нынче вроде как ничего, более-менее распогодилось.
— Вот-вот! — подтвердила девушка невероятно серьезно, словно вступая со мной в одну коалицию — А как снова потеплеет, меня опять отвезут в сад. Да, Петр Францевич?
Тот покрутил в руках невероятно большой клетчатый платок и вновь трубно высморкался, как видно, последовав моему примеру и не стремясь давать какой-то конкретный ответ. А минут через двадцать и вовсе выгнал нас из палаты, не обращая внимания на просьбы, а после и протесты Бэллы.
— Скоро увидимся — покидая ее, все же пообещал я, плюнув на свои недавние мысли — Обещаю!
— Я буду ждать — прошелестел негромкий голос Бэллы — Приходите поскорее, Саша. Мне с вами очень спокойно.
Ох, надеюсь, что в пиковом случае, который, увы, более вероятен чем благоприятный исход, мне не придется ее отпускать туда, за седьмое небо. Не в этот раз.
— Что скажешь о Бэлле? — спросила Ряжская, когда мы подошли к тому же месту, у которого беседовали в прошлый раз — Может, есть чем меня порадовать?
— Ничего нового сказать не могу — ответил я, устраиваясь на широком подоконнике — Рад бы, да не могу. Но я ищу. Поверь, на самом деле ищу. Советуюсь с теми, кто знает больше, чем я, кое у кого прошу помощи, даже в долги залезаю. Но пока ничего.
— Если долги денежные, только скажи — деловито заметила Ряжская — Это не проблема. Или нет? Речь не о деньгах?
— Не о них — подтвердил я — Не бери в голову, это мои заботы. Да, время играет против Бэллы, это так, но оно пока есть. Значит, есть и шансы.
— Ты невероятно сложный парень, Смолин — Ряжская положила мне руку на плечо — С тобой бывает очень тяжело. Но при этом ты один из немногих людей, которым я отчего-то верю.
— Дело в моем природном обаянии — предположил я — Да и как женщине устоять против такого красавчика?
— Болтун ты! — рассмеялась моя собеседница, расстегивая сумочку и доставая из нее флешку — Красавчик! На, держи, мне Антон сегодня утром информацию по твоему запросу передал. Это тот максимум, на который мы способны, ручаюсь. Тут не банальная отписка на отвали, а полноценная аналитическая справка. Я проверила.
— В последнем не сомневаюсь ни на секунду — обрадовался я — Вот спасибо!
— Наш недавний конфликт улажен полностью? — уточнила у меня Ряжская.
— Да я про него еще тогда забыл. Чего в жизни не случается, особенно между друзьями.
— А мы друзья? — очень внимательно глянула на меня Ольга Михайловна.
— Конечно — заверил ее я — Иначе чего бы я тут делал?
— Бэллу навещал. Думается мне, даже если мы разругаемся вусмерть, то ты ее все равно не бросишь. Так ведь?
— Не прессингуй меня чрезмерно — не разругаемся. Тем более что у меня не так и много друзей.
— Друзей? — сложила губы сердечком Ольга Михайловна и придвинулась ко мне, буквально приперев к стеклу — А один обаятельный красавчик мне обещал куда большее. Намеки интимные строил, сопел вызывающе. Не подскажешь, кто это был?
А, это она мне ответочку включила за недавний выпендреж в кабинете Волконского. Не спорю, имеет право.
— Можно, я потом отшучусь? Правда в голову ничего путного не идет, а банальщину городить не хочу. Я тебя для этого слишком уважаю.
— Ладно, отложим этот раунд на потом — согласилась она — Но ты имей в виду — женщины никогда не прощают бездействия тем мужчинам, которым они поверили.
— А мне ты поверила?
— Тебе? Да.
— Лучше бы соврала — опечалился я, спрыгивая с подоконника — Теперь мне стало страшно.
— Ну, пока не бойся — успокоила меня Ряжская — Сам же говорил — время есть. И у тебя, и у меня. У нас!
— Это да — я глянул на экран смартфона — Ого, шестой час. Надо выдвигаться.
— Далеко идущие планы? — полюбопытствовала Ряжская.
— Встреча с друзьями — не стал скрывать я — Два года не виделись.
— Если в центре — могу подбросить — предложила она — Где встречаетесь?
Как оказалось, наши маршруты практические совпадали, что не могло не радовать. По дороге сюда мне пришлось почти час слушать протяжные песни на таджикском языке, исполняемые водителем, и повторного концерта, боюсь, я бы не пережил.
Попрощавшись с Вагнером, который как раз вышел из палаты Бэллы, мы направились к лестнице. Не знаю, что заставило меня обернуться тогда, когда мы уже в самом конце коридора, но я все же это сделал. И успел увидеть прозрачную тень, спешно нырнувшую в одну из палат.
Призрак. Причем спрятался он потому, что не захотел быть замеченным. Мой замеченным. Значит, он в курсе того, кто я такой.
С другой стороны — ничего удивительного в этом нет. Ни в существовании духа, обитавшего при больнице, ни в подобном его поведении. Призрачная публика, особенно та, которая уже потерлась на свете после смерти, со временем приобретает способность отличать таких как я от обычных людей. Например, моя Жанна, встреться мы с ней сейчас, а не тогда, скорее всего не была бы столь удивлена тем, что я ее вижу.
Что до местного призрака… Наверное, он не желает нашей встречи, потому что меня боится. Думает, что я его отсюда выпроваживать стану, или, того хуже, на небеса отправлю. Не секрет, что есть и такие тени, которые не желают покидать грешную Землю, предпочитая сомнительность этого существования сомнительной благостности того. Тут все ясно, понятно, привычно. А там — поди знай. Да и есть ли оно, это «там»?
Так что я местного обитателя мигом из головы и выкинул, тем более что он точно безобиден. Просто начни он шалить, я бы про это точно знал. Тот же Вагнер, который, несомненно, прекрасно понимает с кем имеет дело, сразу бы ко мне обратился. Даже несмотря на то, что не советовал ему этого делать. Да и Ряжская поделилась бы.
В ресторан я опоздал. Ну, вот не повезло, застряли мы на МКАДе. Зато, когда я подошел к столу, то там уже собрались все приглашенные на встречу сородичи-ведьмаки. Они поглощали куриные крылышки, бодро терзали брызжущие кровавым соком стейки, похрустывали капусткой «кул-слоу» и, заметив меня, приветственно подняли вверх литровые пивные кружки, огласив зал дружным ревом.
— Привет, блудный брат! — полез обниматься ко мне уже изрядно поддатый Олег — Мы уж решили, что ты опять хрен знает куда смылся.
— И нам придется самим оплачивать счет — добавил Слава-Два — Здорово, Сашка! С возвращением!
— С возвращением! —
