Но не скажу, что всё прошло так уж тихо. Ибо как только я вернулся, то тут же выяснилось, что выпитое пиво, которое до этого по непонятным причинам не давало о себе знать, тут же потребовало его слить. Прям немедленно.
Так что кинув мимолётный взгляд, на сидящих тут и там парней и девчонок, я ломанулся за танк. При этом наступив на кого-то из связанных нек. Потом споткнулся об вторую и, совершив кувырок через голову, скрылся с обратной стороны техники.
Ух, хорошо то как! Такое ощущение, что из меня рвануло наружу столько, что я мог при нормальном процессе слить раз за пять.
— Ну что столпились, — раздаётся сбоку голос Степаныча. — Дайте человеку пописать нормально. Пошли, пошли…
Твою дивизию, походу мой резкий рывок не на шутку всполошил народ, и они всей толпой рванули за своим командиром в бой. Прекращаю поливать колесо танка и поворачиваюсь к народу спиной. Но сам процесс остановить не могу, ибо пива было много.
— Хм… Маленький-то какой, — откуда-то сверху раздаётся голос Мальвины.
— Да, нормальный, — не соглашается с ней Изи, которая вместе с подругой стоят на крыше башни и пялятся.
Снова поворачиваюсь, на это раз спиной к этим двум извращенкам. Кидаю взгляд туда, где была основная толпа, но там только Степаныч, который, как раз отвешивает кому-то пинок. И подмигнув мне тоже сваливает.
— Вот не надо тут, — с той стороны техники слышится голос Ниферы, — там очень даже нормальный. Ты всех-то со своим Молотом не равняй.
— С Молотом равнять не надо, — соглашается Балагур. — С ним ровнять вообще плохая идея. Там же чуть поменьше пожарного шланга. Держите его!
— Молот, а ну сядь, — орёт Степаныч. — Извращенку свою лучше с танка сними. Изи, ладно эта дурная, но ты то куда на чужие письки полезла смотреть, у тебя же муж есть!
— Да, я это… — раздаётся уже снизу смущённый голос локиссы. — Все побежали и я полетела.
— Лизка, а ну слазь зараза такая, — ревёт белугой Молот.
— Я такая плохая, — хихикает Мальвина, — меня надо обязательно наказать. Хи-хи… — раздаётся смачный шлепок: — Ой. Больно же! Что? И всё что ли?
Ну наконец-то! Закончилось пивко. Заправившись, возвращаюсь к коллективу. Все тут же делают вид, что ничего не произошло. О небольшом казусе, напоминает только красная, как помидор, мордашка Изи. Да заинтересованные взгляды некоторых нек.
— А чего они связанные? — тычу пальцем в этих кошек.
— На всякий случай, — поясняет Степаныч. — А то кто их знает. Вдруг в побег пойдут?
— Рраф! — из под танка появляется Пух. Всем своим видом демонстрируя, что от него не сбегут.
— Ой, а чего это у вас тут неки связанные? — за спиной раздаётся весёлый голос Маришки.
— А-а-а! Братишка! — завопив в две глотки, сумасбродные девицы бросаются на шею к Степанычу. — Помолодел то-как. Красавец!
Мдя-я-я… Вот кто бы мне помог разобраться, не то, что в родственных отношениях Эдема, Всеслава и Евы с Хель. Но и собственных. Ох чую, есть там подвох. Вот взять Маришку с Анюткой, мне они бабушки, при этом Степанычу одна из них родная сестра. Но мне он не родственник. Скажи кому, с ума сойдёт.
Но радует одно, не меня тискают и ладно. Нет, мои бабули клёвые девахи, но вот их неуёмная радость, способна если и не убить, то покалечить точно.
Так стоп. А это ещё кто рядом с Локи? Что за стройная блондиночка с сиськами не меньше чем у нашей Мальвины? И одёжка на ней… Явно чувствуется влияние Маришки с Анюткой. Юбочка коротенькая, обнажающая стройные ножки. Блузка с вырезом… У Эдема будет инфаркт от такого разврата. Короче мне нравится.
И как-то странно она на меня пялится. Оценивающе так. При этом чувствуется некоторая настороженность. Как будто опасается.
Маришка подскочив ко мне, тянет за руку, подводя к девице:
— Юра, Егорка, познакомьтесь, это наша новая подруга, местная богиня любви — Леофаста. Согласитесь, ей идёт новый образ?
