помолвке. Амалия и Кларисса вызвали много шума. А после того, как они были приглашены во дворец на чай к императрице, они возвысились. Тут без протекции леди Панник не обошлось, но я была благодарна ей. Ведь вместе с именами близняшек, упоминали и мое. Не без моих стараний они на каждому балу вели себя безупречно. Многие леди подходили ко мне и узнавали, смогу ли я помочь им вывести в свет их младших детей.
В кабинете графа нас дожидались два молодых человека, что и удивило меня, и нет. В последние дни гостей в особняке было много. Все хотели выразить свое почтение, как и сделать предложение руки и сердца.Этих я узнала сразу. Герцог Джеймс Хартвэлл, что стал им совсем недавно, как раз перед началом сезона балов. Вторым юным лордом оказался граф Чарльз Рэндор, единственный сын в семье. Кроме него в семье Рэндор воспитывались шесть леди.
Герцог Хартвэлл появлялся на каждом балу и на первый танец всегда приглашал Клариссу. Он был немногословен, будто все время недовольный чем-то, и не показывал своих истинных чувств. Про себя я называла его “Ледышка”, делая ему скидку за недавно полученный титул. Непросто было юноше справляться делами, внезапно потеряв отца. Девушка хоть и не показывала своих чувств, но я замечала, как загорались ее глаза, когда она видела его. И как только мы появлялись на балу, Кларисса искала его. И облегченно выдыхала, когда находила герцога в компании друзей. Но тем не менее, девушка старательно делала вид, что Джеймс ей не интересен, несмотря на все неуклюжие ухаживания герцога. Его воспитывала строгая бабушка, держа того в ежовых рукавицах. Лорд Хартвэлл только учился проявлять свои чувства и эмоции, попав под обаяние одной из близняшек. Но я, как и они, знала, что их связывает намного большее, чем просто симпатия.
Из двух кандидатов в женихи граф Рэндор мне нравился больше. Он идеально подходил Амалии. Такой же чувственный, как и сама девушка. Интересовался поэзией, чем бесследно покорил сердце девушки. Каждое утро в особняк привозили подарки от него. Кроме цветов, к букетам прилагались пирожные, книги, статуэтки и всякая мелочь, что несказанно радовала Амалию. Но выбор оставался, конечно же, за Себастьяном.
— Леди Саттон, разрешите мне представить вам герцога Хартвэлл и графа Рэндор, — юноши склонили голову. — Они с самого утра топчутся на пороге моего дома и просят руки моих сестер.
Я задержала дыхание. До сегодняшнего дня Себастьян ни разу не приглашал меня в свой кабинет и не знакомил с теми, кто просил руки близняшек. Их было немало. Уже после бала во дворце на другое утро в особняк посыпались приглашения. Сперва их было мало, только от тех семей, что дорожили дружбой графа Кэмбелл. Когда же они побывали у императрицы, приглашениям не было конца и края. Многие захотели увидеть леди Кэмбелл у себя на балу или на музыкальном вечере. Но я тщательно отбирала приглашения, в первую очередь навещая тех, что изначально не отвернулся от Себастьяна из-за близняшек.
Но сейчас я не совсем понимала, зачем граф Кэмбелл позвал и меня. Он и сам мог дать юным лордам ответ и отправить их восвояси, либо же дать им свое благословение.
— Как вы думаете, леди Саттон, — снова обратился он ко мне. — Они достойны руки моих сестер?
Я кивнула, сглотнув. Себастьян смотрел на меня слишком внимательно и прямо, несмотря на присутствующих лордов в его кабинете. Будто герцог и граф явились по мою душу, а не просить руки близняшек.
— Руку и сердце моих сестер может получить лишь тот, кто не только видит их внешнюю красоту, но и ценит их самих, — произнес он, занимая кресло за столом, как и указывая мне на стул рядом с ним. — И как вы знаете, — на этот раз он не только обратился к юношам, но и одарил их красноречивым взглядом. — Они одинаковые. Иногда я даже сам путаюсь, кто из них кто. Девушки подобны двум скрипкам от одного мастера: из одного дерева, одного мастера, но каждая звучит по-своему.
Тут с ним не поспоришь. Амалия и Кларисса не просто были похожи, их было не отличить друг от друга. Слуги их зачастую путали, когда девушки одевались одинаково. Одна миссис Уильямс могла их отличить в любом одеянии. Я тоже не сразу научилась их разделять.
— Я наблюдал за вами на балах. Своими глазами убедился, что вы неравнодушны к моим сестрам, но, — Себастьян сделал многозначительную паузу. — Но мне нужны более убедительные причины, чем ваши доходы. Богатых женихов за последние дни я повидал немало, — на этих словах герцог и граф напряглись, но ни слова не вымолвили. — Жаль, что ни один из них не смог справиться с моим заданием. Что ж, вам тоже предстоить пройти похожее испытание.
Я удивленно взглянула на Себастьяна. Что еще он придумал? На этом граф Кэмбелл позвонил в колокольчик. В кабинете тут же появился его камердинер Джон.
— Джон, пригласи обеих леди Кэмбелл в мой кабинет, — произнес он, откидываясь на спинку кресла.
Минуты ожидания продлились недолго. Все это время в кабинете графа никто не проронил ни слова. Себастьян нервно постукивал пальцами по подлокотнику кресла. Герцог Хартвэлл и граф Рэндор переглядывались между собой, но тоже хранили молчание. Я же просто ждала, что же подготовил для них граф Кэмбелл.
И вот дверь в кабинет распахнулась и явила нам близняшек. Я удивленно охнула в то время, когда молодые лорды вскочили на ноги. Я не совсем понимала, что тут происходит, и во все глаза смотрела на девушек, которых вырядили одинаково. Даже их волосы уложены так, что не найдешь отличия. Видимо, они не раз появлялись в кабинете брата в таком виде, что на их лицах не дрогнул ни один мускул. Несмотря на то, что перед ними были юноши, к которым девушки неравнодушны.
Я перевела взгляд на Себастьяна. Тот выглядел довольным увиденным. Он улыбнулся и затем озорно подмигнул мне.
— Ну что ж, — заговорил он спокойно. — Выбирайте. Кто там на ком хотел жениться. Ошибетесь, то вы недостойны ни одной из них.
Герцог и граф не спешили своим выбором, но через пару минут шагнули к девушкам и сделали свой выбор, поцеловав им руки.
— Однако… — вымолвил граф Кэмбелл озадаченно, не ожидая такого итога. Он не был готов к тому, что герцог и граф не ошибутся. —
