— Мне говорили, что иногда вы словно перестаёте воспринимать окружающее, и что в эти моменты вы разговариваете со своей матерью. Сейчас был один из таких моментов? — Эрар и не скрывал своего любопытства.
— Да, именно такой.
— И что говорит ваша мама, если не секрет, конечно?
— Не секрет. Ваш предок был единственным мужем, а не одним из. И что именно этой крови мы обязаны некоторыми, не самыми лучшими чертами характера.
— Единственным? Удивительно. Ведь, насколько я помню, та ваша прабабушка носила именование "Злобная"? — заинтересовался беседой и отец Эрара.
— А что вы хотите? У нее муж был оборотень! — Королевское семейство дружно рассмеялось.
А вот за столами для придворных и членов посольств было совсем не так весело. Придворные сидели и вовсе, как на тризне, боясь привлечь к себе внимание. Эльфы были напряжены, понимая, что возможен конфликт с нагами, из-за Мии, и что не один из эльфов отступаться, не намерен.
Оборотни-коты, хоть и формально входили в состав королевства оборотней, но жили замкнуто в своих границах, фактически являлись вассальным княжеством. Поэтому сейчас держались особняком, уточняя обстановку и расстановку сил при дворе. Взгляд одного из послов от котов неотрывно следовал за каждым движением Мии. Даже заметив мой пристальный взгляд в свою сторону, мужчина просто учтиво поклонился.
Это действие не укрылось не от ювелира, не от командира эльфийских патрулей. Теперь острые колючие взгляды заискрили уже между эльфами и оборотнями-котами. Мы с Эраром только понимающе посмотрели друг на друга.
— Ну почему? — Эрар тихо спросил, подняв глаза к потолку.
— Потому что нельзя, быть в этом мире красивой такой — ответила я под смешки канцлера и бывшего короля, вспомнив творчество уже забывающегося мира.
Оживление началось и за столами орков. Эти бравые ребята, совершенно не дожидаясь, когда, согласно правилам дворцового этикета, можно будет приступать к трапезе, уже вовсю угощались. Пробовали ложку-другую, и начинали что-то говорить.
Подобная реакция не укрылась от стоящего рядом с распорядителем неприятного на вид мужчины. Нет, он был очень аккуратно и чисто одет, видно было, что ухаживает за собой, и помывка для него, это не последствия неприятного стечения обстоятельств, когда вынужден промокнуть под дождем. Но, заплывшие глазки, пухлые, подобострастно сложенные ручки, а главное злобненькая, предвкушающая улыбка, делали его каким-то мерзким.
Я решила проверить свою догадку, уточнив у Дардена.
— Это главный повар?
— Да, он всегда присутствует на приёмах, следить за сменой блюд и чтобы гости были сыты и довольны, его обязанность.
Гомон за столом орков уже привлек всеобщее внимание. Два орка, сильно похожих внешне, и напоминающие чертами лица Армунда, который сейчас помогал Элине лечить Берда, вышли вперёд, на середину зала. И спросили, кто готовил угощения на столы для них, орков.
Эрар перевел взгляд на кухонного главнюка. Тот, даже не скрывая злорадства со словами "сейчас, сейчас" вылетел из зала.
— Подождите, пожалуйста, пару мгновений, сейчас разберёмся. — Эрар непонимающе нахмурился.
— Да уж, разобраться придётся. — Так хотелось добавить, что и руки оторвать заодно, но памятуя, чем обернулись мои неосторожные слова, о шкуре и голове того, кто травил Риса, я промолчала.
— Думаете вмешаться? — поинтересовался канцлер.
— Да, я собственно уже вмешалась, сейчас осталось только завершить начатое.
Распахнулись входные двери, и повар втолкнул ничего не понимающую, но уже со слезами на глазах, Ариду.
— Вот она! Это та мерзавка, что испортила угощение для господ послов. Я уже распорядился, сразу же, как она выйдет отсюда, получит плетей. — Слишком много предвкушения в голосе, видно уже празднует победу. Его даже не смутил дружный рык от обоих орков.
— И сколько же плетей положено за испорченный ужин послов? — Поинтересовалась с улыбкой у главного повара.
— Тридцать, госпожа!
— А выдержит ли такое количество девушка?