Степаныч крякнув, крутанул ус, и показал большой палец. Я же с умным видом шаркнул ножкой, ухватил богиню за правую лапку и бесцеремонно… А-а-а… Эм… То есть очень галантно поцеловал ручку. И выдал:
— Для женщины такой красоты, нет значения, в чём она одета. Ибо сама по себе является украшением всего, что находятся рядом с ней. Но, несомненно, данные одеяния очень идут ей, ибо не скрывают красоту, а лишь оттеняют её. Даря усладу взору.
— Как стелет, — Маришка с Анюткой этак прислонившись плечиками, склонили головы друг к другу и одновременно смахнули невидимую слезу. — Нам кажется, он тебя уболтает. Хи-хи…
— Да ну вас, — Леофаста отмахивается свободной рукой, не спеша вырвать вторую лапку из моей. — Премного наслышана про тебя, Егор.
Выпустив пальчики богини, ибо для всего есть мера, слегка кланяюсь, вопрошая:
— Надеюсь только хорошее?
— Напротив, только плохое. Эдем так часто поливает тебя последними словами, что я с радостью воспользовалась приглашением познакомиться, — лёгкий кивок на моих бабулек. — Будет о чём с девочками посплетничать, — и едва улыбаясь, подмигивает.
— Ладно, красавицы, время-то идёт, и Маришке с Анюткой скоро уходить, — вмешивается Локи.
— Да? — Маришка расстроенно морщит носик. — Ну что ж давайте прощаться.
— Подожди, Всеслав сказал час. У нас есть ещё пять минут. Мари, я пойду, пообщаюсь с нашими девочками, — кивок на кучкующихся Валькирий. — А ты помоги Егору разобраться с неками. Если я правильно поняла их спор, они теперь должны принести клятву верности. Но не связанными же!
— Ну а я тогда не буду мешать вам, — Леофаста, встряхивает роскошной гривой волос. — Ещё увидимся, Мажор, — и, подмигнув, исчезает.
— Хи-хи, кажется, наш мальчик произвёл впечатление, — не может промолчать Маришка. — Ладно, пойдём. Обратим нек в правильную веру…
Глава пятая
Как гласит прописная истина: ломать — не строить. Не знаю кто, когда и самое главное куда её прописал, но дедушка Всеслав доказал эту теорему на раз. Любой математик позавидует.
То, что Эдем годами делал с этим миром — весь тот баланс и правила, которые он установил, были в один миг разрушены. Так что вручаем Всеславу звание «Почётный диверсант», и начинаем пользоваться сложившейся ситуацией.
Как успел шепнуть Локи перед уходом, дедуля слегка перестарался. И теперь все силы Системы направлены на поддержание защиты и ремонт себя любимой. Так что, как минимум дней пять, а то и больше, ничего работать не будет.
На мой вопрос по поводу воскрешений, пожал плечами:
— Если свитками, то думаю без проблем. Ну и в песочницах тоже будут воскресать, ангелы вполне справятся. В остальном, — разводит руками, — навыки, скорее всего, работать не будут, а вот магические предметы вполне. Да и с магией, непонятно. Те, кто обладал потенциалом изначально, наверное, смогут что-то. Остальные, увы. Так что вы не дёргайтесь пока, вон рыбку половите в озере.
Ага. Щаз. Делать мне нечего. Тут же можно сказать реал подъехал, надо пользоваться моментом. А то, что интерфейс пропал и почта не работает… Так что такого-то? Как-то же воевали без связи и ничего.
У нас нет, так и Вороны не смогут настучать, что мы им настучали. О! Каламбурчик родился.
Они же там сейчас, наверняка, сидят и не могут понять, что происходит. Мучаются в неведение. А тут мы, с информацией. Дескать, здравствуйте, мы вас пришли убить. Хотя нет. Это не наш метод. Да. Точно. Здороваться не будем!
На хозяйстве оставили Лиду и Веру, нечего им в бою делать, они у нас вроде и целители, но будет ли это всё работать под большим вопросом. А для охраны Форина и Спиди с его охотниками. Командовать же парадом я назначил Хаски.
Гном, если что, из танка стрельнёт, охотники смогут дать по голове, а Валькирия за ними всеми присмотрит. А вот нек пришлось с собой тащить. Клятвы клятвами, но пусть на глазах будут.
И вот стою я такой, порой ночной, невдалеке от крепости Воронов, невинно обвинённый в тирании. Да-да. Вот прямо так мне в лицо Ритка-Пума и заявила, что тиран и сатрап. На что я, естественно, обиделся:
