Таак… Разбираться с тем, что это означает, будем потом.
Глава 54
— Вард Изумрудный, какая встреча! Как поживает ваша красавица — супруга? Вас уже можно поздравить или все ещё в ожидании? — Откровенный и язвительный наг запомнился мне ещё по пещере совета нагов, и, увидев его сейчас, я с радостью воспользовалась возможностью отвлечь внимание от Каяны и ее, словно сошедшего с ума, бывшего мужа, который никак не отлипал от девушки и что-то ей горячо и торопливо рассказывал. — Надеюсь, дорога до пещер и обратно не сильно ее утомила?
Серьёзное выражение лица нага таяло от моих слов, меняя его почти до неузнаваемости. Исчезал суровый и сосредоточенный воин, а ему на смену появлялся счастливый мужчина с теплым светом глаз и открытой искренней улыбкой.
— Польщён, что фрея Лангран помнит скромного нага. Уже можно поздравлять. У нас близнецы, два отличных парня. Подрастут, я их начну обучать, и когда сам стану сдавать, будет, кому защитить семью и мать. — Наг просто светился от удовольствия. Казалось, что дай ему волю, и до конца вечера он только и будет говорить о появившемся потомстве. — Но меня очень смущает ваше внимание к моей супруге.
— От чего же? — мне действительно стало любопытно.
— Да очень нехорошая закономерность сложилась, как только вы обращаете внимание или проявляете заботу по отношению к женщине, та сразу же уходит из семьи и бросает мужей. Вон, уже целая коллекция собралась, Миалия Огненная, Каяна Синяя, да сами тоже отличились. Вот и получилось не посольство, а передержка брошенных мужей.
— Закономерность, к сожалению, в другом, я обращаю внимание на девушек, оказавшихся на эшафотах, помостах, боящихся за свою жизнь и жизнь своих детей. Причем не за что, не за совершённые преступления, а по чьей-то извращённой прихоти, ради развлечения. — Как ни горько сознавать, но такие случаи сплошь и рядом. А скольких девочек я просто не увидела, просто не успела. Сколько ещё истерзанных душ томится за стенами клановых домов и поместий? — Так что, если вы не планируете подобных представлений, то вам не стоит опасаться моего внимания к вашей жене. Я искренне рада за каждую, кто смогла обрести свое счастье и тех, кто его сбережёт. Примите это от меня в знак расположения и как подарок на рождение ваших первенцев.
На моей раскрытой ладони появились два серебряных плечевых браслета с изумрудами. Они не были артефактами, не несли никакой дополнительной функции. Просто украшение, просто знак отличия. Просто парные украшения, которые очень подошли для подарка, о чём мне подсказала Алиена, помнящая все содержимое храна наизусть.
Изумрудный наг, прижал руку к сердцу и низко поклонился. И только потом, приблизился и, с хорошо заметным почтением, забрал подарок. Наг был польщён и доволен. У него не было страха, от него не шла волна паники. Я чувствовала его эмоции, знала, что он воспринял этот знак внимания с благодарностью и гордостью.
Как ни крути, но каждый клан нагов может перечислить свои поражения от Лангранов и своих погибших. Но похвастаться, тем, что кто-то из Лангранов отметил кого-то при рождении? Такого ещё не было.
К моему креслу подошёл Эрар. Встретив мой удивленный взгляд, он рассмеялся и ответил.
— Ну, это чтобы послов не смущать, а то они явно забыли, в чьем дворце находятся и к кому ехали. А так мы рядом находимся, голову не ломать, кого приветствовать.
— А мы и не ломали — одноглазый жрец отвлекся от наблюдения за Каяной, чтобы ответить Эрару. — Оборотни пусть и сильные, но всего лишь союзники. А Ланграны это меч в руках судьбы, те, кто могут уничтожить, а могут и позволить выжить. Те, для кого существование самого народа нагов, лишь вопрос личной прихоти. Тем более ценно для нас, что наследница рода Лангран, после брака по чёрному отбору, не обрушила весь гнев Проклятого замка на земли нагов. Более того, не пожалела личных магических сил, чтобы отвести от нас грозовую жатву. И, как посчитал совет нагаата, видимо удержала от мести старших членов рода.
