class="p1">Не дожидаясь наследника трона. Ещё одно показательное отношение ко мне.
Длинный стол, хрустальные графины, стопки бумаг и приглушённые голоса.
Люди повернули головы, когда я вошёл — кто-то с лёгким интересом вызванным моим поведением на последнем приёме, кто-то со скукой. Императрица сидела во главе, рядом Валевский, по периметру — представители купечества, министры и главы нескольких крупных родов.
— Ты опоздал, — сухо бросила регент, не поднимая глаз. — Уже всё началось.
— Я не опоздал. — ответил я спокойно. — Время ещё есть. И хочу сообщить всем присутствующим: если подобное повторится — я огорчусь. И найду способ огорчить каждого из вас. — произнёс я ровным тоном.
Кто-то фыркнул в ответ на мои слова, кто-то усмехнулся, кто-то опустил насмешливый взгляд. Да… Мало кто тут хоть во что-то ставил наследника, и совсем никто не считал его реальной силой. Ну что же… Вам всем предстоит неприятно удивиться.
Пока они смеялись, ухмылялись и шептались, я, не обращая больше на этот инцидент внимания, занял своё место по левую руку Императрицы и принялся листать лежащие бумаги. Это был отчёт о ликвидности одного из предприятий принадлежащих короне. В трёх томах, по шесть-семь сотен листов в каждом.
Темой дня была приватизация Смоленского текстильного завода — убыточного, по мнению совета, предприятия, годами тянущего дотации от государства.
Голос докладывающего чиновника звучал деловито и живо:
— Предложение одобрить передачу завода в руки частного инвестора, консорциума во главе с бароном Игнатием Павловичем Бронниковым. У них есть план реструктуризации, инвестиции и… — дальше шли цифры и графики показывающие насколько предприятие неликвидно и насколько выгодно будет отдать его за бесценок в руки частников.
Я бросил взгляд на будущего собственника.
Барон Бронников сидел чуть в стороне: большой человек в дорогом костюме, с блестящим толстым лицом, маленькими проницательными глазами и постоянной самодовольной ухмылкой. Он лениво похлопал перчаткой по столу, словно уже держал в руках документы на передачу.
Я слушал, слушал — и слушать стало невозможно. С каждой очередной цифрой во мне поднималось растущее возмущение, которое никак не желало успокаиваться. От доклада просто воняло фальсификацией. Неужели они настолько ленивы что даже не смогли нормально подготовиться? Состряпать бумаги хоть отдалённо похожие на правду? Я бегло изучил отчёт. Теперь стоило сопоставить в голове несколько цифр, и уже становиться понятно что доклад — ложь. Может быть для простого человека это не столь очевидно, но я, тысячелетиями управляющий адским доменом, знал куда смотреть и видел эти простейшие схемы насквозь.
Я поднялся на ноги и перебил докладывающего:
— И какого, простите, хера?
— Что…? Простите…? — Докладчик запнулся, рот приоткрылся, будто у рыбы выброшенной из воды.
— Я спрашиваю, какого хера моё наследство — собственность Империи — вы хотите спихнуть за бесценок? И кому? Вот этому хапуге? — я указал взглядом на Бронникова.
Барон побагровел, рот дёрнулся. Воздух стал густым, как перед грозой.
— Ваше высочество, — осторожно вмешался Валевский, — возможно, стоит дослушать доклад…
— Я больше слушать не могу. Мне уже всё понятно, — оборвал я. — И знаете что? Он не просто пахнет ложью — он ей воняет.
Все замерли. Шёпоты умолкли. Барон Бронников покраснел ещё больше, хотя это казалось невозможным. Где-то за спиной шумно вздохнула мать, что-то протестующе пробормотал Валевский, но тут же осёкся.
Один из сидящих за столом — сухощавый тип с хищным лицом, насколько я помнил, он исполнял обязанности замминистра экономики — криво усмехнулся:
— Может быть, его высочество укажет нам на обнаруженные им не стыковки?
— Легко.
Я поднялся со стула, подошёл к столу с проектором, взял из рук чиновника доклад, и перелистнул презентацию на первый слайд.
— Давайте разберёмся по пунктам.
Я указал на таблицу «Выручка — 2019–2024»:
— Здесь написано, что объём выпуска упал в 2023 на 40 %, — произнёс я. — Но в отчёте, во втором томе, третий раздел. — я бухнул на стол тяжёлую книгу. — стоит рост на 12 %. С какими же единицами работал тот кто составлял доклад? Суммы не сходятся с объёмами: в расчётах ошибка. Точнее сказать, больше похоже что человек составляющий «это» поставил в презентацию нужную ему цифру «из головы», что бы показать какое убыточное предприятие. Похоже даже не думая о том что кто-то может сверить цифры.
Нервный смешок где-то в углу.
Проверив истину моих слов, Императрица бросила не обещающий ничего хорошего взгляд на докладывающего чиновника. Тот шумно сглотнул:
— Опечатка, ваше императорское величество…
— Идём дальше. — произнёс я, не обращая внимания на оправдания чиновника.
— Ремонт. — Я ткнул в следующую таблицу. — В феврале списали двадцать миллионов. Хорошо. Но если вы загляните в отчёт, второй том 3 раздел, если не ошибаюсь, — я указал рукой на толстую, лежащую на столе книгу, — То увидите что акт выполненных работ — от мая. Кто подписал акт раньше, чем подрядчик вообще вышел на объект? И, кстати, подрядчик — «ООО Техинвест», принадлежащее… брату барона Бронникова. Какое восхитительное совпадение.
Кто-то шумно сглотнул.
Следующий слайд, с коэффициентами рентабельности:
— Валовая прибыль. — Я щёлкнул указкой. — Тут у вас пять процентов при выручке в сто девяносто миллионов и прибыль в сорок пять. Попробуйте разделить — получится двадцать три. Но кому нужна математика, если есть нужный результат, верно?
Пальцем ткнул в ещё один пункт.
— Пять лет подряд завод получает государственные субсидии «на замену оборудования». Судя по смете, каждый год происходит полная замена старых станков на новые. Плюс наладка. В итоге предприятие «стоит» четыре месяца в году. Что, станки у вас одноразовые? И куда деваются «старые» станки, у которых ещё даже гарантия не вышла? Готов спорить что на заводы Бронникова. Ладно.
Повернулся к диаграмме экспорта:
— Снижение экспорта на 60 % вы объясняете «падением спроса на зарубежных рынках». Но контракт на логистику в 2023 году перешёл к компании, которой управляет аффилированное с бароном лицо. Почему вы не упомянули, что фирма отвечающая за логистику для экспорта была закрыта искусственно за полгода до этого, а новый оператор взялся за маршруты только в октябре? Что-то мне подсказывает, что «падение спроса» — не причина, а удобная легенда для прикрытия того, что бы продукцию предприятия продавать за бесценок фирме барона, которая в последствии, делая маржу более 1000 % перепродаёт её за границу?
В зале послышалось шуршание бумаг. Докладчик побагровел, пытаясь подобрать слова. Барон Бронников сжал губы так, что жилка выступила на шее. Императрица смотрела на меня из-под опущенных ресниц — в её лице читалась смесь испуга и недовольства.
— Всё это — не анализ, — закончил я. — Это набор удобных для передачи предприятия в частные руки утверждений. — Я положил бумаги на стол. —
