не показать своим видом, что мы в полной заднице.
Маттео вырвал листок из моих рук, и это заставило меня открыть глаза и посмотреть на Адриану, которая все это время молча наблюдала за мной, словно ждала ответа или какого-то признания. Ее нижняя губа задрожала…
Черт.
У меня возникло дежавю. Адриана выглядела точно так же, как в день, когда пустила в меня пулю: застывший взгляд, наполненные слезами глаза, дрожь во всем теле. Тогда она решила, что я использовал ее, но теперь… Я мог только догадываться, какие варианты она перебирала в мыслях. Единственное, в чем я был уверен, так это в том, что ее демоны восстали так же, как и мои.
– Выбрось из головы все, о чем ты сейчас думаешь, – выдохнул я, когда она позволила прикоснуться и соединить наши пальцы. – Я клянусь тебе, принцесса, что в этот раз ничего такого нет. Все, что ты прочитала в этой записке, – провокация. Чертов ублюдок просто пытается напугать тебя и вывести меня из себя. Он подначивает, используя все свои козыри. А самый главный рычаг давления на меня – это ты, потому что он знает, что теперь ты – моя слабость. – Я уткнулся лицом ей в колени. – Поверь мне, принцесса. Я люблю тебя. Я бы никогда не причинил тебе вреда. Больше нет.
Мне было плевать, что в комнате находились ее отец и телохранитель. Мне, черт возьми, было плевать на все в этот момент, потому что казалось, что весь мир вот-вот на меня обрушится. В очередной раз. Мне просто было необходимо, чтобы Адриана поверила. Я не мог допустить иного. Только не снова.
Я зажмурился. Сердце в груди громко стучало, а кровь в венах бурлила. Время тянулось слишком долго. Казалось, что прошла целая вечность, пока я ждал своего приговора.
– Я знаю.
Тихий шепот коснулся моего уха, и мягкие руки приподняли мою голову. Сквозь глубокое темное болото ее глаз прорывалась зелень леса. Глаза Адрианы блестели от слез, но в них не было больше сомнений – лишь вера и любовь.
– Я просто немного растерялась и удивилась, когда получила это. Но все хорошо, я в порядке. Клянусь.
– А у нас? – тихо спросил я, чтобы никто, кроме нее не мог услышать.
– У нас все замечательно, – уверенно улыбнулась Адриана.
Я потянулся к ней и оставил нежный поцелуй на ее мягких губах. Ее пальцы гладили мои щеки. И как бы мне ни хотелось окунуться в этот момент и остаться в нем, наслаждаясь этой девушкой, пришлось оторваться от Адрианы, потому что нам нужно было во всем разобраться.
– Алессио, – позади раздался голос Маттео. В нем сквозила угроза. – От кого это?
Я бросил на Адриану последний взгляд и поднялся, чтобы рассказать ее отцу обо всех записках, которые получили мы с Джоном.
– Я не знаю, от кого именно, но это не первая записка от Анонима. Все ранее полученные послания были также напечатаны. И все были без конкретной подписи или обратного адреса. Ничего. Никаких следов, отпечатков или каких-то других зацепок, по которым можно было бы установить личность отправителя, – рассказал я. – Он словно черная тень.
Мы с Маттео переглянулись – он понимал, что я имею в виду.
– И выглядел так же. Как тень: в черном плаще и черной шляпе, – добавила Адриана. – Еще он опирался на трость, и я подумала, что, скорее всего, это был пожилой человек, поэтому не стала возмущаться. Хотя он был достаточно быстрым для старика. И от него пахло чем-то приторным. Не знаю, чем-то похожим на какую-то траву или цветок.
– Гвоздика, – предположил я.
– Да, точно! – воскликнула Адриана. – Когда мы столкнулись, запах был первым, на что я обратила внимание.
– Принеси мне все записи с камер наблюдения по периметру и внутри кафе, где вы были. Допроси всех и узнай имена каждого посетителя за сегодня, – прогремел Маттео, отдавая приказ Энцо.
– Да, Маттео.
Энцо вышел, закрыв за собой дверь.
– Что теперь? – спросила Адриана.
– Тебе не о чем беспокоиться, милая. Ты не выйдешь больше из дома без моего ведома.
– Что? Нет. – Адриана вскочила с места. – Я не могу сидеть взаперти. Тем более что скоро рождественская вечеринка.
– Ни о какой вечеринке не может идти и речи. Я запрещаю покидать территорию особняка. Твоя безопасность важнее, чем развлечение для чертовых спонсоров с их грязными деньгами.
– Не говори так, папа! Это фонд мамы, и ты прекрасно знаешь, как он важен для меня. Не отбирай его, – просила она. – К тому же ты дал обещание, а сейчас вновь перекрываешь мне кислород.
– Адриана, это не обсуждается. – Маттео был категоричен и резок.
– Адриана, твой отец прав.
Она повернулась ко мне, ошарашенная моими словами. На ее лице застыло немое обвинение в предательстве.
– Угрозы стали поступать не просто так, а у нас ничего на него нет. Мне жаль, принцесса, но в ближайшее время тебе стоит побыть дома.
Адриана взяла меня за руки. Ее взгляд был полон уверенности, а голос – воинственности, которую я никогда раньше не слышал.
– Если у нас война и вы в ней участвуете… Если ты в ней участвуешь, то я буду стоять рядом и держать тебя за руку, а не прятаться за твоей спиной. Я Моретти, – она посмотрела на Маттео, – мы не прячемся, ведь так, отец?
На его лице расцвела гордость за свою дочь, и я сам ощутил то же самое. Теперь он видел, что Адриана больше не сломлена. Она пережила плохие времена, но теперь она сильна, как никогда.
– Я не идиотка и понимаю, что мне может грозить опасность. Но у меня есть вы и Энцо.
– Ты не сделаешь и шагу на улицу без сопровождения.
– Да, папочка. – Адриана прижалась ко мне, и я обнял ее, положив руку на бедро. – Спасибо.
– Я подготовлю для тебя кое-что, чтобы мы могли отслеживать твое местонахождение при необходимости, – добавил я.
– Чип? – Она округлила и без того большие глаза.
– Он будет незаметен, обещаю. – Я поцеловал ее в макушку и провел пальцем по бедру.
Адриана едва слышно замурлыкала и теснее ко мне прижалась, чем вызвала мою улыбку. Это не ускользнуло от орлиного взора Маттео, но я готов был поклясться, что уголок его рта слегка дернулся.
– В таком случае я оставлю вас. Мне нужно привести себя в порядок и немного поработать.
Она покинула кабинет, оставив после себя пустоту. Как только Адриана закрыла дверь, Маттео, не теряя времени, тут же пошел в атаку:
– Мне уже стоит готовить объяснение для своей дочери о том, куда и почему
