как всегда, лаконичен.
— Да! — с облегчением выдохнула Люда, чувствуя, что скоро сама рухнет от усталости и боли. За окном была уже глубокая ночь, а она со вчера не сомкнула глаз.
Втроем они уложили Каэля на кровать, и Люда с Мирой принялись промывать и перевязывать с мазью Пламени Феникса его раны, а Горм подкинул дров в камин и принес еще воды.
К концу лечения Каэль был весь замотан в бинты, как мумия. Но оставалось самое сложное — рана под лопаткой. Люда понятия не имела, какие тут жизненно важные органы и как лечить такие глубокие раны. Оставалось надеяться на волшебные свойства Пламени Феникса и на природную живучесть драконов.
Взволнованно переглянувшись с Мирой, которая уже держала наготове горшочек с мазью и бинты, Люда медленно приподняла ветошь, закрывающую зияющую рану. Все оказалось не так плохо — кровь свернулась, и края раны сомкнулись.
Поборов подступающее головокружение, Люда взяла из рук Миры мазь и густо нанесла внутрь раны и вокруг нее.
— Вдень нитку в иголку и опусти ее в вино, — охрипшим голосом приказала Люда Мире. — Буду шить…
Служанка побледнела, но сделала так, как велено. Люда сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь унять дрожь в руках. Просто ткань, которую надо соединить. Ничего сложного. Мысли о том, что эта «ткань» — тело живого существа, она старательно гнала от себя. К счастью, Каэль был без сознания и ничего не чувствовал. Когда она проколола насквозь кожу, мышцы под ней даже не дрогнули.
Вся взмокнув от волнения, Люда сделала три стежка по живой плоти — нитки плотно стянули между собой края раны. Теперь все должно хорошо заживать. Люде очень хотелось в это верить.
— Завяжи узелок, — слабым голосом попросила она Миру, выпуская иглу с ниткой из рук и обессиленно облокачиваясь на спинку кровати. Эта операция отняла у нее остатки сил.
Мира сноровисто завязала нитку, еще раз намазала шов лечебным средством и закрыла его бинтами.
— Люда, тебе бы тоже… — робко начала Мира. Но Люда покачала головой. Глаза закрывались сами собой, и она уже едва могла сидеть.
— Идите, Мира, идите. Я сейчас… Отдохну немного и потом… Все потом… — прошептала она.
Мира и Горм тихо покинули комнату, а Люда прилегла на край кровати рядом с бессознательным драконом и на мгновение прикрыла глаза.
Проснулась она от того, что луч солнца упал ей на лицо, а иначе спала бы еще да спала. Было невероятно тепло и уютно в этом сне, что тяжелое лежало поперек груди и мягко вдавливало ее в перину, а теплый ветерок щекотал ухо.
Люда пошевелилась и неохотно открыла глаза, но в следующее мгновение вздрогнула и напряглась всем телом. Первое, что она увидела: лицо Каэля. Дракон не спал, а лежал рядом, с интересом разглядывая ее. А эта приятная тяжесть… Его рука, по-хозяйски расположившаяся на ее груди!
— Проснулась? — не то спросил, не то констатировал он, рассматривая ее лицо своими золотыми глазами, нестерпимо сияющими в утренних солнечных лучах.
Люда ничего не ответила, оторопело глядя на него. Он выглядел гораздо лучше, и на его лице больше не было следов усталости и боли.
— Опять проснулся в твоей постели, — со смешком сообщил он. — Кажется, это становится традицией.
— К черту такие традиции! — хрипло выдавила Люда, вспоминая события прошлой ночи и содрогаясь от этих воспоминаний.
Она попыталась встать, но рука дракона буквально пригвоздила ее к постели.
— Отпусти меня! — Люда попробовала сдвинуть его тяжелую руку, но Каэль неожиданно сгреб ее и притянул к своему телу. К сильному мускулистому обнаженному телу!
Она дернулась, но ее силы, в отличие от дракона, не восстановились за одну ночь.
— Зачем? — шепнул он ей, обдав ухо своим горячим дыханием. — По-моему, и так хорошо.
Люда сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. «Зачем? — пискнул внутренний голос. — И так хорошо!», но Люда помотала головой, отгоняя от себя малодушные мысли. Уже утро, а она нежится в постели в то время как в Легких Крыльях…
— Драконы… — выдавила она, вновь поворачивая голову к Каэлю. — Ты уже забыл про них? Они ведь умирают, если еще не…
— Драконы… — проворчал Каэль, но руку неохотно убрал. — Да пусть бы они и подохли, раз осмелились напасть на тебя. Будь я там в тот момент, уж я бы не оставил их в живых.
— Что ты такое говоришь? — возмутилась Люда, с трудом поднимаясь с постели и одергивая платье. Все тело ныло, а руки и ноги при каждом движении обжигало болью.
— Сама еле на ногах стоит, и туда же… Спасать кого-то рвется, — проворчал Каэль, небрежно срывая с себя бинты. Под ними не было и следов вчерашних ран.
— Ты сам-то как? — Люда встревоженно оглядела его, но ее волнение было напрасным. Дракон выглядел здоровым.
— Неплохо, — кивнул он, вставая с кровати и потягиваясь во весь свой немаленький рост. Люда поспешно отвела глаза от обнаженного мужского тела, на котором не было ни единого изъяна.
— Зудит только здесь, под лопаткой, — пожаловался Каэль и потянулся рукой за спину.
— Не трожь! — воскликнула Люда, бросаясь к его спине и перехватывая его пальцы, уже изготовившиеся поскрести наложенный с таким трудом шов. — Здесь пока нельзя трогать. Пусть заживет. Вот швы сниму — тогда и будешь чесать, сколько захочешь.
Шов выглядел отлично: ни крови, ни гноя. Ровные края раны плотно сомкнулись, и между ними уже видна была молодая розовая кожа.
— Швы? — удивился Каэль. — Кто-то зашил ту дырку от кинжала?
— Кто-то? — буркнула Люда, принимаясь собирать в корзинку остатки чистых бинтов, иглы, нитки, мазь и пузырек с отваром: в Легких Крыльях могло пригодиться все.
— Ты? — Каэль подошел и преградил ей путь, но Люда ловко обогнула его, не прекращая сборов ни на мгновение. Вино для дезинфекции, воду для разведения лекарства, пиалу для того, чтобы влить отвар в рот бесчувственному дракону…
— Страшно было? — спросил Каэль за спиной.
— Немного, — неохотно ответила Люда. — Я же не врач. Так… курсы доврачебной помощи и немного жизненного опыта.
— Постой! — Каэль перехватил ее за руку и развернул к себе лицом. Люда отвела взгляд в сторону. Чего ему надо, когда она так спешит? Сам
