лужами заснеженную равнину. Дыхание снова перехватило, а сердце сжалось, когда она заметила чуть поодаль неподвижное тело, лежащее в неестественной позе.
«Джастин!»
К ней подоспели остальные.
— Где ты была?! — закричала Талли. Волосы девушки растрепались, щека была рассечена алой линией.
— Неважно! — коротко бросила Мелисса, отсекая этим словом все дальнейшие расспросы, все «как» и «почему». Сейчас на это не было времени.
И в этот самый миг, вдалеке, прямо над силуэтом крепости, небо вдруг полыхнуло. Над самым высоким, теперь уже обрушенным шпилем, в чёрной вышине взорвался сигнальный огонь. Он расцвёл ослепительной вспышкой. Мелисса смотрела на это в полном молчании. Горло её сжалось от внезапного спазма, а сердце отозвалось глухим ударом.
«Сигнальный огонь!»
Это могло означать только одно — они едва сдерживают врага внутри. Звери Хаоса прорвались в самое сердце крепости, туда, где оставались раненые, старики и дети. История с пугающей точностью повторяла самый проклятый день её жизни, тот, что преследовал её в каждом ночном кошмаре. Она с силой прикусила нижнюю губу, и знакомый вкус крови помог собраться, не дал закричать от накатившего отчаяния.
— У нас не осталось времени, — произнесла она, и её голос, к собственному удивлению, внезапно стал ровным, низким и невероятно решительным. — Мы должны закрыть разлом. Сейчас же. Пока не стало окончательно поздно.
Позади них, будто в подтверждение её слов, снова раздался низкий гул, который быстро перешёл в победный рык. Девушка резко, всем телом обернулась к мерцающей, пульсирующей грани, и прямо перед ней, словно материализовавшись из самых тёмных глубин её памяти, стоял тот, кого она боялась увидеть. Вожак. Существо огромного, неестественного роста на четырёх мускулистых лапах, похожее на волка из древнейших, забытых легенд. Его чёрная шерсть мерцала, впитывая в себя не свет, а саму тьму. Его взгляд был прикован только к ней.
«Вернулась… Призывательница… Наконец-то…» — прошелестело у неё в голове.
Мелисса невольно вздрогнула. Рана на боку вспыхнула болью, словно незримые когти зверя вонзились в неё одним лишь этим пронизывающим взглядом.
— Уйди из моей головы! — выкрикнула она, и слова прозвучали не только в заледеневшем воздухе, но и гулким эхом в её собственном сознании.
Она сделала шаг вперёд, её рука инстинктивно сжалась в кулак, забыв про боль. Глаза её вспыхнули решимостью. Но существо лишь издало нечто похожее на смех. Пространство в полуметре от вожака заколебалось, подёрнулось мелкой рябью.
— Я с тобой, — раздался рядом твёрдый, не допускающий возражений голос Талли. Она шагнула вперёд и встала рядом с ней плечом к плечу, её собственный взгляд был устремлён на зверя Хаоса.
Бернар, не говоря ни слова, повернулся и сделал то же самое, заняв позицию с другой стороны. Он перехватил меч здоровой, правой рукой, а его густые брови грозно сошлись, образуя глубокую складку. Позади, тяжело дыша, подошли, опираясь друг на друга, Лестар и Лорик. Лестар на мгновение задержал взгляд на дочери. В этом молчаливом, быстром взгляде уместилось всё: горечь утраты, безмерная гордость и отцовский страх, который он так и не успел ей выразить. Талли поймала этот взгляд и слабо, но ободряюще улыбнулась ему уголками губ. Мужчина в ответ лишь коротко, почти
