касается бизнеса, который я получила после развода. Ты же понимаешь в управлении компаниями?
— Немного понимаю. — В голосе появляются серьёзные нотки. — Когда тебе удобно?
— А сегодня можешь? Вечером? Понимаю, что так неожиданно, но...
— Могу. София как?
— Останется дома, уроки делать. У неё контрольная завтра.
— Тогда давай в той кофейне, где мы первый раз встречались. В семь подойдёт?
— Отлично. Спасибо, Макс.
— Не за что. До встречи.
* * *
Кофейня выглядит точно так же, как тогда — те же деревянные столики, то же тёплое освещение, тот же запах свежей выпечки.
Максим уже сидит у окна за тем же столиком, за которым мы тогда разговаривали. Увидев меня, встаёт, улыбается.
— Привет. Что будешь пить?
— Капучино, как обычно.
Он заказывает мне капучино, себе американо. Мы садимся друг напротив друга, и на несколько секунд я чувствую странное дежавю — как будто время повернулось вспять.
— Рассказывай, — говорит он, отхлебнув кофе. — Что с бизнесом?
Достаю из сумки папку с документами — отчёты Владимира Николаевича, финансовые показатели, планы развития компании.
— Полгода управляющий ведёт дела, — начинаю я, раскладывая бумаги на столе. — Всё идёт хорошо, но теперь пора принимать решение: продавать свою долю или учиться управлять самой. И я в растерянности.
Максим наклоняется к столу, изучает цифры. Задаёт вопросы — о структуре компании, о ключевых клиентах, о планах на будущее. Его лицо серьёзное, сосредоточенное. Он действительно вникает, а не просто делает вид, что слушает.
— Понятно, — говорит он через десять минут. — Бизнес прибыльный, стабильный. Продать можно, но сумма будет меньше потенциала. А вот если развивать...
— Но я же ничего не понимаю в управлении! — перебиваю я. — Максим, я маркетолог. Работаю в небольшой компании, занимаюсь рекламными кампаниями. А тут производство, логистика, закупки...
— Всему можно научиться, — говорит он спокойно. — Вопрос в том, хочешь ли ты.
Я смотрю на него, потом на разложенные бумаги.
— Не знаю. Честно. Иногда кажется, что хочу. Это же моё, понимаешь? Я когда-то вложила в это дело свои деньги, свою веру. А иногда думаю — зачем мне эта головная боль? Получила бы деньги за продажу и жила спокойно.
Максим откидывается на спинку стула, смотрит на меня внимательно.
— А что говорит интуиция?
— Интуиция? — Я усмехаюсь. — Интуиция говорит, что я боюсь. Боюсь взять ответственность за десятки сотрудников, за их зарплаты, за решения, которые могут всё разрушить.
— Это нормальный страх, — говорит он мягко. — Любой здравомыслящий человек боится ответственности. Но знаешь что?
— Что?
— Ты уже справлялась с более сложными вещами.
Его слова согревают изнутри. Я чувствую, как внутри что-то распрямляется, крепнет.
— Может быть, ты прав, — продолжаю я задумчиво. — Может, стоит попробовать. Но одной мне не справиться точно.
— А кто сказал, что одной? — Максим наклоняется вперёд, и в его глазах появляется азарт. — Слушай, я могу помочь. Не просто советом, а реально. У меня есть опыт управления командой, я знаю, как выстроить структуру, как делегировать полномочия. Можем разобраться вместе.
— Серьёзно? — Я смотрю на него удивлённо. — Но у тебя своя компания, свои дела...
— У меня всё стабильно. Команда опытная, я могу позволить себе уделить время другому проекту. — Он улыбается. — К тому же, это интересно. Новый вызов.
Он пересаживается ко мне поближе, мы склоняемся над документами, и он начинает объяснять — какие отделы можно объединить, где можно оптимизировать расходы, как лучше построить систему мотивации сотрудников. Говорит простым языком, приводит примеры из собственного опыта.
Я слушаю, киваю, задаю вопросы. Страх постепенно отступает, на смену ему приходит интерес. А потом — азарт. Да, это сложно. Но интересно. И я могу это сделать.
— Вот смотри, — он показывает пальцем на одну из таблиц, — здесь можно увеличить эффективность процентов на двадцать, если...
Он наклоняется ближе, чтобы показать цифру, и вдруг я понимаю, как близко мы сидим. Его плечо касается моего, его голос звучит совсем рядом с ухом. Привычный запах его одеколона, тепло, исходящее от него.
Поднимаю глаза и встречаюсь с его взглядом.
Он смотрит на меня, и в его серых глазах что-то меняется. Деловая сосредоточенность сменяется чем-то другим — тёплым, внимательным, очень личным.
Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга.
Время будто замирает. Кофейня с её посетителями, документы на столе, весь мир вокруг — всё отступает на задний план.
Есть только он. Только его глаза, его дыхание, его близость.
— Марина... — говорит он тихо, и его взгляд переходит на мои губы.
И тут он резко отстраняется, откидывается на спинку стула. Я тоже отпрянула назад, чувствуя, как щёки заливает краской.
— Извини, — бормочет он, собирая документы в стопку. — Мы отвлеклись от дела. В общем, мне кажется, всё решаемо.
— Надеюсь, — быстро соглашаюсь я, тоже начиная складывать бумаги. — Значит, ты поможешь мне с компанией?
— Помогу. Обязательно. Завтра созвонимся, составим план действий.
Мы допиваем остывший кофе в неловком молчании. Потом он провожает меня к своей машине.
Всю дорогу до моего дома мы почти не разговариваем. Максим включает музыку — что-то тихое, инструментальное. Я смотрю в окно на вечерние огни города и чувствую, как внутри всё дрожит от того момента в кофейне.
Что это было? Мне показалось? Или он действительно...
Нет.
Не стоит об этом думать. Мы договорились о деловом сотрудничестве, не более того.
Машина останавливается у моего подъезда.
— Спасибо, что подвёз, — говорю я. — И спасибо за помощь. Завтра созвонимся?
— Марина, подожди, — его голос останавливает меня, когда я уже взялась за ручку двери машины.
Поворачиваюсь к нему. В салоне приглушённый свет от уличных фонарей, и в этом полумраке его лицо кажется особенно серьёзным. В его взгляде что-то изменилось — решимость смешалась с чем-то другим, чего не было во время нашего разговора в кофейне.
— Что ты хоте... — начинаю я, но слова застывают на губах.
Максим поворачивается ко мне всем корпусом. Его движения неспешные, обдуманные. Он не торопится, но я вижу — решение уже принято. Какое-то решение, которое заставляет моё сердце биться быстрее.
Делает паузу. Долгую. Смотрит мне в глаза так внимательно, будто пытается прочитать что-то важное. Будто спрашивает разрешения, не произнося ни слова.
Я замираю. Сердце бьётся так громко, что кажется — он его слышит в тишине салона. За окном течёт обычная вечерняя жизнь города — проезжают машины, идут прохожие, горят витрины. Но для меня время останавливается.
Он видит что-то в моих глазах. Ответ, который я не успела произнести вслух.
И тогда наклоняется ко мне. Медленно. Так медленно, что у меня есть время остановить его. Время сказать «нет». Время отодвинуться к двери.
