Правда прошёл час, и они расслабились, показывая мне свой настоящий переход. Женщины разговаривали, смеялись, шептались… Многие сняли шлема, чтоб было не так жарко, хотя здесь вечно, блять, пасмурно и жарко явно не про этот район. А ещё меня напрягало то, как часть девушек и женщин перешёптываются и кидают в мою сторону косые взгляды, словно о чём-то сговариваясь.
— Ты же понимаешь, что если я умру, умрёт и Элизи, а вслед за ней и вы все? — на всякий случай решил спросить я, глядя на тех, кто слишком хитро перешёптывался и кидал в мою сторону взгляды.
— Да, — хрипнула Мамонта.
— Отлично. Тогда объясни, хули они там шепчутся? — кивком указал на девушек впереди.
— Не знаю. Но зная своих людей, предположу, что обсуждают, как тебя бы… вас бы связали и выебали.
Повисла неловкая тишина.
— Эм, прости, повтори-ка ещё раз?
— Обсуждают, как бы вас хорошенько изнасиловали.
Блять, да ну нахуй. Быть не может.
— С чего вдруг? — слегка обеспокоенно спросил я.
— По-вашему, что будет, если в отряде из ста не трахавшихся мужиков будет одна девушка, пусть и не самая красивая замухрышка?
— Будут обсуждать, как её бы они натянули… — пробормотал я, понимая, какая засада образовалась вокруг меня.
— Вот и они без мужика уже несколько месяцев ходят. А деревня ваша явно небогата на них.
— Они меня не изнасилуют?
— Могут, но навряд ли. У нас настолько помешанных нет.
Нет, я мечтал о всяких ролевых играх где меня «насилуют» девушки, но реально быть изнасилованным не хочется. Это в мыслях так всё классно, а в реале на хуй верёвочку набросят, чтоб не спал и будут тебя ебать. Такое уже никак не попадает под мои фантазии.
Уже ближе к вечеру мы получили первую порцию приключений.
Откуда-то из леса выскочила одна из девушек в плаще, который был зелёного цвета. Не скрылся от моих глаз лук и кинжалы, что были при ней.
Махнув рукой, Мамонта тут же остановила колону и кивнула девушке, чтоб та говорила.
— Впереди на дороге семь человек. Ещё столько же в лесу, сто метров справа. Плюс, около десятка женщин с детьми. Пленники.
— Опять разбойники, — вздохнул я. — Мужики среди пленников есть?
— Нет. Они есть среди разбойников.
Женщины вокруг зашушукались, косясь на дорогу впереди. Ну началось… Раньше мужики баб насиловали, теперь бабы мужиков насилуют. Мир не перестаёт заниматься хуйнёй.
— Так, слушай мою команду, — начал я. — Разбойников в расход, баб с детьми не трогать!
— А может наоборот? — начала одна из женщин. — Женщин с детьми в расход, мужиков не трогаем.
— Ты чо, самая умная?
И тут к моему сожалению, все переглянулись и закивали головой, типа да, самая умная среди них. Ну блин, приехали.
— Нет, баб не трогать с детьми. Они мирняк, они нам нужны.
— Ну может одного оставим? — с просила другая так, словно предлагала котёнка приютить.
— Ты знаешь, что такое сифилис? — спросил я. — Или гонорея? Или хламидиоз?
— Это… такие животные? — спросила одна.
— Да нет же, это птицы! — толкнула её другая.
— Дура что ли? Это такие ящерицы, которые бегают между камнями, — высказалась третья.
— Да быть не может! Если бы это были ящерицы, стал бы он спрашивать о них? Это, наверное, такие ручные животные типа собак.
Я смотрел на этих идиоток, не в силах поверить в то, что они выдвигают такие теории. Пиздец, вот это необразованность… Бля, они хоть что-то знают?
Пока бабы спорили, что такое сифилис, хламидиоз и гонорея, я покосился на Мамонту.
— Э-э-э… а ты знаешь, что это такое? — не так уверенно спросил я её.
— Может болезнь, которая может возникнуть во время секса? — прохрипела она, смотря на меня из-под полузакрытых век.
Ну слава богу! Хоть кто-то знает… вернее не знает, но догадывается, что это такое. Я несказанно рад этому! Нет, серьёзно, Мамонта не зря самая главная у них.
