– Госпожа бывшая полицейская осчастливила меня визитом, – засмеялась Деметра. – И даже прихватила с собой дружка-инвалида.
– Я не мог пропустить столь приятное знакомство. – Данте отпустил ходунки и потянулся здоровой рукой к мордам псов.
Коломба сжала в кармане с драной подкладкой пистолет.
– Не делай глупостей.
Данте почесал доберманов за ушами, и оба тут же перестали лаять и радостно запрыгали вокруг него.
– Ты о чем?
– Не трогай моих собак! – закричала Деметра.
– А вы не держите их на цепи, – сказал Данте и отцепил псов.
Коломба снова положила руку на пистолет, но доберманы, не обращая на нее никакого внимания, закружились по двору, мочась на газон. Деметра раздраженно встала, взяла их за загривки и заперла в своих мини-апартаментах.
– Могу я узнать, что еще вам от меня нужно? – спросила она.
Данте оперся о ходунки.
– Хотели сообщить, что денег брата вам не видать как своих ушей, – коротко сказал он.
Деметра прищурилась:
– Это деньги Томми.
– Деньги будут арестованы из-за незаконного происхождения. Вам повезет, если по окончании расследования не арестуют вас саму.
Деметра от души расхохоталась:
– Ну и ахинея! У тебя еще и с головой не все в порядке.
Данте снял перчатку:
– Меня зовут Данте Торре, и ваш брат менял мне капельницу полтора года, пока я находился в заложниках у террориста по имени Лео Бонаккорсо.
Коломба оттащила его в сторону:
– Ты каждому встречному собираешься все выкладывать? Ладно еще Лупо, но не этой же шлюхе…
– Можем, конечно, подвергнуть ее пыткам, если хочешь. В противном случае это наш единственный козырь. Если у нее рыльце в пушку, то она уже и так все знает и знает, что мы знаем.
Коломба фыркнула:
– Может, и так, но, если ты и дальше будешь продолжать в том же духе, наше расследование прикроют еще до его начала. – Она придвинула к столу два стула и обратилась к Деметре: – А теперь давайте немного побеседуем.
Неожиданно для обоих Деметра вытащила из-под стола бутылку дешевого бренди:
– И выпьем за твое здоровье, Торре. – Она наполнила два пластиковых стаканчика. Коломба к своей выпивке даже не притронулась, а Данте скривился от одного запаха. – В Греции тебя тоже знают. Тебя же, кажется, в Венеции похитили?
– Точно.
– Мой брат тут явно ни при чем, но рисковать я не собираюсь. Сколько ты хочешь?
– Деметра, я не собираюсь вас шантажировать. Я никак не могу помочь вам войти в наследство. Деньги Томми будут заблокированы на счетах годами, если, конечно, вашего брата не признают невиновным. Но… Это невозможно. Бонаккорсо действительно сделал вашего брата моим тюремщиком, и, когда история станет достоянием общественности, всплывут все ее мрачные подробности.
Коломба понимала, что Данте снова разыгрывает спектакль, и, хотя ей это пришлось не по душе, она догадывалась, какую цель он преследует.
– Это был не он, – сказала Деметра.
– Почему вы так в этом уверены? – спросил Данте.
– Потому что он не был злодеем. Аристид был труслив, как все мужики, но он бы и мухи не обидел. И потом, он бы побрезговал тебя лечить – он и у собаки-то клеща не мог вытащить.
– Я никогда не говорил, что это была его идея.
Деметра затушила сигарету каблуком.
– Если его заставили, значит он невиновен.
– Это зависит от того, чем ему угрожали и сколько он на этом заработал. Счета у него были внушительные…
– Если ты скажешь это в суде, тебе поверят, – сказала Деметра. – Или ты хочешь расквитаться с мертвецом?
– Нам нужны доказательства, – сказала Коломба. – Месть не имеет к этому никакого отношения.
– Вернемся к причине нашего визита, – сказал Данте. – Мы хотим увидеть Томми. Задать ему вопросы. Его деньги – не моя проблема, но если я что-то узнаю, это пойдет на пользу в том числе ему.
Деметра задумчиво посмотрела на него и наконец сказала:
– Как вы могли догадаться, он еще не под моей опекой. Иначе я бы уехала в Грецию вместе с ним. Судья говорит, что надо дождаться окончания расследования в отношении моего брата.