— Не сочтите за оскорбление, ваше величество. Но вы, как обредший пару, поймёте нас лучше кого бы то ни было. — Вперёд вышел Гар. — Никакие титулы и протоколы не могут быть важнее, чем возможность хотя бы любоваться той, для кого бьётся сердце.
Черный наг сверкал чешуей на извивающимся хвосте, выдававшим волнение хозяина. Гар то сжимал кулаки, то прятал ладони за спину, не зная, куда деть руки. То наклонялся вперёд, словно готовый ползти ко мне, то отклонялся назад.
Зал замер, наблюдая за этой сценой. Наверно и внукам будут рассказывать, как к ведьме Лангран боялся приблизиться даже собственный муж.
Представляю, как выглядит со стороны эта картина. Я, в чужом замке, в королевском дворце оборотней, при полном комплекте родовых регалий, фактически сижу на кресле, не отличимым от трона, на спинку которого облокотился местный правитель, в паре шагов с каждой стороны стоят мои названные сестры в окружении, одна будущих мужей, вторая в кольцах бывшего. Рядом с ней стоит уже разозленный Рис, который что-то втолковывает одному из своих отцов.
А у подножья трона, облокотившись на него спиной, сидит оборотень, на которого я поставила ноги. Так чей это дворец и кто принимает посольство нагов? Для нагов ответ очевиден. А сам Эрар, судя по его эмоциям, доволен и веселится, свалив на меня ещё и этот самый прием послов.
Дарден слегка мотнул головой в мою сторону, и черный наг одним движением оказался рядом.
— Моя госпожа и супруга, — я и слова сказать не успела, как Гар склонившись, целовал край подола бархатного платья.
— Бывшая супруга, брачная связь разорвана.
— Можно расторгнуть брачную связь, но невозможно разорвать притяжение сердца, как невозможно утолить жажду души, моя госпожа. — Упрямый. Но развлекать двор оборотней подробностями своей личной жизни я не собираюсь. И так достаточно. Любопытство уже начинало перебивать даже страх. Поэтому я молчу, когда Гар, располагается другой стороны от моих ног.
— Может, госпожа позволит и мне занять место рядом с ней. — Сида кидало от обречённости до безумной веры в надежду. Я только молча, кивнула. Позже расставлю все акценты и точки.
— Остальных забирать будете? — Вард ехидно улыбался.
— Ну что вы! Не моё, не мне, не надо! И так переизбыток мужей ощущается.
— Так я вам и не предлагаю. — Изумрудный уже откровенно смеялся.
Я взглянула на Мию, которая спряталась за эльфов, опустив голову и сжав губы. А вот Каяна все никак не могла прийти в себя. Но ей на помощь пришел жрец.
— Саар, отползи от девушки. Тебе явно не рады и не заставляй меня применять силу. Я вас предупреждал, что пока я опекун Каяны и Наариса, чтобы вас без их согласия рядом не видел.
— Подождите, — вот это было интересно. — Что значит опекун? И каким образом вы им стали?
— После того, как вы нас покинули, во время окончания судилища, Саргус, старший из бывших супругов Каяны, бросил вызов Наарису Грозовому, за право обладать собственной женой. Но, так как Наарис, ещё очень юн, то я взял на себя право быть опекуном, а, следовательно, и принять вызов. — Жрец говорил чётко и сжато, самую суть. Но ситуацию это не спасало.
— Значит, сначала мы ведём себя так, что даже почти рабская связь обоснованно расторгается, а потом бросаем вызов собственному сыну, ребёнку? Чтобы опять закабалить его мать? А никого не смутило, что, прежде всего, Каяна в моем ближнем круге? Я старшая в роду. И ваш вызов, прежде всего, вызов мне…
— Да хоть самой богине Гроз! — старший братец Рафа и Сида смотрел на меня исподлобья, словно я виновата во всех его неудачах. — Я на что угодно готов, но верну свою жену. Назначай испытание, требуй откуп…
— Ничто не удерживает Каяну от возвращения к вам, кроме вас самих…
— Аршен Гардаз к фрее Лангран. — звучно объявил распорядитель.
Побледневший и потерянный дед Аньи шел на негнущийся ногах. Его одежда была залита кровью, как и руки, и даже лицо. На вытянутых руках он нёс небольшое металлическое блюдо, на котором лежали два окровавленных комка.
