Воспитание мажорок - Руслан Иванович Аристов

Я обдумал её слова — это было сказано не ультимативно, как обычно любила делать Лада, а скорее даже деликатно. Я это оценил, поскольку ранее она не воспринимала меня как равного, но сейчас признавала мой возросший статус. Это было маленькой, но важной победой.

— Если это не будет выглядеть так, будто я не самостоятельный игрок и под плотной семейной опекой, то можно, — ответил я, обозначив свои границы и давая понять, что не потерплю кураторства над собой на этих переговорах.

— Да брось ты — какая опека? Осьминог отлично информирован о твоих злоключениях, так что за это не переживай!

— Отлично, тогда поедем вместе.

— Точнее, встретимся уже там. Ладно, я поехала, — Лада товарищески хлопнула меня по плечу.

— Постой! Я беспокоюсь за Лизу… — слова сорвались с губ быстрее, чем я смог их обдумать.

— А что такое? — кузина замерла и остановилась, так и не открыв дверцу, и медленно повернулась ко мне.

Свет фонаря выхватил её лицо, на миг превратив его в бледную, непроницаемую маску. В её глазах не было ни капли родственного тепла — только холодный фокус, и вот такой её образ никогда мне не нравился. Слишком часто я видел её такой…

— Ну во-первых, она недовольна тем, что произошло на гонке, и явно винит в этом меня. Во-вторых, она остаётся в этом «марковском» логове, в орбите влияния Ирины и Вики…

— Она справится! — отрезала Лада, и её тон не допускал возражений.

Несколько секунд мы молча смотрели в глаза друг другу. Меня начало накрывать понимание: и то, как моя очаровашка-кузина вообще вела себя, и то, как уработала Анжелику в тот памятный день, когда я очнулся в этом мире… Все разрозненные кусочки головоломки начали с тошнотворным щелчком вставать на свои места — её внезапная поддержка, её пугающая осведомлённость, а теперь и слишком спокойное отношение Лады к нахождению младшей сестры во враждебном политическом лагере.

— Ты хочешь сказать, что Лиза работает на тебя? — я ощутил, как кровь прилила к щекам, и дышать стало тяжело. — То есть вся эта легенда, что она бросилась за мной… — мой голос дрогнул, выдавая ярость и раздражение.

— Это не легенда, а чистая правда, — чуть подняла голос Лада, а в её глазах сверкнул металл. — В остальном, конечно же, я взяла её под свою опеку, раз она учудила это поступление в «марковку». Я была изначально против, и теперь просто пользуюсь моментом. Спасибо скажи, что Лера вдобавок такое не сделала — а она тоже порывалась. Не знаю за что, но девушки тебя любят…

Меня это поразило — Лада произнесла это спокойным, будничным тоном, словно речь шла о вербовке случайного осведомителя, а не о судьбе нашей с ней младшей сестрёнки, нашей Лизы.

— Лада, то есть ты используешь младшую сестру как… агента? — я глубоко вздохнул и едва сдержался, чтобы не зарычать.

— Как личного агента влияния, правильнее сказать, — сжала она губы, и на её лице не дрогнул ни один мускул. — А чего ты ожидал?

«Какая она циничная… Хотя сколько её помню — она всегда такой была!» — на миг захотелось придушить её.

— Но… Это же опасно! Если Марковы ей навредят?

— Нет, Ирина и Вика ей не навредят — они с ней подруги, а кроме того, если посмеют, то это будет для них чревато нашим ответом, — голос кузины стал ледяным. — Если ты ещё не вспомнил, или вообще не знал, но исполнение законов влиятельными кланами в нашей республике уравновешивается как раз таки взаимной мощью. Общественный договор как он есть. Лучше холодная политическая война в рамках процедур и правил, чем горячая гражданская.

— А покушение на Анжелику — это из какой оперы? — полюбопытствовал я, указывая на брешь в её логике.

— Это немного другое, — я при этих её словах нервно хмыкнул, — потому что здесь замешана высшая магия. Лиза к этому всему отношения не имеет, поэтому Марковы её не тронут — это грозит не только нашим ответом, но и подрывом репутации их учебного заведения. Есть некоторые грани, которые никто никогда не переходит.

— Чем же отличается от этого «общественного договора» покушение на Анжелику?

— Если бы её хотели убить — убили бы…

— Я её спас!

— Не будь наивным, кузен, — поморщилась Лада. — Я сама толком не знаю, как всё это регулируется главами семейств, но всё, что связано с этой Ночью Слияния, не подпадает под обычную мораль. Здесь игра идёт жёсткая, без правил, — она сказала это с высокомерным цинизмом человека, каждый день наблюдающего за правилами выживания на самом верху пищевой цепи.

— А если Марковы решат, что Лиза тоже косвенно с этим связана?

— Она что, избранная в этом году от нашего клана? Нет. Тогда чего бы её кто-то трогал? — Лада, наконец, отвернулась от меня и взялась за ручку дверцы. — Так что не переживай, просто так никого не трогают, — завершила она с усталостью от необходимости объяснять прописные истины мне, непонятливому дилетанту.

— Надеюсь, Лиза в безопасности и ты знаешь, что делаешь и контролируешь ситуацию! — ответил я, сдерживая злость.

— Знаю! Спокойной ночи, завтра важный день!

— И тебе!

Я подождал, пока кузина уедет, и медленным шагом вернулся в подъезд, ещё раз анализируя всё со мной произошедшее с момента попадания в этот мир. Многое виделось теперь совсем в другом ракурсе.

Глава 10

Разговор с кузиной слегка вывел меня из равновесия.

Не то чтобы я раньше не размышлял обо всех этих фактах, однако именно сейчас они окончательно сложились в целостную картину. Поэтому моё беспокойство за Лизу кратно усилилось — я не особо доверял уверениям Лады о том, что у неё всё под контролем.

Конкретно с Лизой я решил поговорить завтра — созвониться и пригласить её посидеть со мной и моими девчонками.

Поднявшись, я вошел в открытую, на секундочку, квартиру, и сразу услышал голоса, доносящиеся с кухни. В нос ударили знакомые запахи — смесь дорогих парфюмов, кофе и вина. В коридоре было полутемно, только из почти закрытой кухни падала полоска света.

Я закрыл замки, разулся и постоял пару секунд, прислушиваясь.

Из кухни доносился голос Стеллы — ровный, холодный, с той самой интонацией, от которой обычно хочется спрятаться под стол.

— … вы, бестолочи малограмотные, хоть понимаете, что «дизайн» — это не просто набить помещение дорогими шмотками и золотыми вензелями? Это целая наука, особенно в таком деле, как премиальный бутик…

— Опять ты говоришь о том, чего сама толком не