— Здесь девушек не заставляют делать ничего подобного, если только они сами не хотят. И даже так, обычно стараются ждать до восемнадцатилетия.
Брови блондинки поползли вверх. Восемнадцать? В Домах терпимости ты уже в пятнадцать начинаешь казаться перестарком.
— Видимо, этот «Дом» всё же не такое плохое место, как мне казалось изначально…
— Ой, да! — девчушка тут же подхватила безопасную тему. — На самом деле тут здорово. Я обязательно познакомлю тебя с госпожой Вазайски, если ты у неё ещё не была — она отличный врачемаг. И госпожа Бомон… Ох, ты ведь красная дама, а значит она станет преподавать тебе этикет.
— В этом твоя сила, да?
Эми застыла и посмотрела на собеседницу с недоумением. О чём она?
— Я не поняла тебя. Извини…
— И вот опять, — теперь Летисия закатила глаза. — Только и делаешь, что извиняешься, и в итоге именно окружающие чувствуют себя виноватыми. Ты же манипулятор, да? Хотя ленты вокруг тебя просто чёрные… Кто тебя обучал?
— Чему обучал? — на этот раз глаза Эмилии расширились в удивлении. — Я — техник. Моя единственная способность — это создавать из оборудования работающие приборы, и больше ничего.
— Да ерунда, — отмахнулась блондинка. — Я несколько лет до этого плотно работала с организацией, и поверь, таких как ты там чуют сквозь слои. Ты ведь уже давно взрослая, но тебя так и тянет пожалеть и защитить. Даже мне этого хочется, хотя мы сколько с тобой знакомы? Час? Меньше? Получается, ты — манипулятор. И к тебе должны тянуться люди.
— Я… Я не манипулятор, — и вот опять девушка мотает головой. — И про такое даже не слышала. Просто когда мне было три, мы с Кевином осиротели, и очень долго он заботился обо мне, продолжая и сейчас. К тому же я была самой младшей в «детском» крыле, да и сюда перешла, когда мне исполнилось только семь. Госпожа Вазайски говорила, что у меня просто закрепилась такая манера поведения.
На это Лита только хмыкнула и слегка приподняла бровь. Либо эта госпожа Вазайски — такой себе врачемаг, раз не в состоянии распознать манипулятора, либо девчонка и сама ничего толком про себя не поняла. Впрочем, ей-то какое до этого дело?
Они немного помолчали, но возникшая неловкость всё равно ощущалась.
— Расскажи, как ты попала сюда, — предложила Летисия, теперь залезая на кровать с ногами. — И ты сказала, что Кевин — твой брат. Неужели настоящий? Я думала, в Нижнем понятие семьи и вовсе отсутствует.
— Мне было три, когда родителей не стало, — повторила Эми. — Кевин рассказывал, что случился обвал, и те вытолкнули нас ценой своею жизни, но я этого ничего не помню. Для меня воспоминания начинались уже здесь, в «Доме», куда нас забрал господин директор, когда мы уже несколько дней скитались по катакомбам. Вернее, брать он собирался только Кевина, — теперь девушка слегка улыбнулась. — Но брат отказался меня оставлять, хотя это и нарушало правила. Здесь нет малышей, «Дому» они не выгодны. Дети в возрасте от десяти и до четырнадцати лет проживают в том крыле, которое видно снаружи, а потом переходят сюда. Если только не окажутся совсем уж бесполезными.
— Как и везде в этом забытом даже Чернью мире, — Лита пожала плечами. — Ты или полезен для использования, или мусор.
— Мне повезло, что открылась способность работать с техникой, — Эми опять улыбнулась, но только самыми уголками губ. — Поэтому и задержалась так надолго. Но как была младшей сестрёнкой Кена в глазах других, так ею и осталась.
Они опять помолчали. Эми не знала, что сейчас добавить, а вот её соседка обдумывала услышанное.
— Кевин… Он так ценен для директора? Я про него слышала.
— И он, и Дик скорее всего станут помощниками директора, — Эмилия пожала плечами. — Так что они — практически важные шишки в нашем крыле. И я, если честно, была в ужасе, когда ты сломала Дику нос…
— Этот павлин заслужил подобное отношение, — Летисия фыркнула. — Видала я таких, как он — много самомнения, и больше ничего.
Вообще-то с этим Эмили могла поспорить, но закусила губу. А после совершенно по-детски хихикнула. На её памяти впервые кто-то не просто смог противостоять шарму Ричарда, но и отнёсся к нему довольно предвзято. Теперь Лита стала нравится ей ещё сильнее.
— Скажи, а как ты попала к нам? — спросила она, став серьёзней. — До этого девушки не попадали в «Дом» во взрослом возрасте, а только переходили из другого крыла. К тому же твоя внешность…
— Что с ней не так?
— Ты очень красивая, — честно призналась девушка, и уже нахмурившиеся брови Летисии поднялись вверх. — И твои волосы — они светлые. Ни разу не видела у жителя Нижнего такого цвета.
— Меня… скажем так, перекупили из другой организации, — ответила Лита весьма уклончиво. — И я пока не знаю, хорошая эта покупка или нет. А про волосы… Ты сама и ответила на свой вопрос.
Эми смотрела на свою новую подругу во все глаза. Получается, она откуда-то из Среднего слоя? Или и вовсе из Верхнего? Но продолжать расспросы было неловко, а ещё не покидало ощущение, что Лита просто не ответит.
Они опять помолчали, но эта тишина больше не казалась напряжённой. А уже минуту спустя Эми соскочила со своего стула и предложила:
— А хочешь вигу? У меня есть немного, но она вроде как настоящая. И корешки в сиропе — я их с детства обожаю. До ужина почти полтора часа, и мы с тобою можем просто поболтать за напитком.
Лита замешкалась буквально на секунду, а после кивнула. Манипулятор эта девчонка или нет, но она ей нравилась. К тому же, всегда приятнее дружить с тем, кто будет за тобой присматривать, чем продолжать держать дистанцию. О корешки в сиропе она и вовсе обожала.
Глава 26
Порою Эми начинало казаться, что Лита жила с нею всегда. Что они не несколько месяцев, а вот уже много лет так вместе хихикали перед сном, распивали вигу, грызли корешки в сиропе и сидели в столовой за одним столом. Несмотря на разницу в возрасте и интересах, девушки умудрились крепко сдружиться, потому что Летисии очень нравилось опекать свою младшую подругу, а Эми — полагаться на