— Что поделать, наказание для всех одинаково. — Он даже попытался состроить сочувствующую мину на лоснящемся лице.
Орки не сговариваясь, утянули Ариду себе за спину, а с их стола послышался возмущённый ропот.
— А может, мы тогда у самих послов поинтересуется, чем именно им не угодило угощение? — Интересно, если вдруг действительно не угодили, какая будет реакция, когда я скажу, что готовила я?
— Позвольте мне объяснить, а то совсем неразбериха получается. — От стола орков вышел крепкий и уже пожилой орк, но возраст и седина нисколько не умоляли его красоты и сдерживаемой силы. — Мои сыновья в состав посольства не входят. Просто для них запели звёзды. У орков женщин нет, даже девочки, родившиеся в орочьих семьях, всего лишь чуть выше и крепче человечек, но наследуют расу матери. Но для каждого орка приходит время, когда он чувствует зов, как еле слышную песню. Значит, звёзды решили, что пора попытаться встретить свою судьбу. Старший у меня уже давно женат, внуками порадовал, а вот второй и младшие близнецы, все молодцевали одиночками. А тут мне в посольство выпало ехать и этих охламонов потянуло. Эти-то двое давно себе места найти не могут, все по дворцу лазили, искали, а старший спокоен был, пока вы не появились. А как вашу девочку-волчицу увидал, так и совсем с катушек слетел, забирать полез. Только я выдохнул, как эти за столом чудить начали. Мол, к этой пище прикасалась, та, к кому их тянет. У младшего ещё и нюх, хлеще, чем у волка, он у меня знатный следопыт. Говорит, две женщины готовили, и одна из них наша. Я ему, мол, балбес, мужик здесь главный стряпчий. А они упёрлись и всё. И вон, правы оказались. Из-за этого и развели птичий базар на прибрежных скалах. А угощение знатное, уже и пузо набито, а кусок все равно в рот просится. Особенно рыжки удались, первый раз так приготовленные грабсы пробую.
— Так вы просто пару почуяли, и увидеть захотели? — Канцлер расслабленно улыбался. — А кто вторая женщина?
— Госпожа Лангран, это она готовила, я только помогала. — Тихий голос из-за спин здоровенных бугаев было если слышно, но эффект от слов был поразительным.
В зале было слышно даже дыхание. Спокойно на новость, что я умею готовить, отреагировал только Дарден, и то, потому, что провел много времени со мной в дороге.
— Вы умеете готовить?
— Канцлер! Ну, какая же нормальная женщина не умеет готовить? Хотя бы простые блюда.
— Но… Ваша семья…
— И что? Моя мама, когда учила меня готовить, говорила, что уж что-что, а приготовить для мужа я должна уметь.
— " Дааа? Вообще-то, эта фраза звучала "уж что-что, а приготовить надёжный яд для надоедливого мужа ты должна уметь" выкинула всего пару слов, а как изменился смысл. Талантливо недоговариваешь, доченька"!
Посмеявшись про себя, над маминым уточнением, я все же вернулась к раздосадованному повару.
— Только я не поняла, если угодить послам настолько важно, то почему этим занимался не сам повар? А самое главное, почему он единолично решает кого, когда и сколько наказывать?
— Госпожа, это рабочий момент на кухне, я не думал… просто отвлекать в такой ситуации… — испуганный мужичонка покрылся испариной.
— Вы не думали, что кому-то до этого будет дело. А ведь такое уже не в первый раз. Лишаете жалования, назначаете наказание, прячете, к примеру, приправу, а потом обвиняете в воровстве. — Я повернулась к канцлеру.
— Подскажите, возможно ли, подтвердить или опровергнуть подобные моменты, если они были. Девочка, конечно, всего лишь человечка, кто там будет разбираться, но чисто в теории хотя бы? — Да, я сейчас подло давила на больное место канцлера, ведь его любимая тоже была "всего лишь человечкой", я, более, чем уверена, что разбираться будут, и тщательно.
— Мне интересно другое, почему в моем дворце без моего ведома, назначаются и проводятся какие-то наказания? — Эрар злился, его не сдерживала даже ладошка супруги на предплечье, а главный повар уже трясся от страха, понимая, что ничем хорошим для него это не закончится.
