Ерема вышел и тут же вошел Алеша. Он внимательно посмотрел на Василия и подумал, что со времени похищения покойной Анастасии Картымазовой он никогда больше не видел Медведева таким суровым и сосредоточенным.
После долгой паузы Василий вздохнул и сказал;
— Садись, Алеша, кажется, у нас появилось неожиданная и весьма непростая проблема. Я хочу посоветоваться с тобой о том, как лучше ее разрешить…
Однако, Медведев зря беспокоился, о том, что его сын Иван, посоветовавшись с Микисом, начнет разыскивать пропавшего Ерему.
Ивану к тому времени было уже не до Еремы.
У него начиналась СВОЯ, жизнь полная тайн и приключений.
Каждый проходит свой путь сам.
Глава первая
НЕНАПИСАННЫЕ ХРОНИКИ ОТЦА МЕФОДИЯ
Июль 1497 г.
Отец Мефодий, отслужив заутреню, уселся на лавку, открыл маленьким ключиком, который всегда носил с собой на шее, сундук, вынул оттуда свои тетради, чистые листы бумаги, и начал точить гусиное перо, обдумывая тем временем, то, что ему предстояло сегодня записать…
А подумать было над чем, потому что в последнее время произошел ряд событий, которые, вероятно, будут иметь огромное значение для всего Московского княжества, и он, скромный провинциальный служитель церкви, удостоился чести принять в них некое участие….
Мефодий заточил перо, но вместо того чтобы писать, углубился в воспоминания…
После отъезда из имения Медведева–старшего жизнь плавно текла своим чередом, и на протяжении последних полутора лет не произошло никаких особо важных событий, которые удостоились бы внесения в «чистовую» книгу. Ну, а в «черновую» Мефодий заносил всякие мало–мальски интересные события и происшествия вроде рождения сына Михаила у Филиппа Бартенева и его молодой супруги Дарьи, крещеной татарочки, которая раньше звалась Чулпан. Или вот, например, имевшего место несколько месяцев назад странного исчезновения одного из людей, работавших у купца Манина.
Но потом вскоре после нынешнего Рождества произошло сразу два очень важных события, об одном из которых не только можно, но и нужно было написать, зато второе относилось к разряду тех, о которых не только писать, но и даже говорить ни с кем не следовало бы.
Пытаясь восстановить в памяти, с чего все началось, Мефодий припомнил пришедшее с голубиной почтой краткое сообщение из Волоколамска. Иосиф писал, что вскоре Мефодий будет приглашен в Москву для оказания помощи в списывании важного документа, который сейчас готовит великокняжеская канцелярия, но по дороге пусть он заедет в Аристотелевку и вместе с хорошо ему известными молодыми дворянами выслушает того, кто принесет им определенную весть. При этом Иосиф рекомендовал Мефодию благословить молодых людей на их начинания, а у них, вероятно, возникнет такая потребность. Все это выглядело очень загадочно, и за долгие годы полного взаимопонимания в переписке с Иосифом, Мефодий впервые ощутил чувство беспокойства от непонимания задачи. Однако он успокоился, прочтя последние слова Иосифа: «…время все объяснит», поняв, что Иосиф лишь предупреждает его о каких–то готовящихся событиях, которые со временем прояснятся.
И действительно, вскоре после сообщения прискакал гонец из Москвы с письмом из великокняжеской канцелярии, в котором было сказано, что Мефодий, рекомендованный некоторыми церковными иерархами, как человек образованный, грамотный, а также имеющий очень красивый почерк приглашается в Москву для работы над документом державной важности. Таким образом, первая часть послания подтвердилась, и не успел Мефодий задуматься о том, каким же образом должна быть выполнена вторая часть задачи, как снова все само прояснилось.
На следующих же день после получения приглашения в Москву, Иван Медведев сообщил ему о том, что давний друг их семьи дворянин Аристотелев приглашает молодых Бартеневых, Зайцевых, Петра Картымазова, младших детей Леваша Копыта и его, Ивана, в гости — отпраздновать масленицу.
Осколки мозаики мгновенно сложились в голове отца Мефодия в целостную картинку, и он сообщил Ивану, что с удовольствием составит им компанию и провеет день–другой в имении Аристотелева по дороге в Москву, куда его вызывают для какой–то работы по переписи.
Иван очень обрадовался, поскольку искренне любил Мефодия (а особенно его дочь Людмилу), и вскоре отец Мефодий в сопровождении восьми молодых людей отправился в Аристотелевку.
Чего угодно ожидал Мефодий от этого визита, но только не того, что там произошло на следующий день.
В гостях у Аристотелевых находился только что прибывший из Москвы дьяк великой княгини Владимир Гусев.
Он отвел отца Мефодия в сторону и негромко сообщил ему, что прибыл сюда по поручению самой великой княгини, которая находится в тесном контакте с преподобным игуменом Волоцким Иосифом, и что он, Гусев, по поручению великой княгини должен сообщить нечто чрезвычайно важное, приглашенным сюда молодым дворянам, а игумен Иосиф поручился за то, что отец Мефодий является верным служителем церкви, достойным той тайны, которая вскоре ему откроется.
Осторожный отец Мефодий, несмотря на то, что эти слова полностью совпадали с письменными указаниями самого Иосифа, тем не менее, не ответил ни да, ни нет, а лишь склонил голову в знак понимания и удалился молиться.
Поздним вечером того же дня в атмосфере строжайшей тайны Владимир Гусев прочел собравшимся молодым людям письмо князя Василия, старшего сына Великого князя Московского Ивана Васильевича и великой княгини Московской Софьи Фоминишны, урожденной Палеолог.
В этом письме Василий сообщал о смертельной опасности, которая нависла над православной церковью и Великим Московским княжеством. Эта опасность по его словам исходит от тайных еретиков, которым удалось добраться до самого сердца державы — они опутали своими лестными речами даже великого князя, их ставленницей является еретичка Елена Волошанка, и если на престоле воцарится ее сын Дмитрий, также воспитанный в духе новой и страшной ереси, то это будет означать гибель православия на Руси и всего Московского княжества.
Гусев еще не успел дочитать письмо, как отец Мефодий все понял.
Он знал о том, как много лет игумен Иосиф идет по следам тайного и неуловимого братства, и только теперь становится понятным, почему так долго не удавалось выйти на их следы: оказывается, они находятся в непосредственной близости от великокняжеского престола и готовы его захватить.
