Я припарковала свой велик и повесила шлем на руль. Затем поднялась по каменным ступеням и всё ещё приводила в порядок примятые шлемом волосы, когда дошла до огромных стеклянных дверей. Они открылись автоматически, и я шагнула внутрь, наслаждаясь прохладным воздухом.
Двухэтажное лобби предоставляло ошеломительный обзор на озеро за стеклом. Кожаные диваны были расположены буквой U перед массивным каменным камином. В одном углу располагался бар в библиотечной тематике, а по бетонному полу были рассредоточены маленькие столики со стульями.
— Давай. Будь большой девочкой и съешь один кусочек, — настаивал бесплотный женский голос позади подсвеченной гранитной стойки администратора.
— Ты же знаешь, что я не люблю капусту, — пожаловался более оживлённый голос.
— Детка, это кимчи, а не капуста.
— Кимчи это и есть капуста, и мне жаль тебе говорить, но рецепт твоего дедушки меня не восторгает. И прежде чем ты снова разразишься той тирадой, да, я знаю, это часть твоего корейского наследия, и ты знаешь, что я это люблю. Просто я не люблю капусту.
— Дедулин рецепт отстой. А мой изумителен. Ешь.
— Я не хочу… о, эй. Неплохо.
— Неплохо? Картошка фри с трюфельным маслом и соусом айоли — это неплохо. А этот омлет — гастрономическое совершенство.
— Неплохое гастрономическое совершенство.
Я как раз подумывала написать Зои и спросить, как пройти в её номер, когда из-за избыточного выделения слюны у меня случился приступ кашля.
Женщина вскочила на ноги из-за стойки администратора.
— Добро пожаловать в «Стори-Лейк Лодж»! — чирикнула она. Невысокая, фигуристая и улыбчивая, с тёмной кожей и каскадом кудряшек на макушек, и было в ней что-то такое, что вызвало у меня ассоциации с вожатой летнего лагеря, готовой убедить нервных родителей, что их дети наверняка не получат эмоциональных шрамов под её опекой. Возможно, дело в рубашке поло, шортах хаки и бейджике.
Она приветствовала меня, при этом отнюдь не деликатно пиная женщину, которая сгорбилась в офисном кресле рядом с ней. Пара армейских ботинок соскользнула со стола и топнула по полу. Ботинки были надеты на ноги хорошо одетой женщины, которая была на добрых 20 см выше первой. Эта была одета в двубортный жилет, открывавший глазу две руки, покрытые простыми чёрными татуировками. Её короткие чёрные волосы были зачёсаны набок. Всё в ней вызывало ассоциации с уверенным и дерзким человеком.
— Можем мы помочь с сумками? Или принести галлон воды? — предложила она хрипловатым голосом. Обе женщины смерили меня взглядом с головы до пят.
— Эм, сумок нет, — прохрипела я. — Просто пришла к подруге.
Двойные разочарованные взгляды тут же вызвали чувство вины. Лобби было более пустым, чем парковка, и для гостиницы такого размера это наверняка не к добру.
— О! Должно быть, ты к Зои. Ты автор любовных романов, верно? — спросила та, что похожа на вожатую. — Я тебя не узнала. Прошлой ночью ты… — она умолкла, будучи слишком вежливой, чтобы заострять внимание на моём потрёпанном виде.
— Держала всю влагу внутри тела? — подсказала я, потянув за мокрый воротник футболки.
Она виновато поморщилась.
— Вроде как. Да.
Дерзкая носительница армейских ботинок опёрлась локтем на гранит.
— Слышала, твоё первое заседание городского света было запоминающимся.
— Ну, если называть запоминающимся оправдание от обвинений в убийстве птицы, — пошутила я.
— Жаль, что я это пропустила. Были поздно заселявшиеся постояльцы. Но Билли писала мне все новости, — сказала она, показывая за свою компаньонку по стойке регистрации.
На безымянных пальцах у них были одинаковые серебряные кольца.
— Точно. Ты ела Skittles на заднем ряду, — сказала я Билли.
Дерзкая театрально ахнула.
— Ты мне сказала, что у нас закончились Skittles!
Билли поморщилась.
— Ну, теперь точно закончились.
Дерзкая покачала головой.
— Я как будто вообще тебя не знаю, — она повернулась ко мне. — Я Хана, кстати. Это Билли. Зои в 204 номере. Лифты чуть дальше по коридору. Я бы показала тебе, но мне нужно вызвать у моей жены чувство вины из-за её проделок со снэками.