– Вам разрешают навещать его когда хотите? – спросила Коломба.
– Да.
– В следующий раз, как поедете, скажите, что хотите показать Томми психиатрическому консультанту.
– У них уже есть этот клоун Пала.
Данте покосился на нее:
– Вы хотите заграбастать ваши денежки или нет?
– Ладно.
– Советую поговорить, с кем надо, лично, – вмешалась Коломба. – Не забывайте, что вы еще интересуете следователей и ваши звонки, скорее всего, прослушиваются. – Она записала номер своего мобильника на использованном билете на поезд и протянула его Деметре. – Позвоните мне с таксофона. И не называйте имен.
Деметра взяла билет кончиками разрисованных звездочками ногтей и положила его себе под зад.
– На перекрестке есть телефонная будка. Позвоню оттуда. Но если Аристида кто и шантажировал, так это мамаша Томми.
– Вы уже говорили мне, что вам она не нравилась.
– Дело не только в этом… Мы с Аристидом всегда ругались, особенно из-за его невест, если их можно так назвать. Но он никогда не дулся больше недели – то присылал мне подарок из-за границы, то звонил поздравить с каким-нибудь праздником. Но на сей раз он этого не сделал. – Из левого глаза Деметры поползла полоска туши. – Надо было связаться с ним самой. Только об этом я и жалею.
13
Вечером они, оставив полицейских дома пересчитывать синяки, поужинали с Барт на агротуристской ферме «Волшебник Мерлин». Барт видела Данте впервые с тех пор, как он пришел в сознание, и в первые полчаса говорили только они двое, обсуждая то прошедшие полтора года, то состояние здоровья Данте, который объявил, что никогда не чувствовал себя лучше, хотя к вечеру всегда сильно уставал. Женщины ели пассателли с мясным соусом, а Данте клевал брускетты с черным трюфелем, который рос в местных лесах. Барт рассказала им о своей экспертизе на «Вилле „Покой“», которая пока принесла не больше результатов, чем анализы, проведенные военными криминалистами.
– Клиника была общественным местом, и мы нашли тысячи генетических следов, но опознали только твои, – сказала она, глядя на Данте.
– Неужели там нет даже ДНК Меласов? – спросила Коломба.
– Нет. То же касается отпечатков и посторонних микрочастиц. Они были очень осторожны.
– Это ты анализировала образец ДНК моего брата? – спросил Данте.
– Да, но он тебе не брат, – сказала Бартоне.
– Не обращай внимания, – сказала Коломба. – Он зациклился на этой истории.
– Я не зациклился… Это ты собирала образцы в дормитории ОБТ?
– Я и мои люди, а что?
– Данте уверен, что Лео оставил образцы специально, чтобы их нашли, – объяснила Коломба.
Барт раздумывала над ее словами, пока ела тирамису, – она была единственной, кто заказал десерт.
– Если не берешь образцы у человека лично, определенной доли риска не избежать.
– Барт, не потакай ему… – сказала Коломба.
– Значит, в клинике действительно могла быть ДНК моего брата.
– Я бы это заметила. Мы используем твой образец для сравнения. Конечно, если Лео не твой единокровный брат, мы бы не смогли определить, что ДНК принадлежит ему.
К ним подошла официантка:
– Кто-нибудь хочет кофе?
Данте улыбнулся:
– Все хотят, но не здесь. Мне наконец доставили набор для выживания.
14
Набор для выживания Данте состоял из двадцати коробок с одеждой, пакетиками зернового кофе, лекарствами, купленными в Глубокой сети, двумя ноутбуками, стационарным компьютером, айпадом, разнообразными зарядниками, тремя «киндлами», шестидесятидюймовым OLED-телевизором, радиоприемником «Pure», кольцевым очистителем воздуха «Dyson» и, конечно, профессиональной кофемашиной, с которой Данте сдувал пылинки, как астронавт со своего космического корабля. Он тайком раскрошил и вдохнул пару таблеток из набора, и зрачки его снова расширились. Делая вид, будто ничего не замечают, Барт и Коломба дожидались, пока он перемелет в деревянной мельнице неровные темные зерна. Какое-то время он с грохотом отбойного молотка крутил ручку, а затем высыпал получившийся порошок в фильтры кофемашины.
