тогда будет принимать решения? Анатолий Сергеевич больше не имеет права подписывать документы...
Вот именно. Толя больше не может управлять бизнесом, которым владею в основном я. А я не знаю, как им управлять.
Кладу трубку и смотрю в окно. На улице дождь, серое небо, прохожие под зонтами. Обычный день, а у меня на руках бизнес стоимостью в миллионы, и я понятия не имею, что с ним делать.
— Проблемы? — Максим входит на кухню, наливает себе кофе.
— Огромные, — признаюсь я. — Макс, я получила то, за что боролась. Но оказалось, что побеждать не так просто, как казалось. Теперь у меня есть восемьдесят пять процентов бизнеса, в котором я ничего не понимаю. И все смотрят на меня и ждут решений.
Он садится напротив, смотрит серьёзно.
— А что говорит юрист?
— Что формально всё правильно. Бизнес мой, решения принимаю я. Но как их принимать, если я не понимаю, о чём речь? — Я прикрываю лицо руками. — Знаешь, я думала: получу долю, может продам её, буду жить спокойно. А оказалось, что продать не так просто. Там сотрудники, обязательства, контракты...
Максим молчит несколько секунд, потом говорит:
— Может, нанять управляющего? Временно, пока разберёшься?
Идея кажется разумной. Вечером звоню девочкам, рассказываю ситуацию.
— Марин, — говорит Лена, — я знаю одного человека. Антикризисный управляющий, очень толковый. Может временно взять управление на себя, пока ты войдёшь в курс дела.
— Это дорого будет? — спрашиваю я.
— Дешевле, чем потерять весь бизнес, — отвечает она практично.
Договариваемся на встречу на завтра.
* * *
Управляющий оказывается мужчиной лет пятидесяти, с седыми волосами и спокойными глазами. Владимир Николаевич. Он изучает документы компании, задаёт вопросы, кивает.
— Понятно, — говорит он наконец. — Ситуация сложная, но решаемая. Я могу взять оперативное управление на шесть месяцев. За это время мы наведём порядок, оптимизируем процессы. А вы решите, что хотите делать дальше — продавать долю или оставлять.
— А сколько это будет стоить?
Он называет сумму. Немаленькую, но разумную — процент от прибыли компании.
— Договорились, — говорю я, чувствуя облегчение. — Когда можете начать?
— С понедельника.
Выхожу от него с лёгким сердцем. Хотя бы одну проблему решила.
Но остается ещё одна головная боль — квартира. По решению суда она делится поровну, но кто-то из нас должен выкупить долю другого. Сергей Михайлович объяснял: либо я выкупаю его половину, либо он мою, либо продаём и делим деньги.
Жить там, где пятнадцать лет была с Толей, я не хочу. Категорически. В той спальне, где он мне лгал. На той кухне, где мы последний раз завтракали как семья, а он уже встречался с Амелией. В том коридоре, где он напугал меня, и мы писали объяснение для полиции.
Нет. Пусть забирает квартиру себе. А я найду что-то своё. Новое. Без воспоминаний.
Но пока оформление выкупа идёт через юристов — а это займёт месяцы — мне нужно где-то жить. Возвращаться туда? Исключено. Снимать временную квартиру? Разумно.
На следующей неделе начинаю искать съёмную квартиру, где можно спокойно жить нам с Софией, пока юристы разбираются с разделом имущества.
Не потому, что мне не нравится жить у Максима — наоборот, слишком нравится.
И это пугает.
За полтора месяца мы стали... семьёй? Не знаю, как это назвать. Он готовит, я мою посуду. София делает уроки за столом, мы с ним сидим рядом, пьём чай, обсуждаем её школьные дела. По вечерам смотрим фильмы втроём — он на одном конце дивана, я на другом, София между нами с чашкой какао.
Обычная семейная жизнь. Тёплая. Правильная.
И именно поэтому мне нужно уехать.
Я только что вышла из пятнадцатилетнего брака. Официально развелась два дня назад. У меня на руках огромный бизнес, который требует внимания. София переживает все эти изменения, хотя старается не показывать.
А я... я начинаю испытывать к Максиму странные чувства. Когда он улыбается мне с утра, подавая кофе, внутри что-то тёплое разливается. Когда он обнимает Софию на ночь, у меня к горлу подступает комок от умиления. Когда он смотрит на меня долгим взглядом через стол — сердце начинает биться быстрее.
Это неправильно. Неправильно. Всё слишком сложно.
Мне нужно время. Нужна дистанция. Нужно разобраться с собственной жизнью.
Поэтому я ищу квартиру.
Нахожу её через неделю. Двухкомнатная, светлая, недалеко от школы Софии. Не роскошная, но уютная. Как раз то, что нужно для начала новой жизни.
— Берём? — спрашиваю у Софии, когда мы осматриваем пустые комнаты.
Она кивает, но вижу в её глазах грусть.
— А дядю Макса мы больше не будем видеть?
Сердце сжимается.
— Конечно будем, солнышко. Просто теперь у нас будет свой дом. Наш с тобой. Разве это не здорово?
Она соглашается, но без особого энтузиазма.
Вечером я говорю Максиму, что нашла квартиру.
Мы сидим на кухне, София уже спит.
— Отлично, — говорит он, но что-то в его голосе звучит не очень убедительно. — Когда переезжаете?
— В субботу. Если поможешь с коробками...
— Конечно помогу.
Он смотрит в свою чашку, потом поднимает глаза на меня.
— Марин, ты уверена, что это правильно? Вы здесь... вы здесь как дома. Правда. И я... мне нравится, когда вы тут.
Смотрю на его лицо — открытое, честное. В глазах что-то такое, что заставляет сердце пропустить удар.
— Макс, — говорю я тихо, — мне тоже нравится. Слишком нравится. Именно поэтому нам нужно... нужно сделать паузу. Мне нужно время разобраться в себе. В своих чувствах. В новой жизни.
Он молчит несколько секунд, потом кивает.
— Понимаю.
— Ты злишься?
— Нет, — качает он головой. — Не злюсь. Понимаю. Ты права — торопиться не стоит. У тебя сейчас столько всего происходит...
Мы сидим в тишине, каждый думает о своём. Потом он встаёт, моет свою чашку.
— Ладно, — говорит он, не оборачиваясь. — В субботу помогу с переездом.
* * *
Суббота приходит быстрее, чем хотелось бы. Максим помогает грузить коробки в машину. София молчаливо складывает свои вещи — книжки, одежду, любимую игрушку.
Я хожу по квартире, собираю последние мелочи, и внутри всё сжимается. За полтора месяца это место стало домом. Настоящим домом.
— Всё, — говорит Максим, загружая последнюю коробку в багажник. — Вроде ничего не забыли. Поехали, я вас довезу.
— Макс, не обязательно, — начинаю я, но он качает головой.
— Конечно обязательно. Одной тебе с коробками не справиться.
Едем молча. София сидит на заднем сиденье, смотрит в окно. Я украдкой поглядываю на Максима — он ведёт машину сосредоточенно, но я чувствую напряжение в его плечах.
Новая квартира встречает нас пустыми светлыми комнатами. Максим молча берёт коробки, поднимает
