взглядами в потолок, пытаясь проанализировать увиденное.
У обеих погибших был ушиб головного мозга затылочной части с обширным кровотечением, однако в лобной части было обнаружено все то же самое – контузия и кровоизлияние в мозг. Если оно произошло по неестественным причинам, то должны быть соответственные раны на голове, но у обоих трупов ничего подобного не было. Это значило только одно…
– Контрудар! – одновременно выкрикнули мы с Дабао.
Линь Тао замер от неожиданности:
– Вы чего? Бесы, что ли, в вас вселились? Настолько синхронно работать…
Контрудар – это специфическое повреждение мозга; его особенность заключается в наличии травм кожи и мозга в месте приложения силы и с противоположной стороны от места нанесения удара. При этом кожа над дополнительной травмой не имеет никаких заметных повреждений, потому что на нее не было произведено никаких прямых воздействий. Чаще всего контрудар появляется при резком замедлении движения головы – например, при падении откуда-то или ударе обо что-нибудь.
«Интересно, как они его получили?» – пронеслось у меня в голове.
– Проще простого, – ответил Дабао на мой безмолвный вопрос. – Плитка в душевой скользкая, они поскользнулись и расшибли головы.
– А почему тогда раны рваные? – возмутился Линь Тао. – Я не судмедэксперт и то понимаю, что у них на головах куча кожных лоскутов – другими словами, кто-то нанес им множественные удары по голове. Они же не могли, как неваляшки, все время биться головой об пол, пока не умрут.
– А, ну да… – Дабао почесал затылок.
– Они действительно упали, – сказал я. – Но не поскользнулись. Их кто-то толкнул. – Снова отогнул кожу скальпа покойной на месте, где недавно обнаружил подсухожильное кровоизлияние. – Мне кажется, кто-то схватил ее за волосы и многократно ударил головой об пол или стену… даже, скорее всего, об пол, потому что душевая была затоплена где-то на десять с лишним сантиметров, а значит, на стене остались бы кровавые следы, но мы ничего подобного не обнаружили. Не забывайте, что контрудар может образоваться только вследствие замедления движения головы. Если ее взяли, потянули на себя и резко ударили обо что-то, это тоже замедление.
Мои коллеги закивали.
Аутопсия продолжилась. Мы по всем правилам вскрыли грудную и брюшную полости тела погибшей. Ничего подозрительного не выявили. Посмертные травмы груди и промежности Се Линьмяо были легкими, не связанными с некрофилией, но очевидно оставшимися после развратных действий[25], совершенных Ли Цзе.
– Похоже, Ли Цзе не наврал, – с отвращением сказал Линь Тао. – Вот же грязный извращенец…
Обе жертвы погибли от тяжелых черепно-мозговых травм. Судя по содержимому желудков, смерть наступила через четыре часа после последнего приема пищи. В желудках мы нашли что-то похожее на лапшу быстрого приготовления, поэтому решили, что именно ее они и ели в последний раз.
Мы закончили со всем, что нужно было сделать, поэтому я снял с себя спецодежду для вскрытия и посмотрел на часы. Я даже не заметил, как наступила глубокая ночь.
– Пора возвращаться, надо выспаться, – предложил я. – Целую ночь мы провели за исследованиями и анализом; завтра узнаем, что там с вещественными доказательствами, да и вообще про девчонок.
– У тебя есть какие-то соображения по этому делу? – спросил Дабао.
– На самом деле все очень просто. По крайней мере, реконструкцию на месте преступления провести не составит труда.
– М-м? – заинтересовался Линь Тао. – Расскажи-ка.
– У Хуан Жун колени в синяках, во рту лобковый волос; нетрудно догадаться, что убийца принудил девочку заняться с ним оральным сексом, – сказал я. – После этого он схватил каждую из жертв за волосы и методично забил до смерти головой об пол. В течение всего процесса он даже не думал закрыть кран, из которого бежала вода. После того как дело было сделано, убийца быстро скрылся с места преступления. Вода продолжала течь день и две ночи, пока сегодня рано утром Лю Цзе не вошел внутрь, чтобы надругаться над трупом. Тогда он как раз и поменял позу тела, чем сильно насолил нам – ведь грязь в носу Се Линьмяо, которую он смыл, могла помочь нам раскрыть это дело. На самом деле Лю Цзе уничтожил важную улику.
– Не уничтожил, – сказал Линь Тао. – Мы должны верить в силы специалистов из городской лаборатории. Даже при таком маленьком количестве образца они смогут определить состав.
– Ты сказал, что убийца изнасиловал Хуан Жун; а что насчет Се Линьмяо? – спросил Дабао.
– У меня нет никаких оснований что-либо утверждать, – ответил я. – Но мне кажется, что способ убийства, который выбрал преступник, довольно странный.
– Что странного? – спросил Дабао.
– Пока не могу объяснить… – Я прикрыл глаза. – Дай мне время подумать.
Утро 30 июня Командный пост специальной следственной группы по убийству «29 июня»
Я, который не мог выносить дела с изнасилованием и убийством детей и всю ночь мучился от кошмаров, лениво толкнул дверь в кабинет.
– Есть одна хорошая новость и одна плохая. – Глаза начальника Чэня сильно опухли, но все еще горели энтузиазмом. – С какой начать?
– С хорошей, – ответил я.
– Анализ ДНК показал, что волос, найденный во рту Хуан Жун, принадлежит мужчине. Придется заняться поиском подозреваемых.
– Мы так и предполагали, – сказал я. – А плохая какая?
– Во время ночного расследования мы узнали, чем занимались девочки в последние минуты жизни, но так и не нашли ни одной нити, ведущей к раскрытию преступления. Все сотрудники управляющей компании мужского пола также прошли через процедуру сопоставления ДНК – и все исключены. Представить не могу, как мы сможем отыскать в море людей хозяина этого волоса.
Я задумался, потом произнес:
– Здесь же немного приезжих?
– В двух километрах от компании есть поселок – прямо скажем, оживленное местечко, туда стекается много народу. В принципе, здание управляющей компании расположено в захолустье, мало кому известно о реальном положении здешних дел, абы кого они не нанимают, только по связям. Да и откуда незнакомцу знать, что две красивые девочки остались в полном одиночестве на все выходные?
– А мог кто-то из компании найти себе сообщника? – поинтересовался Линь Тао.
– Мы отрабатываем эту версию, проверяем все социальные контакты работников. Но это все равно что искать иголку в стоге сена.
Я прижал кулак ко лбу и начал думать. Все в зале для совещаний выглядели так же озадаченно, как и я, и все хотели найти скорейший способ раскрыть дело.
– Кстати, – вспомнил я, – а что показало исследование образцов из носа?
– По нашим предварительным данным, это черные карбоновые чернила для перьевых ручек, – ответил представитель лаборатории.
– Карбоновые чернила? Как они оказались в ванной? – удивился я.
– Они могли просто баловаться и случайно пролить на себя
