праздничным. Мира из высушенных и перетертых в муку корневищ рогоза напекла печенья, Горм сходил на болото, принес оттуда кислицы и листьев клюквы и сварил отвар. Люда, окрыленная успехом, жестикулировала, рисуя в воздухе картины будущего.
— Мы не просто выживем. Мы создадим ферму! Цветочную ферму прямо здесь, на этих болотах! Мы будем выращивать тысячи таких цветов! Еще больше, еще красивее!
Горм, обычно молчаливый, нахмурился.
— Ферма, госпожа? Это хорошо. Но… цветами сыт не будешь, — произнес он осторожно.
Люда посмотрела на его осунувшееся лицо. От жизни впроголодь и тяжелой работы он, казалось, за последний месяц постарел лет на десять. Да и Мира стала совсем тонкая, как болотная былинка. Ее округлые щечки ввалились, а тонкие ручки были покрыты кровавыми мозолями. О том, как выглядит она сама, Люда старалась не думать.
— Мы будем продавать цветы, — произнесла она, стараясь, чтобы ее голос звучал уверенно. — Да! Если у кого, то из людей что-то получается лучше, чем у других, он продает результаты своего труда. Это основа любого цивилизованного общества! Я уверена, что таких изумительных цветов никому еще не удавалось вырастить. Их обязательно захотят купить!
— Но кому мы будем продавать цветы? — возразил Горм. — Птицам? Болотным духам? Здесь, кроме нас, ни души.
— Найдем кому! — с жаром возразила Люда. — Эти цветы непростые. Они выросли на драконьем пепле! Они должны быть… особенными. Магическими, может быть! Мы найдем покупателей!
Мира молчала, переводя взгляд с Люды на Горма и обратно.
Но старика убедить оказалось не так-то просто. Полночи они проспорили, а на следующее утро Люда, не желая мириться с его скепсисом, предложила решение:
— Горм, выводи лошадку из конюшни. Она уже давно застоялась. Разомнетесь, а заодно осмотрите окрестности. Должны же и здесь быть где-то поселения, дороги. Ну хоть какие-то признаки жизни!
Старый солдат покосился на тощую облезлую клячу, потом на желтый туман за стенами, но спорить не стал. Молча подвел лошадь к высокому камню, служившему им колодой, и не без труда вскарабкался ей на спину. Тяжело вздохнув, лошадь неохотно побрела по увязшей в грязи дороге, по которой они сюда приехали.
Он уехал на рассвете и вернулся лишь к вечеру, усталый, перепачканный грязью, но с необычным выражением на лице — смесью надежды и тревоги.
Люда с Мирой, целый день не находившие себе места, выбежали к воротам его встречать.
— Ну что? — нетерпеливо спросила Люда, с надеждой глядя на него. — Нашел что-нибудь?
— Что там? — подхватила Мира, придерживая лошадь за повод, пока Горм спускался.
— Нашел, — буркнул он, соскальзывая на землю. — Только это не «что-нибудь». И нам там, скорее всего, не будут рады.
— Ну что там? Говори уже, не томи! — приплясывала от нетерпения Люда. Но старик смерил ее тяжелым взглядом и устало сгорбившись, побрел в дом. Люда и Мира заторопились за ним, с двух сторон заглядывая ему в лицо.
— В паре лиг к востоку, за холмом… там целое поселение. Большое. И непростое, —
Он сделал паузу, утирая лицо рукавом. Люда и Мира притихли, ожидая продолжения.
— «Легкие Крылья» — драконья лечебница. Госпиталь для крылатых. Тех, кто пострадал в боях или имеют увечья. Его построили здесь из-за серных источников — их пары, говорят, полезны для здоровья драконов, — поведал Горм, споласкивая руки в ведре с водой.
Лечебница. Для драконов. Люда замерла, сердце ее бешено заколотилось.
— Но вы, госпожа, рано не радуйтесь. Не будут они иметь дело с нами, — вздохнул он, стряхивая руки и усаживаясь к столу. Мира уже суетилась вокруг, подставляя ему котелок с похлебкой из корневищ рогоза и лука.
— Почему это не будут? — возмутилась Люда. — Если у них лечебница, им нужны лекарства. Ну… Травы какие-нибудь. Мы могли бы выращивать их на своей земле! Или они выращивают травы у себя?
Горм покачал головой.
— Травы-то им нужны. Очень. Но вокруг одна топь и ядовитые испарения. Ничего у них не растет, — произнес он невесело. — Но у нас они их покупать точно не будут.
— Да почему же! — рассердилась Люда. — Мы…
— Госпожа! — Горм вскочил из-за стола и опершись морщинистыми загрубевшими руками о стол наклонился к ней. — Проснитесь уже, наконец! Этот мир принадлежит драконам! А мы с вами всего лишь люди. Простые люди. И те господа, что держат лечебницу — они нас за разумных существ-то не считают. По их мнению, люди годятся только для одного: прислуживать!
— Прислуживать? — сощурилась Люда. — Значит, мы начнем с этого. А потом посмотрим.
Глава 8
Легкие Крылья
Идея была безумной. Чтобы выжить, нужно было раздобыть семян и еды. Чтобы раздобыть семян и еды, нужно было попасть в сердце ближайшей цивилизации — в лечебницу.
Повозка, та самая, что привезла их сюда, скрипела и кренилась на каждой кочке. Люда, закутавшись в свой колючий плащ, сидела рядом с мрачным Гормом. В руках она осторожно держала тот самый цветок «Пламя Феникса», который ей удалось вырастить. Бережно срезанный у самого корня отточенным ножом и завернутый в лучшую тряпицу из всех, что были найдены в старом сундуке, он был единственным их ценным имуществом. Единственным, что они могли предложить в обмен на еду и семена.
Лечебница «Легкие Крылья» поражала своими размерами, а главное — формой. Словно исполинский дракон расправил над болотом свои огромные крылья — именно такое впечатление производили высокие изогнутые башни, возносящиеся до самых облаков.
Снаружи лечебница была окружена высокими крепостными стенами. А ворот для въезда не было… Раскисшая дорога упиралась в глухую каменную кладку.
Люда удивленно повертела головой. Но Горм не растерялся. Сойдя на землю, он отвел лошадь в сторону от дороги и привязал ее к деревянной коновязи, явно рукотворного происхождения.
— Идемте, госпожа, — он протянул Люде руку, помогая ей спуститься. Старик так и не привык к ее новому имени, продолжая упрямо называть ее госпожой. И Люда уже больше не пыталась поправлять его. К счастью, относился он к ней без раболепия, а так, как относился бы к своей взрослой дочери. Обоих это вполне устраивало.
— Здесь нет ворот, и все драконы попадают внутрь через верх, — пояснил он, ведя ее вдоль стены.
— Но это же лечебница! — удивилась Люда. — Если дракон не может по какой-то причине летать?
