Насколько тебе может быть жаль, если ты считаешь, что так и должно было случиться?
Она будто бы дразнила его, а будто бы и нет, в глубине ее глаз таилась серьезность.
– В жизни все немного по-другому, – сказал он, вспомнив свой недавний разговор с доктором Льюис. – Даже если наши поступки предопределены, это не значит, что мы не несем за них никакой ответственности.
Изи снова улыбнулась, обнажив щелку между зубами:
– Глубоко копаете, Джозеф Грин. Уж не собираетесь ли изложить все это в стихах?
Ответить Джо не успел: она сморщила нос.
– Ну вот, опять я за свое. Прости. Не хотела общаться ни с кем из прошлого, а теперь разговариваю не с кем-нибудь, а именно с тобой, и это не только безобразие, это еще и единственный способ исправить гораздо большее безобразие, которое я уже сотворила, и я просто…
– Да все у тебя в порядке, – смеясь, перебил он. – Думаешь, я стоял бы сейчас здесь и просил твоей помощи в том, чтобы произвести впечатление на Диану Дартнелл, если бы принимал себя настолько всерьез?
Изи с легким удивлением ответила:
– Думаю, нет.
– Вот и хорошо. – Он раскинул руки. – Ну что? С чего начнем?
– С того, с чего начинается каждый хороший роман. С преображения. Она отступила на шаг назад, окинула его взглядом. – Твой образ надо подновить.
– Мой образ? – заморгал Джо. – Я и не знал, что у меня есть какой-то определенный образ.
Она махнула рукой:
– А как же еще назвать эту яркую эстетику немытых волос и грязных свитеров? Можно взять ее за основу, но придется поработать. Нужно подчеркнуть принадлежность к художественным кругам.
– Я уже к ним принадлежу! – запротестовал он.
– Художественные круги в духе «у моего отца своя картинная галерея», а не в духе «я вчера насыпался в библиотеке, а потом уснул в мусорном баке».
– Насыпался?
– Пользуйся контекстом, Джозеф Грин. И тогда сам догадаешься, что это значит.
Она повернулась и поманила его рукой:
– За мной. Пора нарядить тебя в лучший винтаж, писк моды начала двухтысячных.
– Может, хватит называть настоящее винтажем? Временная дезориентация начинается.
С неохотой он потопал за ней в магазин «Оксфама»[10]. Изи сразу принялась за дело: перебирая вешалки с одеждой, скоро обнаружила приталенную рубашку синего цвета. Внимательно изучила этикетку, потом посмотрела на ценник и присвистнула.
– А твоя знакомая, видно, понимает, что к чему, – удивленно сказала она.
– В будущем нет благотворительных магазинов? – с любопытством спросил Джо.
– Да есть, как не бывать, но жутко дорогущие. Туда ходят только богатые.
– Это как-то неправильно.
Она бросила на него удивленный и вместе с тем веселый взгляд.
– А никто и не говорил, что в мире все идет только к лучшему, – сказала Изи, снимая рубашку с вешалки. – Вот, будет подчеркивать цвет глаз, – добавила она, быстро глянув в глаза Джо.
– Мм… Ладно, давай, – смущенно сказал он.
Изи двигалась между стойками, как сорока, выхватывая то одно, то другое, а потом вывалила ему в руки целую охапку одежды и отправила в примерочную:
– Давай, гусеница, превращайся в бабочку.
В занавеске примерочной оставалась щелка, которая никак не хотела закрываться. Через нее Джо увидел, что Изи уткнулась в мобильник. Похоже, играла в «Змейку».
– Да какая разница? – пожаловался он, стаскивая с себя джинсы. – Плевать, как я выгляжу, если не знаю, о чем с ней говорить.
Она повернулась к нему. Вплоть до трусов он был скрыт от нее занавеской.
– Терпение, Джозеф Грин. Это только первая фаза. Цель первой фазы – максимально увеличить шансы на то, что Диана подпустит тебя к себе.
– Понятно. Но это вряд ли, когда узнает во мне того самого парня, который… Как ты выразилась? Нарядившись железнодорожной катастрофой, подошел и заявил, что она его судьба?
Уголок ее рта дернулся.
– Вы только посмотрите: Джозеф Грин меня уже цитирует.
Застегивая рубашку, Джо поймал в зеркале свое отражение и тоже улыбнулся:
– А какая вторая фаза?
– Не спеши, всему свое время, – ответила Изи и опустила глаза в телефон.
Рубашка оказалась не совсем удобной, теснее, чем он привык носить. Джо влез в черные, слегка расклешенные от колена джинсы и накинул длинный черный тренч. Попытался поправить волосы, спутавшиеся, пока он снимал свитер, но со вздохом оставил бесполезное занятие.
– Все, – объявил он. – Выхожу.
Змейка Изи вцепилась в собственный хвост и издохла. Девушка подошла, поправила ему воротник и усмехнулась.
– Ну надо же. В общем, довольно неплохо. Сними, пожалуйста, на секундочку тренч.
Он повиновался, она отступила назад, с откровенным вниманием оценивая его внешний вид.
– Рубашка, если честно, была моей военной хитростью… Никак не могла понять, как ты смотришься без всех этих свитеров. И оказалось, что у тебя довольно красивые руки. – Она хлопнула его по плечу. – Покупай. Бери это все.
Джо так и сделал, потратив удивительно небольшую сумму. Изи ждала его у входа в магазин.
– Теперь нужно что-то сделать с твоей прической, – объявила она. – Ты пользуешься какими-нибудь средствами?
– Средствами?
Изи тяжело вздохнула и повела его в «Бутс». Вооружившись там тюбиком с какой-то голубой пастой, она затащила его в туалет торгового центра и поставила перед раковиной.
– Стой спокойно, – велела Изи и принялась наносить средство ему на голову.
Сначала Джо было очень не по себе. Потом он привык ощущать в своих волосах ее пальцы и почти расслабился. Она продолжала работать, тихонько мурлыкая какую-то мелодию; от усердия между бровями пролегла складочка. Джо остро чувствовал, как в разделяющем их пространстве ее дыхание смешивается с его собственным.
Взгляды их встретились. В глазах Изи мерцало удивление и что-то еще.
– Ну вот, – сказала она, отступая назад.
Он посмотрел в зеркало. Его волосы были уложены с нарочитой небрежностью – будто только что встал с постели.
– У меня такой вид, будто я возглавляю какой-то трастовый фонд.
– Как минимум, – усмехнулась она. – Первая фаза завершена.
Джо стоял перед зеркалом, разглядывая в нем мужчину, за которого себя выдавал. Его охватил какой-то сверхъестественный страх: а вдруг его отражение сейчас возьмет и уйдет в успешное будущее, а он сам навсегда останется здесь, в туалетах «Графтона» печальным и негигиеничным призраком?
А Изи уже шла на выход.
– Ну вот, – сказала она, когда он ее догнал, – если целью первой фазы было обеспечить тебе шанс поговорить с ней, то во второй фазе надо решить, о чем ты будешь с ней говорить.
– Ну да, – отозвался Джо, выходя на Берли-стрит.
Вдруг зазвенел велосипедный звонок, и он отпрыгнул назад.
Она бросила на него насмешливый взгляд:
– Что это с тобой? Ведешь себя так, будто по