А женщины тем временем пришли к выводу, что это злые духи, которых можно натравить на человека и которые будут его мучить, пока его не очистят от них или пока он не умрёт. Можно сказать, что они почти угадали.
Но блять, такая необразованность, это же просто пиздец. Я уже не удержался и спросил:
— А какой формы земля?
— Естественно плоской, — фыркнула одна.
— Ты идиотка? Она треугольная! — тут же начала другая.
— Вы обе идиотки, она куполообразная! — вклинилась третья.
— Она не может быть треугольной, она квадратная! — женщина начала отстаивать свою теорию, уперев руки в бока.
— А где его сторона!?
— Да вон те горы и есть одна из его сторон! — ткнула она пальцем в горы.
Я посмотрел на этот форменный пиздец необразованности и повернулся к Мамонте.
— А ты знаешь, какой формы земля?
Та лишь отвернулась. Понятно… Ну… можно в принципе порадоваться тому, что они хотя бы знают, что такое квадрат, а что такое…
Я осёкся в собственных же мыслях, так как увидел, что они рисуют и называют квадратом, а что треугольником.
Треугольник оказался у нас параллелограммом. А вот другая умудрилась нарисовать тессеракт, если я правильно его называю и правильно помню, как он выглядит. Мне кажется, что она просто тупо чёркала по земле палкой.
— Это не круг! Это тессеракт! — воскликнула одна из них, ткнув пальцем в картинку.
О господи блять, ты ещё и знаешь, как это фигура называется!? Блять, ты не знаешь, как выглядит круг, но знаешь, как выглядит тессеракт!? Серьёзно!?
И ведь их даже дурами не назовёшь после этого!
— Так! — хлопнул я в ладоши, привлекая внимание. — Вернёмся к делу, мы никого не будем брать в заложники и насиловать.
— Даже если очень хочется?
— Даже если очень хочется, — кивнул я и обратился к Мамонте. — Командуй. Но только я иду с вами.
Она кивнула и очень скоро было образованно два отряда по семь человек, которые включали в себя по скрытнику. Я как бы был пятнадцатым и ни к какому отряду не относился. Просто контролировал их, чтоб потом не пришлось бегать с квестом по поиску антибиотиков в мире меча, магии, гопников и летающих слонов.
Мы двигались через лес, пустив двух скрытников, которые взяли наизготовку луки. На минуту они ушли дальше и вернулись обратно, сообщив, что устранили двух отходивших поссать. Мамонта отдала какие-то указы им руками, строя непонятные мне фигуры. Те лишь закивали головой и вновь скользнули в кусты.
Я потрогал Мамонту за плечо, привлекая внимание. Она же в свою очередь приблизилась ко мне максимально близко и в самое ухо шепнула.
— Здесь не только они. Помимо четырнадцати разбойников здесь есть ещё и трое неплохо вооружённых людей не из бандитов. Что нам делать?
Я так же зашептал ей в самое ухо.
— Одного берём, остальных в расход.
Она кивнула и что-то показала другим. Те в ответ закивали, показывая, что поняли, после чего пятеро из них двинулись в сторону, куда отправились разведчицы, а мы остались ждать. Не сказать, что наёмницы выглядели встревоженными. Скорее сосредоточенными и по-своему красивыми.
Блин, а я понял, что их красота проявляется, когда они оказываются в своей стихии. Жёсткие, целеустремлённые и незнающие жалости. Они были как военная техника — в ней есть тоже что-то завораживающее, невидимое и красивое, несмотря на то, что в любую секунду эта техника готова раскатать сотню другую людей, разорвав их тела пулями.
Девушки вернулись через пять минут, кивнув и обменявшись с главной знаками, после чего двинулись в сторону, как я предположил, лагеря.
Через две минуты мы двинулись за ними через кусты и заросли высокой травы. Мамонта шла впереди, а я плёлся сзади. Лес буквально стягивался над нами, словно горловина мешка, в котором ты сидишь. Я не слышал абсолютно ничего кроме птиц и сраных кузнечиков. До того момента, пока мы не подошли ближе.
Вскоре отряд вновь остановился. Теперь я мог расслышать негромкие, но спокойные мужские голоса, которые басом разносились по округе. Часть из них я мог определить, как прокуренные, гопарьски и угрожающие. Скорее всего бандиты. Но среди них раздавались и нормальные голоса, которые бы больше подошли образованным людям.
