поводу национальности Мина и обмениваться подколками с Бернелл.
Когда Ким издала задумчивое «хм-м», мы все разом оживились и посмотрели в ее сторону.
– Есть кое-что интересное для вас, детективы. – Она щипцами раскладывала нечто на металлическом подносе. – Установить личность жертвы, конечно, не поможет, убийца постарался на славу, а погода завершила дело, но, возможно, это укажет на самого преступника.
– Что там? – Паркер, придерживая поясницу, поднялась с дивана.
– Записка. Нашла в кармане брюк жертвы.
Я наклонился над подносом, рассматривая грязный кусок тетрадного листа с единственной надписью.
– «Когда они тебя не видят, ты – Невидимка», – прочитала вслух Бернелл.
– Черт возьми, я все же надеялась, что это не он, – буркнула Эмили, изучая улику.
– Он удаляет жертвам глаза, чтобы стать невидимым? – переспросила Вивьен, нахмурившись. – Это же просто бред… Он сумасшедший.
– Люди без отклонений убивают только в состоянии аффекта или по неосторожности, – хмуро заключил я. – Мы имеем дело с психопатом.
– Без психиатрического освидетельствования я бы так громко об этом не заявляла, – вставила Новак, продолжая работу, – но у нашего парня точно проблемы с головой. Глаза жертвы удалены при жизни.
– Сука! – Я не сдержался и провел рукой по лицу, невольно ощупывая собственные глазницы. – Полное дерьмо.
Вивьен подошла и водрузила ладони на мои плечи. Один вид ее усыпанного веснушками носа подействовал успокаивающе.
– Ты меня учил не проникаться сочувствием к жертве и оставаться беспристрастным.
– Я всегда говорю умные вещи, – ухмыльнулся я в ответ и добавил: – Правда, действую не всегда так, как говорю.
– Проблески здоровой самооценки. Прогрессируешь, Ларсен, – Эмили изобразила одобрение. – Правда, мы все знаем, чья это заслуга.
Бернелл улыбнулась, гордо задрав подбородок, а я недовольно цокнул.
Паркер продолжила изучать тело. Когда Ким перевернула его на бок, она издала неопределенный звук, привлекая наше внимание.
– А это что за точка?
Новак поднесла увеличительное стекло и посветила лампой, теперь мы все увидели красно-фиолетовую отметину в основании шеи убитого.
– Похоже на след от инъекции, такой же был у убитого таксиста, – задумчиво протянула судмедэксперт, внося пометку в протокол. – Я передам срезы тканей на токсикологию, посмотрим, что найдем.
Вивьен задержалась у увеличительного стекла, а затем обратилась к Ким:
– Тебе не кажется, что отметина немного странная? Будто след от слишком толстой иглы.
Новак удовлетворительно кивнула и продолжила манипуляции с телом, Паркер отметила что-то в своем блокноте.
– Ким, есть что-нибудь еще, или мы можем ехать? – Я взглянул на часы, понимая, что еще немного и ужин придется есть дома.
Полностью погруженная в осмотр тела, Новак отреагировала не сразу. Сейчас на жертве не было одежды, и Дьяволица отчего-то медлила со вскрытием, стоя с занесенным над грудной клеткой скальпелем.
– Ким? – окликнула ее Эмили.
Судмедэксперт встрепенулась, выронив инструмент.
– Ты в порядке? – Вивьен оглядела ее, даже мне не понравилось ее выражение лица.
– У меня что-то желудок сводит. – Ким стянула с себя перчатки. – Я, по-моему, сегодня даже не завтракала, только кофе пила. А тут труп из помойки – тошнит.
– Поехали с нами в Diling, мы угощаем, – пригласила Вивьен, кивнув и Эмили тоже.
– Нет, я взяла обед, – мотнула головой Ким, – поем и поеду домой. Вскрытие, пожалуй, сделаю завтра.
– Ты, случаем, не беременна? – Эмили выгнула бровь, внимательно изучая судмедэксперта.
– С этим Мином хрен забеременеешь, – огрызнулась Ким и повесила халат, позвав лаборантку для того, чтобы та убрала тело в холодильник до ее возвращения.
– Эм, а ты с нами? Можешь Генри позвать, – повторил я предложение.
– Грэга, – раздраженно рыкнула лейтенант, – и нет. У меня сейчас такой период, что я люблю запах кислых овощей, но меня мутит от стейка. Так что я лучше поеду домой и съем свое ванильное мороженое с горчицей и сладким перцем.
– Господь, где делают такую отраву? – скривился я.
– На моей кухне, Ларсен, – цокнула Эм под наши смешки и, накинув пальто, вышла из кабинета.
– До завтра, Ведьма! – Я махнул показавшей мне средний палец Ким и удалился вслед за Вивьен.
По пути к машине я увидел сообщение от Кэпа, он прислал материалы по старым делам, которые мы недавно обсуждали. Я решил открыть его уже дома.
* * *
Ужин было решено есть прямо в постели, на что до жизни с Вивьен я бы никогда не пошел. Однако стоило признать, что ее присутствие давало свои преимущества: постельные ужины частенько перетекали во внепостельный секс, и тогда на пару часов мне становилось безразлично, что в комнате бардак, а простыня испачкана каким-то сладким кремом. Куда важнее становился сам факт, что этот крем Вивьен слизывала уже с моего живота, дразняще двигаясь языком вниз.
– Черт, Бернелл…
Я откинулся на подушке, ощущая приближающуюся разрядку. Можете мне не верить, но в таких делах я – джентльмен и предпочитаю делить удовольствие с дамой. Поэтому я привлек Вивьен ближе, помогая разместиться на мне сверху, и тут же из-за смены ощущений шумно выдохнул в ее волосы.
Бернелл прижалась мокрым лбом к моему, приводя сердцебиение в норму. Мы застыли в этой позе на несколько секунд: глядя глаза в глаза, ощущая друг друга куда глубже, чем просто шестью органами чувств. В спальне не горели лампы, но я отлично видел каждую ее черточку, обведенную тенью от уличного фонаря, свет которого проникал сквозь окно. Ярко-рыжие локоны были разбросаны хаотичными колечками по ее плечам и груди, вздымающейся от частого дыхания.
Если бы мне позволили выбрать, как я умру, я бы однозначно выбрал это мгновение. Если бы мне позволили решить, кем стать в следующей жизни, я бы превратился в родинку над ее сердцем.
На губах Вивьен осталась капля крема – я провел по ним большим пальцем, стирая, и почувствовал укус. Наблюдая за моей реакцией самым пошлым взглядом из всех, Бернелл обхватила подушечку пальца и громко застонала, одновременно опускаясь бедрами ниже.
Что сказать? Я люблю секс, а Вивьен отдается ему с особым азартом: в ней живет что-то дикое, пугающее и завораживающее одновременно, и мне нравится наблюдать, как в такие моменты ее огонь вырывается на свободу. Она прекрасно знает, как доставить удовольствие мне и себе. Я же получаю двойную порцию кайфа, делая ровно то, от чего зеленые глаза затягиваются томной поволокой, и в тот же момент ощущая такую недолгую сладкую власть над самым сексуальным телом, что мне доводилось видеть.
Клянусь, если бы вы видели Бернелл голой, вы бы меня поняли. Правда, это было бы последнее, что вы заметили в своей жизни. Потому что с пистолетом я управлялся ничуть не хуже, чем с другим стволом.
– Ларсен, что ты?..
Бернелл ругнулась, но