— Понятно, — сказала я.
— Вот. Возьми это, — сказала Хана, подвигая ко мне две дегустационные тарелочки омлета. — Завтрак кимчианцев.
Билли покачала головой.
— Я думала, мы говорили о батиных шуточках, Хан.
— А я думала, что у нас закончился Skittles. Видимо, мы квиты.
* * *
Я ботинком попинала дверь Зои.
— Обслуживание номеров, — пропела я.
Дверь распахнулась, и показалась моя подруга, укротившая свои кудри в аккуратный пучок, полностью накрасившаяся и одетая в симпатичную безрукавую кофточку и пижамные штаны со Спайдерменом.
— Созвон в зуме? — спросила я, проходя мимо неё.
— Через двадцать минут. Ты чего не пишешь? И что за тарелочки?
— Кимчи-омлеты от Билли и Ханы внизу.
— Давай сюда. Чего ты не пишешь? — потребовала она, когда я передала ей одну тарелку.
Мы, жители Нью-Йорка, назвали бы её номер провинциальным шиком — стены приглушённого коричневого цвета, кожаная мебель и ничем не заслоняемый вид на озеро. А ещё номер был просторнее её квартиры.
— Славное местечко, — сказала я и села за чёрный ониксовый столик у балконной двери.
— Хейзел Увиливание Харт. Почему твоя мокрая задница в моём гостиничном номере, а не дома и не строчит следующий великий любовный роман всея Америки? — потребовала Зои, садясь за стол напротив.
— Уф. Потому что мой дом полон горячих громких мужчин, и я собственных мыслей не слышала, что уж говорить о том, что случится после того, как моя героиня затащит своего подрядчика на первое свидание. Ты знаешь, как давно я не была на первом свидании? Мне нужны твои экспертные познания.
Например, что мне надеть на свидание с Кэмом? Хотя я не могла рассказать ей про свидание с Кэмом, потому что он сказал никому не говорить. И я не могла соврать и сказать, что иду на свидание с незнакомцем, потому что Зои потребует провести полную проверку этого мнимого человека и потом попробует пойти за мной следом на это фальшивое свидание.
— Как бы я ни хотела быть твоим источником, через двадцать минут у меня созвон со старой подругой из онлайн-журнала «Процветание», а потом звонки всем редакторам женских развлекательных колонок в разных изданиях, чтобы напомнить людям, что ты до сих пор релевантна.
Я наколола на вилку кусочек завтрака.
— Это здорово, но так ли это? В смысле, я всё ещё релевантна?
— Ты будешь таковой, даже если это меня в могилу загонит, — решительно сказала она. — Я наношу удар, пока твоё возрождение в соцсетях ещё полыхает. Та новостная рассылка, которую ты отправила, в кои-то веки получила хороший процент открываемости, и я вижу её скриншоты в соцсетях. Я проталкиваю идею, что каждая женщина в какой-то момент жизни фантазирует о том, чтобы сбежать, начать сначала и найти свой счастливый конец, и вот вам очаровательная и слегка двинутая автор любовных романов, которая реально это делает.
— Единственная проблема — я не ищу счастливый конец. Я ищу вдохновение и нахожу его в этом омлете.
Зои широко улыбнулась.
— Это мы посмотрим.
Глава 21. Моя шлюпка больше твоей
Хейзел
Я: Что я должна надеть для этой секретной штуки завтра?
Кэм: Мне откуда знать, черт возьми?
Я: Ну, ты мог бы хотя бы сказать мне, куда мы идем.
Кэм: Повторяю. Мне откуда знать, черт возьми?
* * *
Я намеревалась сбегать домой, принять душ и переодеться перед встречей с Лаурой, но отрывистые сообщения Кэма раздосадовали меня, и я решила поехать прямиком к её дому. Это, конечно, было ошибкой, потому что теперь я была ещё менее пригодна для появления на публике.
Но что сделано, то сделано.
Я толкала свой байк вверх по подъездной дорожке двухэтажного дома из белого кирпича, с классической структурой и рок-н-ролльными штрихами. Он располагался в причудливом саду на углу, через несколько кварталов от Мейн-стрит. На подъездной дорожке имелось баскетбольное кольцо, с одного из больших окон возле крыльца свисала птичья кормушка, и резиновый дракон выплевывал воду в маленький журчащий водоем.
