в частности, плотины. Была построена маленькая модель Днепростроя. <…> Это был настоящий маленький Днепрострой, умещавшийся на большом столе. Не было только воды. Но вот пустили воду в модель под определенным, заранее рассчитанным напором. «Днепрострой на столе» выдержал экзамен: модель во всех ее частях сдержала напор воды[170].
Пионер. Этикетка к конструктору. Харполиграф. Харьков, УССР. 1929
И действительно, Меккано позволял создавать самые разнообразные модели, воспроизводящие настоящие технические конструкции и принцип их действия. Так, например, основатель Центрального института труда (ЦИТ), разработчик и идеолог Научной организации труда (НОТ) Алексей Гастев и его коллеги использовали Меккано для создания инженерных моделей, в частности механизма социально-инженерной машины[171].
Энтузиазм власти и убедительные доводы ведущих инженерно-технических работников, разглядевших в Меккано «огромные образовательные возможности», в конечном счете привели к решению «широко поставить производство Меккано» в Стране Советов. В феврале 1929 года Харьковским металлоштамповальным заводом им. Медведева были выпущены в продажу первые комплекты «советского Меккано» «Пионер». Стоимость ящика с альбомом[172] составляла 3 руб. 50 коп. «Ящик ПИОНЕР выпущен в свет, американское Меккано пересажено на нашу почву»[173], – по-ленински рапортовал журнал «Знание – сила» (№ 4, 1930). В этом же году в Москве и Ленинграде «в массовом масштабе» был освоен к производству набор «Конструктор». В зависимости от размера, количества деталей и комплектации его цена варьировалась от 6 руб. 95 коп. до 11 руб. 30 коп.
Оборудование для производства «советского Меккано» на заводе № 8 «Конструктор». Ленинград. 1931
«Советский Меккано», вне всякого сомнения, – единственная игрушка в истории СССР, вокруг продвижения и популяризации которой была развернута беспрецедентная массовая пропаганда, напоминающая по своему напору и технологиям комплексную маркетинговую кампанию наших дней. Причем она не только предшествовала выпуску конструктора, но и сопровождала его в течение всех лет его существования, вплоть до ликвидации производства в 1939 году. «Перестройка нашей учебы по линии приближения ее к социалистическому строительству приведет к широчайшему использованию нашего советского Меккано, потому что оно основано на почти буквальном копировании машин и орудий труда. Краны, мосты, автомобили, станки, мельницы – вот чем пестрят рисунки, которые мы приводим в нашем альбоме образцов того, что следует строить», – пишет на страницах того же «Знания – силы» управляющий Госзаводом им. Медведева тов. М. Козлов.
Ящик набора «Конструктор». Один из первых наборов «советского Меккано». Завод № 8 «Конструктор». Ленинград. 1930
Интересна позиция автора другой статьи, не менее комплиментарно рассуждающего о пользе английского конструктора:
Комсомол и пионерская организация вместе с обществом «Техмасс» и инженерно-техническими силами должны провести общественную кампанию за Меккано. Общество «Техмасс» выписало из Англии комплект всех наборов Меккано и по получении их предполагает организовать ознакомление широких рабочих масс с Меккано. При поддержке рабочей общественности, несомненно, удастся добиться массового изготовления нашего советского Меккано и широкого распространения его.
Следует заметить, что в самом начале 1930-х было еще относительно безопасно откровенно проявлять энтузиазм и делиться восторженными откликами хоть и на присвоенную, но все же «буржуазную» игрушку. Тем не менее на всякий случай, для сохранения политического баланса и как бы пугаясь своего чересчур «независимого свободомыслия», вовремя спохватившись, авторы компенсировали хвалебную риторику, добавляя в свои тексты необходимую критику «чуждой идеологии». В результате таких ухищрений получались несвязные, весьма пародийные сюжеты, как например, фрагмент статьи некоего А. Финкеля «Советский Меккано» (1930). Приведу его полностью: «Очень хорошо получаются из Меккано модели кранов, тракторов, автомобилей, мотоциклеток, мостов, башен, различных станков, экскаваторов, аэропланов, всевозможных приборов для иллюстрирования законов физики и т. д. При помощи Меккано может быть представлена и военная техника: орудия, прожектора, броневики, пулеметы и т. д. Таким образом, буржуазия соединяет приятное с полезным: техническое любительство с военизацией молодежи. Ухитряются при помощи Меккано проводить и… религиозную пропаганду: так, одна из моделей изображает Георгия Победоносца, поражающего копьем дракона».
Не менее интересен пример статьи «О советском Меккано» в журнале «Советская игрушка» (№ 6, 1935). Автор обыгрывает сложившийся дефицит деталей, изо всех сил пытаясь донести до читателя мысль о том, что «конструкции из наборов возможны лишь при добавлении самодельных деталей» и в конечном счете это только «усиливает воспитательно-образовательное значение комплекса», в отличие от того, что происходит в капиталистическом мире, где «фабрикант старается дать ребенку все в готовом виде и свести игру к механической сборке».
Несмотря на все идеологические шпильки и язвительную критику, популярность «советского Меккано» продолжала набирать обороты. «Зайдите в любой из крупных магазинов детских игр, и вы увидите перед витриной с конструкторами шумную и взволнованную толпу детей и подростков. Нам приходилось видеть в толпе серьезных бородатых людей, которых привело сюда желание воплотить в действующую модель свои теоретические построения. И инженер-конструктор, и физик, и школа с дошкольными учреждениями – всё это потребители подобного товара», – сообщает тот же номер журнала.
Конструктор. Руководство к набору (фрагмент). НКМП РСФСР Главучтехпром. Завод № 8. Ленинград. 1930
Совершенно отдельной строкой в серию «советского Меккано» вписаны авиаконструкторы. В 1931 году, выступая перед делегатами IX съезда ВЛКСМ, нарком по военным и морским делам СССР Климент Ворошилов высказал идею шефства комсомола над советским Воздушным флотом. Партия сказала: «Надо!» Комсомол ответил: «Есть!» Так родился знаменитый лозунг: «Комсомолец – на самолет!», повлекший за собой массовое увлечение авиацией и огромный приток молодежи в ряды созданных по всей стране аэроклубов Осоавиахима[174], где каждый будущий пилот начинал свое обучение в секции авиамоделизма. Лучшим и «необходимейшим» пособием в коммунистическом воспитании юных авиаторов и развитии их начальных технических навыков был признан авиаконструктор Меккано. «Критически подойдя к использованию образов и взяв все лучшее из зарубежного опыта», советские производственники создали игрушку, отвечающую «культурным запросам миллионов пролетариев и трудящихся». Однако в результате единственным незначительным отличием коммунистического образца от буржуазного первоисточника была лишь этикетка, напоминающая о том, что в Стране Советов
нет игрушки отдельно для мальчиков и девочек, нет игрушки отдельно для города и деревни. Игрушка, прежде всего, едина по своему существу, она воспитывает человека – гражданина социалистического общества[175].
Авиаконструктор Meccano. Meccano Ltd. Англия. 1935
Авиаконструктор. Строительный ящик. Металло-штамповочный завод № 5. Харьков, УССР. 1936
Авиаконструктор. Руководство по сборке. Металло-штамповочный завод № 5. Харьков, УССР. 1936
Тем временем, не желая почивать на лаврах успеха, Фрэнк Хорнби задумывает совершенно новый конструктор, которому также было суждено завоевать сердца миллионов.
Начало 1930-х. Апрель. Стоял первый по-настоящему теплый солнечный день. То было время, когда британские мальчишки традиционно доставали
