Истребитель Зоны - Игорь Строков

– Ты же хотел называть меня Инженером. Это куда лучше, чем Инжир.

– Ладно, ладно, Инженер. Хватит губки дуть как кисейная барышня. В общем, твой оптимизм, конечно, умилителен, но привыкнуть все равно придется, хочешь ты этого или нет. Зона тебя спрашивать не станет.

– Попытка не пытка, – не сдавался Антон. – Или ты мне предлагаешь просто лечь и заплакать?

– Не пойми неправильно, твой настрой я уважаю, – ответил Рубин. – За жизнь надо бороться. Просто будь готов к худшему. Так проще. Возможно, ты теперь будешь местным. Если вашу экспедицию перемололи, то выбраться тебе будет проблематично. Впрочем, я это уже говорил.

Антон на секунду представил себе эту перспективу. Без комфортных условий, в постоянном страхе смерти…

Здесь если тебя никто не пытается убить – считай, день удался.

Сегодня, например, Антона пытались убить уже дважды.

«А как мы будем ночевать? Дежурить по очереди? Боюсь, я не выдержу. Отключусь в свое дежурство – и все, нам конец. Надо как можно быстрее добраться до лаборатории. Хотя о скорости в моей ситуации мечтать не приходится».

Рубин заметил задумчивое молчание Инженера и спросил, кивнув на устройство:

– Так что это на самом деле за штука?

По спине Антона пробежали мурашки. Заинтересовался все-таки.

– Детектор аномалий, я же говорил, – ответил он, стараясь изобразить уверенность и равнодушие.

– Плохой из тебя лжец, Инженер. Детектор – вещь ценная, не спорю. Но ты носишься с ним так, будто он один стоит как вся ваша лаборатория. Понятное дело, ты тут еще зеленый, и всякое может быть. Но чтоб тебе за него прям голову открутили, учитывая все, что ты пережил? Да твое начальство должно радоваться, что ты вообще жив остался! И если при твоем появлении их в первую очередь будет беспокоить целостность детектора… Ну, у меня два варианта. Либо они людоеды, либо это не детектор никакой, а что-то поинтереснее.

Антону даже врать не пришлось.

– Ты не видел персонал нашей лаборатории, – хмыкнул он. – Отморозки те еще. Ну, по большей части.

– Да, Зона срывает маски с людей, это правда. И в основном под ними ничего хорошего не обнаруживается. Даже интересно, что я найду под твоей.

Прозвучало это не то как издевка, не то как угроза. Зона еще не сорвала маску с Антона? Да, пожалуй, он еще не преломился до конца. И очень хотелось бы, чтобы этого и не произошло. Задерживаться здесь – гнилой сценарий.

Но, в самом деле, если этот слом произойдет – какого человека Антон обнаружит в себе? Он не знал ответ. Хотелось бы сказать, что достойного, но уверенности не было никакой. Достойным человеком легко оставаться в тепле, уюте и безопасности. А там, где человек человеку волк…

Антон напряженно нахмурился. Заметив это, Рубин постучал его по плечу.

– Да расслабься ты. Я же подбодрить тебя пытаюсь, салага.

– Что-то получается не очень, – натужно пробубнил парень.

– А вы, научники, смотрю, умом не блещете, – заметил Рубин. – Так жестко попасть под удар – это талант надо иметь.

А вот это было неприятно. Антон напористо ответил:

– Мы, научники, – образованные люди.

– Образование – не признак ума, – парировал сталкер.

– То есть умение кидаться шишками в аномалии – признак ума? – с нескрываемым раздражением в голосе спросил Антон.

Рубин хихикнул.

– Что, за живое задел? Дай угадаю. В детстве ты был никчемным ребенком. Учился не очень хорошо, за что папаша бил ремнем. Потом ты приходил в школу и отхватывал там от одноклассников. Тебе надо было самоутвердиться, но в драке ты этого сделать не мог. А потому стал усердно учиться на радость родителям. И до сих пор вся твоя жизнь – это бесконечная попытка доказать себе и окружающим, что ты не дурак и на что-то способен. А теперь ты застрял там, где все твои потуги потеряли смысл, потому что книжками здесь разве что аномалии разряжать. И тебя это бесит, ведь ты снова почувствовал свою никчемность.

Антон крепко сжал кулаки. Когда его пытались задеть, это просто выводило из себя. И хоть сто раз ты спаси ему жизнь – это не дает тебе права на оскорбления. Руки затряслись. Инженер схватил сталкера за грудки и закричал:

– Еще раз так со мной заговоришь!..

– Еще раз так закричишь, и я сам тебя ближайшему мутанту скормлю, – огрызнулся Рубин.

– Не смей говорить со мной в таком тоне! – не сдавался Антон.

– А то что? Опять в аномалию побежишь? Ну валяй, мне не жалко. Ты чего такой изнеженный, Инженер? Ничего тебе сказать нельзя, обижаешься сразу. Тебе не помешало бы хитином обрасти. Полезный навык, между прочим. Не только здесь, но и там.

– У тебя нет права так со мной говорить, – прошипел Антон.

– Тебе еще раз напомнить, где ты находишься? Было ли право у человека, который ранил меня, заставить мой бок кровоточить, а? Ты не на Большой земле, салага. Здесь люди иначе живут, и правила другие. Не знаю, сколько раз мне еще придется повторить эти слова, прежде чем до тебя дойдет, но привыкай.

Антон отпустил Рубина и с вызовом посмотрел ему в глаза.

– Мне плевать на ваши правила, – сказал он. – Я не сталкер. Меня это все не касается.

– Ты в Зоне. Тебя все это касается самым прямым образом. И лучше бы тебе поскорее это понять. Будем дальше стоять и препираться или все-таки пойдем и постараемся вытащить тебя отсюда?

– Я просто прошу проявить ко мне чуть больше уважения, – уже спокойнее проговорил Антон.

– Угу. А может, тебе и правда лучше дойти одному? Весь мозг ведь проешь по пути, а я на такое не подписывался. Лучше десятки ножей в бочину, чем твое бесконечное нытье. «Ой, бедненький я, мою экспедицию сожрали мутанты, ой, я хочу быть такой же тряпкой, какой был на Большой земле, только спаси меня, добрый сталкер, из аномалии, которую за сто метров невооруженным глазом, сука, видно!»

– Да вот возьму и пойду один! – выпалил совсем разгорячившийся Антон. – Уж лучше одному, чем…

– Тихо! – перебил его пылкую речь Рубин. – Ты слышал?

Антон кивнул. Сложно было не услышать грохот, раздавшийся в паре сотен метров отсюда.

– Это нехорошо, – констатировал сталкер.

Зона опять приготовила им какой-то сюрприз.

Глава 5

Инженер, бледный как мел, стоял, судорожно сжимая свой треснувший детектор. Прибор беспомощно мигал, словно разделяя растерянность хозяина.

Грохот приближался, и теперь к нему добавились голоса – хриплые, надрывные, неразборчиво поющие что-то. Из-за деревьев показалась процессия. Пять человек в лохмотьях, сшитых из всего подряд – брезента, клеенки, даже кусков