Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 141
Крис, который в этот момент пытается высушить волосы полотенцем, замирает.
— Что? — отрывисто выкрикивает он. — Что ты сказала?
— Я сказала, что больше не позволю себя использовать. Все, финиш. Между нами все кончено. Я не твой адвокат и не буду говорить с братом, улаживая твои деловые проблемы. Так что можешь убираться из моей квартиры прямо сейчас. И больше я тебя видеть не желаю.
Из меня чуть было не выскакивает слово «пожалуйста», но, пока оно колеблется на кончике языка, я все же успеваю затолкать его обратно.
После обильных слюнобрызг и воплей «а как же группа?», и «ты, развратная телка», и «можно, я хотя бы посушусь феном?», он покидает квартиру.
Распрощавшись с Крисом навсегда, я еще немного хнычу. От облегчения. Сайонара,[56] крошка! Вот она — сила слова! Да, возможно, это самые дерзкие, самые смелые слова за всю мою жизнь, но я-то знаю, что храбрость и глупость очень тесно связаны между собой. В данном, конкретном случае моя храбрость подпитывалась обыкновенным страхом. Я страстно желала, чтобы Крис оказался как можно дальше от меня, когда попробует взъерошить свои черные кудри и поймет, что тюбик «белой дряни» был вовсе не новым вонючим кондиционером, а самым что ни на есть лучшим и эффективным кремом для удаления волос, что только можно купить за 5 фунтов 99 пенсов. Вечная проблема с этими мужиками. Чересчур, блин, много о себе думают: мол, делать нам больше нечего, только наклейки читать.
— Доброе утро.
Это Энди. Он выскакивает из своей комнаты, в каком-то жутком халате в клетку и стариковских тапках, портя всю прелесть момента.
— Я действительно слышал, — он рисует в воздухе причудливую загогулину, — драму?
— Да, я только что выгнала Криса.
— И правильно сделала, — комментирует он, растягивая слова и изображая аплодисменты. — Давно пора. Туда ему, козлу, и дорога.
А затем дабавляет:
— Надеюсь, ты не сердишься, что я впустил его вчера вечером. Он сказал, что вы договаривались, а я так вымотался, что не смог защитить нашу крепость.
— О, ерунда, не бери в голову. Мм, наверное, он ужасно расстроится.
— Так ему и надо, — восклицает Энди, потирая щетину. — Ты для него слишком хороша. Полагая, что это комплимент, делаю довольную гримасу и говорю:
— Спасибо. Хотя я имела в виду вовсе не это.
И рассказываю про крем для удаления волос. Мы хохочем так громко, так заливисто, и я совершенно забываю, что отношения между нами вроде как должны быть неловкими. Энди исчезает в ванной, а я решаю вычеркнуть из жизни вчерашний хаос и начать все заново. Мудрость моего решения подтверждается в 9:31, когда раздается пронзительный телефонный звонок.
— Алло?
— Саймон?
— Нет, это Натали, — отвечаю я удивленно: неужели мой голос так похож на мужской?
— Да нет же, это я — Саймон.
— Ой! — вскрикиваю я.
— Натали, я хотел извиниться за вчерашнее. Мне ужасно неловко. Я вел себя отвратительно. Все эти подколки насчет женитьбы были для меня как, ну, как шок, что ли. В общем, я не справился с собой, но я не такой урод, как ты думаешь. Я постараюсь взять себя в руки, обещаю: больше никаких диких сцен, вроде вчерашней. Бабс — самая лучшая, а я вел себя как последний засранец. В общем, ну, пусть это будет строго entre nous,[57] ладно? Я могу тебе доверять? Ты ведь ничего ей не скажешь, правда?
Он что, совсем сбрендил?
— Саймон, — отвечаю я хрипло. — Вот те крест, и чтоб я сдохла! Клянусь, я никогда и ни за что не скажу Бабс, — и мысленно добавляю: «за какого идиота она вышла замуж». — Надеюсь, ты сейчас тоже говорил вполне серьезно, правда?
— Абсолютно, — отвечает он очень отрывисто и кладет трубку.
Сжимая нетвердыми руками чашку с мятным чаем, я благодарю Господа за ниспосланное спасение. И жили они после этого долго и счастливо. Однако рано я радуюсь: Небесный Хулиган еще не закончил. Минуту спустя телефон звонит снова. На сей раз это Франни.
— Я видела, — говорит она, — как ты целовалась с Саймоном.
Знаете, это все равно как пропустить на дороге другую машину вперед себя. Ты вовсе не обязана ее пропускать, но ты чувствуешь себя праведницей, тебе хочется, чтобы весь мир жил в гармонии, — и ты бескорыстно машешь рукой: мол, проезжайте! И что же ты получаешь взамен за свое беспокойство? Еще большее беспокойство. Сто процентов — ты впустила на свою полосу придурка, который будет плестись со скоростью пятнадцать миль в час, непредсказуемо тормозить перед несуществующими препятствиями, неуверенно подкрадываться к зеленому светофору, словно тот заминирован или рвать вперед, стоит тому смениться на красный. В результате ты непременно опоздаешь на важную встречу и, вполне возможно, даже понесешь громадные убытки в виде трехфунтового штрафа в видеопрокате.
Вот только сейчас все в миллион раз хуже. Я безмолвно смотрю на телефон и едва сдерживаю ярость. «Нет, Франни, ты ничего не понимаешь: предполагалось, что это все во благо!»
— Нет, послушай, — хриплю я, осознавая свое бессилие.
— Я видела тебя, — повторяет Франни. — И знаешь, что? Я думала о тебе намного лучше. Но я ошиблась в тебе, Натали. Оказывается, ты настолько одержима собственной персоной, что даже не в состоянии осознать всю безнравственность, всю порочность своего поступка.
— Но я же не…
— Пожалуйста! не! надо! делать! все! еще! хуже! пытаясь! защитить! себя! — выстреливает Франни одиночными. — Этому нет и не может быть оправданий.
Меня охватывает леденящий ужас. Это же Франни! Все, что вы скажете, может быть впоследствии использовано против вас. Поступаю так, как мне велят: то есть закрываю рот. Франни принимает мое молчание за признание вины.
— Ты, — добавляет она, — самый самовлюбленный человек из всех, кого я когда-либо встречала. Но, даже зная об этом, я все равно, ни на минуту, не могла допустить, чтобы ты…
— Нет, я не такая! — кричу я. — Я ненавижу себя!
— Чушь! — гаркает Франни в ответ. — Все твое существование крутится вокруг того, как ты выглядишь! Твоя игра в женственность уже переходит все границы! Ты самоопределяешься через мужчин! Живешь исключительно как объект мужских взглядов! Твое самолюбие подпитывается исключительно от пениса! Ты настолько ненасытна в своем самоутверждении, что на пути к поставленной цели готова даже переступить через фаллос мужа своей лучшей подруги!
Франни, — даже в этот момент я не могу не подумать об этом, — буквально зациклена на пенисах. Пытаюсь вставить слово:
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 141
