пытался обмануть меня.
— Нет, он не пытался. Сколько раз я должен тебе это объяснять? Он оставил драгоценности в сейфе и собирался держать их там до тех пор, пока мы бы не сможем их продать. Никто не собирался тебя обманывать. Не было причин так злиться и убивать его.
— Он обманывал меня всю жизнь. И ты тоже. Мне нужна была моя доля, а он не отдал ее мне. Я сделал всю работу. Я рискнул. Я же убил этого англичанина, не так ли?
— Ты сделал всю работу? — воскликнул Джо. Он тоже рассердился, и лишь настороженность по отношению к брату не давала его злости полного выхода.
— Как насчет Даны или меня? Мы ведь по очереди приезжали сюда каждую неделю с едой и водой для тебя! И какого черта ты собираешься делать с пакетом драгоценных камней? Мы должны превратить их в деньги. Тогда ты и получишь свою долю.
— Я сделал всю работу, — настаивал Дункан. — Поэтому мне нужны мои драгоценности, и я хочу получить их сейчас. Они же у тебя. Я знаю, что они у тебя, — не обращая внимания на пистолет, он сделал следующий шаг вперед. — Отдай мне мою долю.
Еще одна волна беспокойства пронзила Джо. Ранее он уже видел своего брата в подобном состоянии, он знал его жестокий характер и знал, на что он был способен.
— Хорошо, послушай. Ты получишь свою долю. Я обещаю тебе. Теперь, когда Дана мертв, мы можем разделить все пятьдесят на пятьдесят. Но эти драгоценности тебе не помогут. Они хранятся в специальной ячейке в банке Эксмута. Мы не можем их продать, пока нет. Но главное сейчас то, что агент ФБР будет здесь на рассвете, — не отводя взгляд от Дункана, Джо опустился на колени, полез в рюкзак и вытащил толстую пачку денег.
— Здесь две тысячи долларов — вся моя заначка. Подумай, это приличные деньги, пока мы не сможем сдать рубины. И в рюкзаке есть еда и вода — тебе хватит еще на неделю. Но сейчас тебе нужно уходить. В противном случае они поймают тебя и посадят в тюрьму. И меня, как твоего сообщника.
— Это была идея Даны убить того англичанина. Убить его и изуродовать подобным образом. Я сделал именно то, что он просил. Я невиновен.
— Дана сейчас мертв, и закон не работает таким путем. Ты совершил убийства. Они на тебе — и на мне. Ясно? Мы в этом замешаны вместе, не так ли? — он пытался модулировать свой голос, чтобы он звучал убедительно, а не еще больше разозлил его безумного брата.
И это сработало. Враждебное выражение покинуло лицо Дункана. Он взял пачку денег, которую предложил ему Джо, пересчитав их жирным большим пальцем.
— Перейди на другое место, — настаивал Джо. — Ты знаешь его — старое паровозное депо в заброшенном маневровом парке. Я найду тебя там через неделю. Как только они поймут, что это место заброшено, они подумают, что ты исчез навсегда. Они понаблюдают за ним еще пару дней, но как только прекратят слежку, я узнаю. Я сообщу тебе, когда ты сможешь сюда вернуться. Через некоторое время я смогу продать драгоценности. А до тех пор, будь добр, просто продержись на этих деньгах и заляг на дно.
Наступило долгое молчание. Наконец, Дункан кивнул. Пока Джо выжидал, мужчина вернулся к палатке и начал собирать свои немногочисленные жалкие пожитки. Побросав их на рваную простыню, он связал ее в тюк, а затем повернулся к брату. Когда он это сделал, то взглянул за плечо Джо, и его лицо внезапно исказилось яростью.
— Предатель! — воскликнул он, поднимая каменный нож. — Иуда!
Выпущенная пуля просвистел мимо уха Джо. Дункан вскрикнул, когда срикошетившая пуля выбила нож из его руки. С яростным ревом он развернулся и бросился к стене сухой осоки, мгновенно исчезнув в ней. Когда Джо вытащил пистолет и развернулся, чтобы противостоять нападавшему, то ощутил удар по голове, пистолет вырвали из его руки, и он почувствовал, как чье-то колено упирается ему в спину. Через секунду он был прижат к земле, а его запястья оказались в железной хватке. Они были стянуты сзади, и холодная сталь соединилась со щелчком. Затем он почувствовал, что его ноги тоже надежно связывают. Извернувшись на земле, он, наконец, смог увидеть, кто на него напал.
— Пендергаст!
Агент ФБР был одет в серо-черный камуфляж.
— Я думал, что вы собираетесь прийти утром! — воскликнул Джо.
— Именно так вы и должны были думать.
Пендергаст подошел к нему, изъял пистолет.22 калибра, сунул его в свой карман, а затем исчез в траве в направлении, в котором убежал Дункан.
38
Пендергаст пробивался сквозь заросли осоки. У Дункана — одичавшего брата Данвуди — была хорошая фора, и Пендергаст мог сказать, судя по отдаленным звукам перемещения, что он двигался с уверенностью и явно хорошо знал эти болота. Но Пендергаст был опытным следопытом, ему прежде доводилось выслеживать на охоте львов и буйволов в Восточной Африке, поэтому за эту погоню он взялся с той же увлеченностью и стратегией, которую он бы использовал в охоте на крупную дичь. Было очень темно, но он как можно меньше использовал свой фонарик, прикрывая его рукой, чтобы его невозможно было вычислить по свечению.
Он двигался по следу потревоженной осоки, смятой бегством Дункана. Было чрезвычайно трудно идти по следу, но он несколько раз бывал на болотах и сейчас знал, на что обращать внимание и что именно искать. На бегу, он прикидывал варианты действий своей добычи. Внешний вид мужчины был слишком странным для того, чтобы передвигаться незамеченным при свете дня. И теперь он уж точно не отправится в то старое вагонное депо. Скорее всего, на какое-то время он затаится в таком месте, которое он знает лучше всего: а именно, на этих самых болотах. Он мог прятаться здесь какое-то время, разрабатывая план, пока не появятся поисковые группы и служебные собаки.
Конечно, если ему удастся убить Пендергаста, ему вообще не придется уходить. Скорее всего, это и станет его самым вероятным выбором действия.
Впереди звуки движения прекратились, видимо замаскированные порывами ветра. След тоже стал более трудно читаемым, и это, по-видимому, значило, что Дункан замедлился и теперь продвигается с большей осторожностью, следуя по еле заметной тропе, оставленной животными. Ветер дул с юго-запада, и Пендергаст почувствовал вонь человека: смесь пота, грязи и мочи. Это стало сигналом, что добыча находится с подветренной стороны, слева от Пендергаста. Агент ФБР скорректировал свой курс, также продвигаясь
