мне.
Идем на кухню. Принимаемся за еду. И сейчас мне все равно, что он смотрит. Как-никак, я голодная.
Поужинав, мы все вместе пошли чистить зубы. Он все время был рядом. Как бы я на него ни злилась, я вижу, что он старается. Правда, насколько долго его хватит — неизвестно. Демьян помогает Алисе, пытается даже как-то разговаривать со мной. Он меняется на глазах. За все это время, не считая того случая, он не приставал. Зная его, он мог бы это сделать. Ничто и никто ему не помешает. Однако нет, он ведет себя как обычный семьянин. Все его внимание приковано к Алисе и мне, без какой-либо пошлости. И теперь я в замешательстве. Ведь о таком муже и отце я всегда мечтала. Так почему я не могу радоваться или просто расслабиться? В ушах до сих пор стоят его слова:
— Вы с дочерью мне нужны.
И он нам нужен, как бы я ни пыталась это отвергать. Любовь трепещет в моем сердце, а в Алисином она и вовсе загорелась. Мы его любим. Дочь — детской любовью, я — нездоровой. Но любим! Поэтому прямо сейчас я решаюсь у себя в голове на отчаянный шаг:
Впустить его еще разок в свою жизнь.
Демьян, не подведи, прошу. Это будет твой второй шанс и последний. На большее меня не хватит. Сердце не выдержит, как бы сильно ни любило. Возможно, я пожалею. Но не попробовав, я буду жалеть еще больше.
Глава 24 Демьян
— Серег, помнишь Алену?
— Бывшая домработница?
— Да.
— И что?
— Пять лет назад она натворила дел, из-за которых в глазах Василисы я стал изменником. А для меня Василиса всегда была предательницей, которая хотела моих денег.
— Я так и знал! Говорил тебе, что это не Василиса, она не такая. А ты уперся тогда как баран! — эмоционирует друг. И он прав. Я поверил всем, но не своей любимой. — Как ты узнал?
— Она раскололась.
— Вот, сука! Я никогда не докладывался, что она такая ловкая. Так, подожди. Если Василиса не брала документы, а они пропали, значит, это Алена?
— Именно.
— Ха! Не верю! Нас все это время обводила вокруг пальца какая то домработница. Я сегодня же скажу своим людям, чтобы начали слежку за ней.
— Правильно. Как что узнаешь, звони.
— Окей.
— Брат, я скоро женюсь.
— Поздравляю! — пожимаем руки. — Василиса простила тебя?
— Не сказал бы. Но я сделаю все ради этого. Они с дочкой — весь мой мир.
— Понимай, что ошибки больше не простительны. Она не железная, не обижай ее.
— Ты всегда был на ее стороне, — подмечаю.
— Я всегда чувствовал, что она не плохая. Чуйка не подвела.
— Где же моя чуйка была? — задумчиво интересуюсь. — Я же всегда работал с ней, почему здесь она не подсказала?
— Потому что ее затмили твои чувства. Они оказались сильнее.
Друг оказывается прав. Еще раз.
Насчет фиктивного брака я ему не говорю, умалчиваю. Да, это в принципе и не нужно никому знать. Сам до конца еще не верю, что она будет полностью моей. На самом деле, она всегда принадлежала мне, но теперь все будет законно.
Вместе с моим ребенком они будут носить мою фамилию. Василиса и Алиса Доманские.
Основное чувство, которое охватывает меня, когда я думаю о Алисe, — это бескрайняя гордость. Эта маленькая девочка, моя принцесса, удивляет меня каждый день. Она умная, сообразительная, гораздо разумнее многих взрослых. Когда она нежно называет меня папой, внутри меня разгорается огонь — гордости и любви. Это изумительное чувство, когда понимаешь, что стал для нее опорой, защитником. Я хочу быть для нее хорошим отцом, хочу, чтобы она ни на минуту не сомневалась во мне. Я хочу, чтобы она могла на меня полагаться, чтобы могла всегда прийти за советом.
Я вспоминаю свое детство, ту беззащитность, которую испытывал, когда мне не хватало настоящего отца. Все страхи и переживания, которые осаждали мою душу, и сознание, что я один, без поддержки. Пора избавиться от этой тени.
Я хочу быть таким отцом, в котором сам когда-то нуждался.
Я доверялся Алисе, и с удивлением замечаю, как она начинает меня менять. Это явно заметно — с каждым днем я становлюсь лучше.
Подготовка к свадьбе идет быстрыми шагами, словно сама судьба подгоняет нас. Однако, помимо подготовки, я вовлечен в расследование. Ведь вокруг творится что-то темное и непонятное. Тех, кого Серый послал следить за ангаром, убили. Абсолютно всех. Каждый из них был жестоко зарезан, покромсан на кусочки. Эти уроды… Ярость нарастает, как буря внутри, и вместе с ней жажда справедливости. Мы не можем ухватиться за улики, чтобы разобраться с этим клубком лжи и предательства.
Дверь открывается, и в комнату заходит друг. Следующий день и следующие решения наступили.
— Привет. Мы кое-что узнали.
— Привет. Рассказывай. Виски?
— Нет, спасибо.
Я наливаю себе, в надежде хоть немного расслабиться.
— Помнишь Елену?
— Которая с Гошей крутилась?
— Да.
— Ну помню. А причем она здесь?
— Притом, что она является двоюродной сестрой Алены.
— Подожди. Чего?
— Да, Дем. Это так. Помнишь, когда допрашивали Елену?
— Да.
— И вспомни, как забегали ее глаза, когда я задал вопрос, помогает ей кто-то или нет.
— Точно. Мне тогда показалось это странным.
— Вот и думаю, что это была Алена. Сегодня будут смотреть ее дом. Что-то узнаем — сразу позвоню тебе.
— Окей. Жду на свадьбе.
— Хорошо, брат.
Он уходит, а я сижу и думаю. Сколько всего раскрывается вокруг, и везде мелькает имя Алены. Она оказалась на стороне, откуда я даже не ожидал. Не раз уже жизнь давала мне уроки, и сейчас, похоже, проверка не окончена. Я боюсь представить, к чему это приведет. Но нет, — страшно не так, как прежде. Я уже привык.
Жизнь часто подбрасывает мне разочарования и боль, как черные тучи. Но, с недавних пор, пришла радость и любовь. Я чувствую, что, возможно, это была проверка — и, видимо, я ее прошел. Я заметил, что когда Василиса появляется рядом, что-то начинает происходить. Все раскрывается, я начинаю видеть то, что было скрыто. Почему так? Может, она действительно помогает мне своим присутствием? Без нее я никогда не замечал этих мелочей, а сейчас, с ее присутствием, готов рассмотреть каждую деталь.
Я отработал до самого вечера, а затем направился домой. К свадьбе все уже было готово. Внезапно зазвенел телефон.
— Алло?
— Привет, милый.
— Я же предупреждал, чтобы ты исчезла!
— Значит так, да?! Когда ее не было, я тебе была нужна. Как
