отдаст единственный «Призрак».
Мы молчали. Какой смысл говорить, если своего мы добились? Ещё пара часов и «Молоты» превратятся в металлические гробы. Останется лишь главарь, но и его «Призрак» постепенно разряжается.
— Герцог Альмир выкупит меня! — продолжил орать пират. — Если вы со мной хоть что-то сделаете, станете его врагами! Вам же не нужен такой враг, как герцог Альмир?
— Какой грозный пират попался, — ухмыльнулся Райн. — Герцогами угрожает.
— Что объясняет наличие имперской системы на корабле, — заявила Лана. — Если капитан Ирмал действительно имеет какое-то отношение к герцогу, то это многое объясняет. Например, почему этот крейсер такой новый.
— Или почему Ирмал такой наглый, — задумался Вальтер. — Так, а это уже проблема. Предположим, Ирмал действительно имеет какое-то отношение к герцогу Альмиру. Какой-нибудь дальний родственник. Я никогда не поверю, что советник императора не знал о том, кто хозяйничает в системе Ольмарил-4. Поэтому он сознательно отправил нас сюда с целью столкнуть лбами с герцогом или его людьми. Ксорх, напомни детали заказа?
— Уничтожить два пиратских крейсера, — я даже специально открыл заказ, полученный от ректора. — Никаких формулировок вроде «уничтожить всех пиратов поголовно» или «освободить от них систему». Только уничтожить два крейсера и всех, кто будет этому мешать.
— Вот! — воскликнул Вальтер. — Кто будет мешать! Знаете, есть у меня подозрение, что нам нужно как можно быстрей заканчивать здесь. Потому что вскоре сюда явятся ещё корабли. Ректор знал, что группировка значительно больше двух малых крейсеров. Прошли уже сутки с начала боя. Даже если остальные пираты находятся в других секторах, они появятся здесь максимум через пару часов. И тогда здесь будет жарко.
— Логично, — согласился Векс. — Для обычных пиратов это слишком большой флот, для настоящих бандитов, которыми можно пугать, слишком маленький.
— Значит, нельзя оставлять Ирмала в живых, — заключил Вальтер. — Лучше гнев герцога, чем жаждущий мести главарь даже не пиратов — бандитов. Голосую за то, чтобы всех убить.
— С каких пор у нас тут демократия? — удивился Райн. — Есть мнение группы и решение командира. Или ты уже хочешь забрать эту роль?
— Да ни в жизнь! — воскликнул Вальтер. — Сам командуй. Мне куда интересней с политикой возиться, чем вот с этим вот всем. И сейчас весь мой опыт говорит, что оставлять в живых капитана нельзя.
— Ксорх? — Райн посмотрел на меня. — Ты владелец «Малышей». Твоё мнение тоже имеет вес.
— Вот именно, что владелец, — ответил я. — Я не тактик, как ты. Не стратег, как Вальтер. Моё дело находить вам неприятности и смотреть, как вы героически их преодолеваете. Я не думаю, что Ирмал собирался оставлять нас в живых. Значит, так тому и быть. Я согласен с Вальтером. Мёртвый бандит — хороший бандит.
— Тогда ждём, — согласился Райн. — Готовьтесь, они могут пойти в последнюю атаку.
Ирмал ещё долго кричал, угрожая нам герцогом. Даже взывал к чести, что сдавшихся не убивают. Ноль реакции с нашей стороны. Когда из прорезанного отверстия показались первые «Молоты», мы открыли огонь на поражение. Ноль жалости, ноль сочувствия.
— Заходим! — приказал Райн, когда волна схлынула.
Ирмал стоял у пульта. В его руках была граната и, судя по неприятному красному огоньку, готовая к детонации. В замкнутом пространстве рубки разнесёт всё в радиусе десяти метров.
— Только попробуйте приблизиться, — произнёс он. — Я взорву здесь всё! Вам ясно? Вся капитанская рубка взлетит на воздух! Вы не получите мой корабль.
«Блеф», — заявил Эхо. — « Если бы он хотел, взорвал бы сразу. Боится и до последнего будет торговаться за свою жизнь».
«Мне нужно максимальное ускорение», — сказал я. — «Пора заканчивать здесь всё».
«Дай мне минуту», — ответил Эхо, считавший моё намерение. — « Провожу изменения».
Капитан понял, что сразу убивать его не будут. Мы стояли всего в шести метрах от него, но это было огромное расстояние. Выстрелим — он разожмёт руку и граната взорвётся. Мы-то выживем, но вот корабль будет повреждён так, что ничего сделать с ним мы не сможем. Придётся вызывать подмогу, а откуда подмога у наёмников?
— Значит так! — произнёс Ирмал. — Сейчас вы свалите с моего корабля и раз и навсегда забудете путь в мою систему! Верните связь — я прикажу, чтобы подогнали один из фрегатов. И только попробуйте ещё раз перейти мне дорогу! Я…
«Готов!» — отчитался Эхо. — « Действуй!»
Мой бросок был настолько быстрым, что даже в груди перехватило. Летающая платформа доставила меня до цели за мгновение, после чего Эхо моими руками сделал два быстрых движения. Первое — кисть вместе с гранатой отлетела в сторону. Второе — голова Ирмала неожиданно решила попутешествовать по кораблю самостоятельно, без тела.
— Снайпер, ко мне! — закричал я, так как из среза на шее Ирмала начал выходить белый туман. Такой же туман начал формироваться рядом с головой, но голова лежала на полу и была спрятана от всех пультом управления. Так что эти наночастицы пойдут Эхо. А вот то, что вырывалось из туловища Ирмала, поглощать я права не имел. Потому что потом хрен что кому объясню.
Зорина вначале выполнила приказ, потом только решила уточнить, что я от неё хотел. Вот только не смогла она толком ничего спросить. Находящаяся внутри неё управляющая матрица взяла своё и Зорина потянулась к продолжающему стоять телу, из которого вырывался белый туман. Он тут же всасывался в девушку, свободно проходя через «Призрак». Броня не помеха наночастицам.
Наконец, белый туман перестал выходить из Ирмала. Наноструктурные компоненты закончились. Зорина какое-то время стояла, не шевелясь, после чего как стояла, так и упала.
«С ней всё хорошо», — сразу пояснил Эхо. — « Так бывает, когда ты поглощаешь матрицу иного уровня. Тот, кого ты убил, владел не просто управляющей матрицей — он владел матрицей с личностью! И сейчас Зорине предстоит перестраивать свою управляющую матрицу под новые условия. На это нужно время. Но знаешь, это было близко. Я с трудом удержался, чтобы не поглотить всё. А так всего лишь плюс один процент. Мелочь, но приятная».
«В голове тоже была личностная матрица?» — обеспокоенно спросил я.
«Ой, да какая там личность?» — фыркнул обладатель шестнадцати процентов базового функционала. — « Подавить и не вспоминать. Я тебе вот что скажу — впереди у нас
