с чем-то.» – быстро ответила. – «Я конечно понимала, что будет хорошо. Но это выше всяких похвал. До сих пор, сижу в шоке.»
«Ой-ой-ой, забирай себе, пока не украли. Такой мужчина нарасхват. Учитывая его губные способности, а что там ниже губ… боюсь представить.»
«Об этом ты не думай.» – быстро ответила я махая ногами лёжа на животе.
«Ревнуешь?» – отправила ответное сообщение подруга со смеющимся смайликом. – «Не переживай, твой Светлый мне не нужен. Своего счастья хватает. От него хрен избавишься.»
«Не думала дать ему шанс? Аркаша – неплохой, и относится к тебе хорошо. Ты подумай. Такие на дороге не валяются. Да и знаете вы друг друга достаточно близко.»
Катька начала заваливать меня сообщениями, которые полны негодования. Но я лишь довольно покачивала ножкой и рассматривала фото Светлого на одной из конференций. Пальцем, я обводила линию его острых скул, рассматривала его уверенную позу, где он сложил руки на груди, и всматривалась в его лицо с лёгкой усмешкой. До чёртиков красивый. Хоть и придурок последний. Даже не писал с самого утра. Режим заботливого и нежного Светлого – выключен.
– Валя, просыпайся уже! – резко постучал мне папа в дверь.
– Я уже!
Время, когда родители будили меня, чтобы я не спала до двенадцати прошло уже давно. Поэтому, папина забота меня немного напрягла. Ещё и голос у него какой-то нервный.
– Ну и молодец, – ворвался он в мою комнату.
Папа был при параде. Надел выглаженную белую рубашку и строгие брюки. Даже побрился и уложил немного посидевшие волосы.
– У нас какой-то праздник? – я села на кровать и весело начала смотреть на папу с неким недоумением.
– Именно, дочя, – нелепо улыбнулся папа приглаживая рубашку. – Ты тоже собирайся. Надень что-то красивое, ну как ты умеешь. Только без глупостей.
– И куда мы поедем? У кого из твоих многочисленных друзей день рождения или свадьба?
Я уже представила картину, как сижу за столом набитым едой, а рядом уже трётся сомнительный парень в попытке добиться моего внимания. А папа во всю выплясывает под пожилой шансон, пока мама пытается сделать вид, будто его не знает. Так проходит каждый праздник партнёров папы. Иногда, даже с дракой. Не без папиного участия.
– А вот и нет.
– Поминки?! – резко подскочила я подумав о бабушке, которую давно не видела. Папа не хочет, чтобы она появлялась в нашем доме. – Что-то с бабушкой?!
– Эта старушенция ещё меня переживёт, – недовольно выдохнул папа.
– Эта старушенция – моя бабушка и твоя тёща, – мягко улыбнулась я подойдя к зеркалу. В отражении на меня смотрела довольная Валентина, которая только вчера целовалась с Его Светлостью. И она всё ещё ждёт продолжения!
Папа цокнул и посмотрел на время.
– У тебя есть сорок минут. Жду тебя внизу.
– Мне нужно больше подробностей, – фыркнула я перебирая свои платья. – Мы поедем в ресторан или это просто званый завтрак с твоими партнёрами? Надо же знать, как одеться.
– Одевайся, как хочешь, – сказал у самого выхода папа. – Званый завтрак будет у нас дома.
– Как это? – выглянула я из-за двери личной гардеробной, к которой относилась с предельной нежность. Родители обустроили её мне ещё в двенадцать лет, когда наряды перестали помещаться в шкафу. Я любила в ней находится. Такая светлая, с подсветкой полок, с отдельными местами для обуви и многочисленных сумочек.
– Вот так, – ответил папа. – Твоя мать уже почти всё подготовила.
– Заставил её с самого утра стоять у плиты?
– Не надо тут мне, – недовольно фыркнул папа. – Я предлагал вызвать кейтеринг. Но ты знаешь свою мать… Я всё сама. Мне посторонние на кухне не нужны.
Я рассмеялась и занырнула вглубь вещей.
– Только быстренько! – закрылась дверь в мою комнату.
Мне всё не нравилось. Слишком яркое, слишком тёмное, слишком короткое. На глаза попалась спортивная кофта Светлого. Хотелось надеть её и носить целый день не снимая. От неё веяло уютом. Но момент неподходящий. Я аккуратно повесила её на вешалку рядом с хоккейной толстовкой и схватила первый попавшийся наряд. Это ведь не светская встреча.
******
Добавляя последние штрихи лёгкому нюдовому макияжу, я услышала, как к дому подъезжает незнакомая машина. Я подбежала к окну, но владельца новенькой белой Феррари так и не увидела.
Серьёзные дяденьки приехали на своих серьёзных машинках. Ничего нового.
Внизу послышались восторженные голоса и тяжёлые шаги. Я поправила обычное обтягивающее платье с опушенными плечами, надела новенькие туфли на тонком каблучке, сделала небрежный пучок и побрела вниз. Стараясь не свалиться кубарем с лестницы.
Глава 8
– КАК ВЫРОС! – восторженно похлопал папа по плечу какого-то молодого парня.
Выглядел он неплохо. Светлые волосы, голубые глаза, спортивная фигура с правильными чертами лица и высоким ростом. Золотая мечта любой девочки, которая в детстве мечтала о Кене на беленькой машине. Он слишком молод, чтобы работать с папой, но не слишком стар, чтобы оставить его без внимания. Деньги у него имеются, а значит – и связи. Это по мою душонку.
Глаза папы и моего нового друга остановились на мне. Папа одобрительно кивнул, а парень – оценивающе осмотрел меня с ног до головы. Будто я была на выставке ценных предметов.
– Это моя дочь, – быстро подбежал ко мне папа и положив руку на спину – аккуратно подтолкнув меня в сторону блондинчика. – Вы в детстве любили вместе играть в песочнице. Валька постоянно била тебя лопаткой по голове.
Я натянула улыбку и мягко протянула руку. Держать себя в обществе я умею.
Папе очень важно общественное мнение. Ещё в начальной школе, он решил, что его маленькая Валентина должна заниматься важными делами, а не играть с другими девочками в куклы. Шныряя без дела. Тогда он и отдал меня на пение, скрипочку и дополнительные языки. Оплатил лучших учителей. Чтобы у меня не было даже свободной минуты на мысли о чём-то, что может не понравится Валентину Оленьеву. Мне нравились языки, я ходила на них с удовольствием. В отличие, от пения. От моего визга трескались стёкла, а мышки хотели спрятаться по своим норкам. Учительница пыталась из меня что-то слепить. Но видя
