосках своих воспоминаний Бен услышал хруст сломанных костей. Увидел, как с лакированных туфель капает темная кровь.
— Боюсь, ваше короткое пребывание в церковном убежище подошло к концу.
