было несложно.
Наша небольшая группа шла ровно, в привычном походном порядке. Впереди — Александр. За ним я. Третьим — Олег. Замыкал цепочку Вальтер.
Как показала практика, именно такая формация была самой удобной и безопасной. Никто не спорил, никто не предлагал перестроений, каждый просто знал своё место.
А вот Скверна продолжала вести себя странно. Вокруг было слишком тихо.
На нашем пути не было ни подлеска, ни бурелома. Земля плотная, ровная, слегка припорошённая палой листвой без кочек и ям. Это позволяло двигаться быстро, почти без напряжения. Слишком легко, как для Мёртвого мира.
Я уже привычно активировал «Пробуждение инстинктов» и почти сразу поймал себя на мысли, что делаю это автоматически. Без прежнего усилия, без полной концентрации, как раньше. И это было любопытно.
Ульрих и другие одарённые рассказывали, что со временем техники начинают включаться «на автомате». Но они говорили о Звёздных Рыцарях — о людях, которые десятилетиями практиковали одно и то же. У меня же это случилось слишком рано и… слишком резко.
Случайность? Точно нет. Я знал ответ, и он мне не нравился.
Я связывал этот скачок с появлением Железного Маршала. И по-хорошему, нам нужно было серьёзно поговорить и разобраться. Понять, что именно со мной происходит.
Вот только времени и места для этого всё не находилось. Да и было у меня устойчивое ощущение, что сам Маршал пока не готов к полноценному разговору. Откуда взялась эта уверенность — я не знал.
Я пытался вспомнить всё, что когда-либо слышал о Звёздном Маршале и Ордене Воли. Но чем дальше копался в памяти, тем яснее становилось: информации слишком мало. И она слишком противоречива. Словно кто-то намеренно вычистил всё важное.
Подробные упоминания об эпохе, об Ордене, о конкретных людях — исчезли. Остались лишь обрывки: слухи, легенды, сказки. То, что невозможно уничтожить полностью, но легко исказить до неузнаваемости.
Кто бы это ни сделал, цель была очевидна — запутать любого, кто попытается докопаться до правды. Зачем — я не знал. Но факт оставался фактом.
Я машинально сверился с коммуникатором, коротко включил «Пробуждение инстинктов», не заметил ничего опасного и снова погрузился в свои мысли, не забывая при этом контролировать обстановку.
Орден Воли…
Я никогда не интересовался им специально. Не настолько, чтобы сидеть ночами над архивами или выуживать старые записи из закрытых хранилищ. Просто как любой одарённый мальчишка из сильного клана, я интересовался историей Звездных Рыцарей. А эту историю невозможно было изучать, ни разу не споткнувшись об это название.
Орден Воли всплывал везде и нигде одновременно.
В учебниках он упоминался вскользь. Несколько абзацев без дат и без имён. «Ранний период формирования одарённых», «утраченные школы», «нестабильные практики». Формулировки гладкие, безопасные, как будто их специально выверяли так, чтобы они ничего не значили.
Я хорошо помнил, как преподаватель однажды сказал:
— Это были не Звёздные рыцари в современном понимании. Скорее… предтечи. Эксперимент.
Тогда это слово меня зацепило. Что значит «эксперимент»? Над кем эксперимент? Учитель тогда проигнорировал мой вопрос, быстро переведя тему на что-то другое.
В старых хрониках Орден Воли называли по-разному. Иногда просто «вольные». Иногда — «первые». Но попадались и весьма странные формулировки: «люди с идеальным Источником». Последняя формулировка всегда вызывала раздражение у наставников, и разговор быстро сворачивали.
Считалось, что Орден исчез ещё до Империи. В Темные Времена. До унификации школ и рангов. Они не оставили после себя ни символов, ни храмов, ни чёткой линии преемственности. Как будто их вычеркнули аккуратно и последовательно.
Зато остались слухи. И эти слухи были… странными.
Самая распространённая версия их исчезновения гласила: Орден Воли уничтожил сам себя. Слишком нестабильные силы они использовали, слишком опасным были их путь, слишком независимые братья Ордена были по сути своей.
Менее распространённая версия гласила, что их уничтожили. Кто? Когда? Зачем? Не было ответов.
А совсем шёпотом говорили третье: что они просто ушли.
Я помнил одну фразу из старого, давно запрещённого комментария к хроникам Федерации. Я наткнулся на неё случайно, ещё подростком, и она тогда показалась мне красивой, но бессмысленной:
«Они не проиграли. Они ушли, чтобы не проиграло всё человечество.»
Тогда я не понял, что это значит, но вот сейчас… Сейчас, я, кажется, догадываюсь, о чем шла речь.
Сейчас я шёл по ржавому лесу Скверны, чувствовал, как мои способности включаются почти без усилия, как сам мир подстраивается под мои желания и вдруг поймал себя на неприятной мысли:
«А вдруг Орден Воли исчез не потому, что был слабым? А потому, что, наоборот — был слишком сильным?»
И если это так… то у Железного Маршала была информация, способная перевернуть весь нынешний порядок вещей.
Мысли бежали в голове неторопливо, не отвлекая от окружающей обстановки, мы шли уже несколько часов без остановок, лишь иногда сбавляя темп, чтобы проверить направление или обойти особенно плотные заросли ржавой поросли. Скверна не «сопротивлялась». И именно это настораживало сильнее всего.
Я точно знал, в обычных условиях Мёртвые миры не оставляют тебя в покое. Перед Арлекином отец заставил меня буквально круглосуточно штудировать материал по этому направлению, а потом еще и зачеты преподавателям сдавать. За это я ему, кстати, сильно благодарен. Да, Голодные игры — это не слаженный экспедиционный корпус Золотой Лиги, но мёртвый мир — это мертвый мир, пусть и слегка «подчищенный» от неприятностей первым потоком человеческого «мяса».
Сам мертвый мир и населяющие его твари давят, лезут со всех сторон, проверяют на прочность с первых минут. В принципе, даже на Скверне я это всё увидел с этих самых первых минут. Сейчас же было… пусто. Не мёртво, нет, именно пусто. Как будто кто-то заранее вычистил этот участок, оставив лишь ржавые декорации.
Александр шёл первым, легко, почти бесшумно. Он не оборачивался, но я знал, что он чувствует группу за спиной. Движения у него были выверенные, экономные. Так идут люди, которые слишком долго были на войне и давно перестали доказывать что-либо себе или другим, просто оставаясь эффективными.
Я держал дистанцию в пять шагов, периодически скользя взглядом по кронам и земле. Олег шёл третьим, будучи чуть напряжённее, чем обычно, но без срывов. Он старательно копировал темп Александра, будто боялся выбиться из общего ритма. Вальтер замыкал, и я чувствовал его присутствие спиной так же отчётливо, как если бы он держал руку у меня на плече.
Мы не разговаривали, сейчас мы работали, лишние слова только отвлекут.
И да, Скверна, наконец, начала подавать «признаки жизни». Как будто присмотревшись к нам, она решила, что…
