своим глазам, когда Бармаглот поднял мордочку, потянувшись к моей руке. – Дружище, где же тебя носило?
– Мау…
Звук получился такой жалобный и протяжный, что и у меня на глазах выступили слезы. Вивьен тихо рыдала, осторожно обняв Бармаглота и согревая собственным телом.
– Я тоже рад тебя видеть, старина. – Я ласково потрепал его за ушком, и тот заурчал.
Несмотря на травму, Бармаглот блаженно вытянулся, заняв своей тушей ноги Вивьен, мои и весь подоконник, и радостно, совсем не по-кошачьи завилял хвостом.
Визит к ветеринару было решено отложить до утра, так как после небольшого осмотра ничего угрожающего жизни котины мы не нашли. Пока Вивьен аккуратно перевязывала поврежденную лапку, я принес Бармаглоту его любимый паштет и наблюдал, как тот с аппетитом ест. Похоже, спустя столько времени мы, наконец, перестали враждовать.
– Надеюсь, ты хорошенько дал отпор ублюдку, – поглаживая кота, проговорил я.
Вивьен рассмеялась сквозь текущие слезы, а я смотрел на эту странную рыжую парочку, и думал что уже не представляю жизни без них и не позволю никому и никогда отобрать это у меня. Я полез в карман пальто, нащупал холодный металл и на секунду замешкался. Я действительно собирался дождаться ее дня рождения, но после всего, что мы пережили, ждать казалось неправильным.
Вивьен стерла потекшую тушь и слегка удивилась, когда я взял ее ладонь в свою и вложил небольшой серебряный кулон на тонкой цепочке.
– Что это?
– Просто небольшой подарок на случай, если призраки прошлого снова начнут одолевать. – Я указал на небольшой выступ в основании: – Открой.
– Адриан, я… – Вивьен раскрыла замочек и теперь рассматривала вложенную вовнутрь фотографию: – Как ты это сделал?
– Пришлось перерыть ваши семейные архивы и немного помучить фоторедактор, но я смог поместить всех рядом, тут: Ребекка, Лили и твои родители. – Я стер выступившую слезинку с ее щеки: – Несмотря на то, что случилось, я уверен, что они все по-своему тебя любили и хотели бы, чтобы ты жила дальше, помня об этом.
– Спасибо, – произнесла она срывающимся шепотом, прижимаясь ко мне что было сил. – Это очень много для меня значит…
– И я хочу, чтобы ты помнила кое-что еще, Бернелл: что бы ни произошло, какая бы темная ночь ни пришла, у тебя всегда есть я.
– Мау!
Мы рассмеялись, на секунду размыкая объятия и пропуская наглую кошачью морду. Бармаглот потерся о нас, ненавязчиво напоминая, кто тут на самом деле герой вечера.
– Похоже, во вторую половинку кулона придется вставить новое фото…
Мы так и уснули втроем в этот вечер, напоминая самим себе, что даже в самой неправильной, абсурдной и разрушительной реальности можно найти ту самую точку опоры. И она зачастую ближе, чем нам кажется.
Глава 16. До встречи в суде
Две недели спустя
Задача: взрослый человек состоит из воды на шестьдесят процентов, член следственной группы перед передачей дела в суд состоит из кофе на восемьдесят процентов. Вопрос: каким хреном нам связать всех жертв с Хейзом и обеспечить ему пожизненный тариф [20]?
Ответ лежал прямо передо мной где-то на чертовой доске, проблема заключалась лишь в том, что я его не видел. Кейли Менфилд убита с особой жестокостью прямо в своей квартире – личный мотив, вдобавок раздевание указывает на сексуальный подтекст. Миссис Розамунд – тихая, почти безболезненная смерть.
Глаза обеих жертв закрыты – практически забота, фирменный знак плохо различим. Зато последующие – бездомные и проститутка, с ними Хейз не стеснялся проявлять себя – знак заметный, буквально кричащий о себе, даром что на такие преступления копы «закрывают глаза». Весьма иронично в нашем случае… И наконец, таксист и Мин. Их Хейз убивал медленно, почти изощренно: удаление идентификационных признаков, переодевание, перемещение тел на новое место.
Если убийство Кейли – чистые эмоции, миссис Розамунд больше походила на рутинную работу, а бездомные – на тренировку, то последние две жертвы – это настоящий выход в свет при полном параде.
«Жертв могло быть больше, намного больше», – в памяти всплыло наше свидание с почившим напарником. В сущности, кто я такой, чтобы спорить с собственным подсознанием? Вот только как найти остальных, если у Невидимки нет выраженного почерка, за исключением повреждения глаз? Что в принципе могло проявляться не каждый раз.
– Не это главное, – нараспев протянул Мин, материализовавшись на своем старом месте, будто никогда и не уходил. – Задай себе вопрос: почему Невидимка убивает?
Все верно. Нам нужны не улики, а исток – мотив, который толкал Хейза на преступления. Он ничтожество с манией величия, его убийства – не что иное, как попытка привлечь к себе внимание, и каждый раз, не добившись необходимого эффекта, он шел на эскалацию. Хейз бы не упустил возможности заявить о себе, а учитывая его профессию, таких возможностей было хоть отбавляй.
Я круто развернулся на каблуках и окликнул Бернелл.
– Что такое? – Вивьен устало оторвала взгляд от монитора, ее глазам явно был нужен отдых.
М-да, неделька у нас всех выдалась не самая радужная.
– Напомни, сколько Хейз проработал в London weekly? Нужно просмотреть все статьи, которые он напечатал за это время.
– Около пяти лет, – нахмурилась Веснушка, подойдя ближе. – Что ты хочешь там найти? Мы же уже все проверили, до убийства таксиста имя Невидимки в газетах упоминалось нечасто.
– Мы будем искать не это, а любые статьи Хейза об убийствах, включая другие издания. Он мог придумать себе прозвище недавно, но если он убивал ранее, то должен был написать об этом. – Говоря, я сам зарывался в записи Мина, ища подсказку. Я был уверен: он что-то нашел раньше нас и пометил в своем дневнике.
– Стой, Адриан. – Вивьен втиснулась между мной и столом. – Если на тебя снизошло озарение, то расскажи сначала все мне, я смогу помочь.
За время нашей совместной работы и жизни я все чаще забывал, что Бернелл не умеет читать мысли. Хотя порой, я был готов поклясться, так оно и происходило.
– Да, прости. – Я подвел Веснушку к доске, указывая на развешанные фото жертв. – Хейз убил Кейли Менфилд, когда ему было всего двадцать четыре. Жестоко, порывисто, и тем не менее сам характер травм тебе никого не напоминает?
– Теда Банди, – тут же отозвалась Бернелл.
– Я думаю, он подражал ему. Как-никак, один из самых раскрученных серийных убийц в истории, настоящая звезда! Уверен, Хейз хотел не просто поиздеваться над девушкой, он желал, чтобы о нем заговорили.
– Да, но убийство Менфилд нигде особо не освещалось. По-твоему, это подтолкнуло Хейза к новому преступлению?
– Именно, – кивнул я, сделав глоток
