в запретные земли Антарктики. С первых же строк читатель оказывается в атмосфере предощущения катастрофы, зашкаливающей тревоги и ледяной безнадежности. Особенность авторской манеры в этом романе — тщательная детализация, псевдонаучная педантичность в описании местности, находок, техники (к примеру, аэросаней и буровых установок). Это придает нарративу правдоподобность, которую трудно оспорить; складывается впечатление, будто читаешь отчет настоящей экспедиции.
«Эти горы были похожи на циклопические твердыни трехсот миллионов лет, вздымающиеся над безмолвием мирового конца, и казались стражами того непостижимого, что скрывали подо льдами Антарктиды»[45].
Ученые из Мискатоникского университета отправляются в Антарктику в поисках образцов древней жизни. Первые главы насыщены техническими подробностями — от описания буров до психологических особенностей участников экспедиции. Ученые находят окаменелости и останки существ, не похожих ни на один известный земной вид, так называемых Старцев или Древних (Elder Things). Эти создания, как выясняется из фресок и рельефов, были архитекторами древней цивилизации, существовавшей задолго до человека. Лавкрафт описывает мегаполис — лабиринт куполов, пирамид, конических шпилей:
«Город тянулся вдоль Хребтов безумия на сотни миль… Сложены они были из огромных глыб — темных протерозойских сланцев. Преобладали конические, пирамидальные и террасированные формы…»[46]
Исследователи изучают барельефы, которые рассказывают о прибытии Старцев с другой планеты, их порабощении шогготов, войне с Ктулху, Дагоном и пингвинообразными Хозяевами бездны. Вся история земных цивилизаций оказывается всего лишь фрагментом далекого космического конфликта. Кульминация выстроена по классическим канонам жанра: исчезновение членов экспедиции, изувеченные тела, ощущение чужого разума, таящегося в подземных тоннелях. Дайер и Денфорт отправляются в самый центр города, открывая не только культовую архитектуру, но и свежие следы шогготов. Ужас достигает апогея, когда исследователи понимают: некоторые Старцы, погребенные миллионы лет назад, пробудились.
Иллюстрация к рассказу Г. Ф. Лавкрафта «Хребты безумия», 1934 г.
Lovecraft, H. P.; Brown, Howard V. At the mountains of madness. United States: Street & Smith Publications, Inc., 1936
А что же дальше? Ответ на эту загадку вы при должном усердии, разумеется, найдете самостоятельно в конце рассказа.
«…То была лишь тень невыразимой тайны, ключ к которой лежал по ту сторону тех невообразимых гор… тайны, по сравнению с которой даже древнейшие мифы казались мимолетными снами…»[47]
Основной посыл писателя — демонстрация ничтожности человечества, тщетности познания. Антарктика у Лавкрафта становится символом чужого, бесконечно древнего и неумолимо непознаваемого. В барельефах города возникает парадокс: исследователь может по каменным рисункам восстановить мифологию незыблемой эпохи, но каждое открытие оборачивается еще большей бездной непонимания и страха. Атмосфера нарастающего ужаса и невыразимой угрозы пронизывает весь текст — с каждым эпизодом тревога лишь усиливается. Многое остается лишь намеками: «нечто запредельное за горами», кошмарное видение Денфорта, который так и не в состоянии описать увиденное.
«Тень над Иннсмутом»
Главный герой повести, безымянный студент, интересующийся историей Новой Англии, решает посетить загадочный прибрежный городок Иннсмут, несмотря на предупреждения местных жителей, предостерегающих его от посещения этого места. С самых первых страниц писатель нагнетает напряжение: полуразрушенные строения, затхлый запах рыбы, безмолвные, окутанные мраком улицы, закрытые ставнями окна, пустые переулки — каждая деталь складывается в лавкрафтовский образ города как аномального живого явления, выбивающегося из привычного течения времени и человеческих норм.
«Начали попадаться покинутые фермы, потом появились жалкие лачуги со зловонными раскиданными рыбьими останками, а кое-где копошились безучастные, с лицами потусторонними и странными, люди»[48].
Попав в Иннсмут, главный герой все больше погружается в пучину отчуждения и чувства неминуемой опасности. Город почти вымер, а встреченные люди пугающе похожи друг на друга, обладая «узкими головами, выпуклыми, сверкающими глазами, плоскими носами и угловатыми движениями». Исключением является лишь клерк из соседнего Аркхема. Главный источник информации — местный пьяница по имени Зедок Аллен. Выслушав его рассказ об истории города, главный герой узнаёт о могущественном роде Маршей, о таинственном капитане Обеде Марше, заключившем сделку с обитателями морских глубин, а также об ужасающем культе Дагона с человеческими жертвоприношениями и поклонением древним рыбоподобным существам, известным как Глубоководные.
По мере развития сюжета раскрывается основная интрига. Марш, вернувшись с островов Тихого океана, привез не только богатства и веру в морских божеств, но и генетическое проклятие. Он привил местным культ жертвоприношений в обмен на процветание и бессмертие для своего рода и части жителей, решивших связать себя с мутантами. Гибриды в городе сначала выглядят как люди с физическими изъянами, но затем преображаются, с возрастом теряя человеческий облик и принимая форму, приспособленную для жизни под водой. Этот процесс — один из самых пугающих в рассказе: у «избранного» постепенно исчезает человеческая сущность, он трансформируется в нечто невообразимое и инородное.
Главный герой оказывается в западне: ночь, проведенная в мрачной гостинице, превращается в осаду, погоню по узким коридорам и улицам, где бродят и прячутся гибриды и их морские союзники. Герой слышит шаги, шорохи, шепот, видит жуткие лица в щелях, еле избегает преследования в темноте, перемещаясь из комнаты в комнату, спасается через тесные проходы, выбираясь из запутанных кварталов в сторону заброшенной железнодорожной насыпи, где ему чудом удается уйти от погони.
Иннсмут описан как символ деградирующего общества, когда-то благополучного, но поглощенного пороками извне и изнутри: алчностью, ксенофобией, желанием обладать сверхъестественной силой. Постепенный переворот сознания превращает рассказ из детектива в настоящий психологический триллер. Основные мотивы — деградация, опасность инцеста, социальная изоляция, страх перед чуждым. Однако Лавкрафт выходит за рамки расовых и этнических аллюзий, внося новый мотив в свое творчество — поглощение.
«И страх переходит в принятие. Я ждал невыразимого, и оно пришло ко мне…»[49]
Лавкрафт использует навязчивый стиль, подчеркивая детали деградации: бесконечное описание архитектуры, запахов, цветов, тумана, сырости, полуразрушенных улиц. Все пропитано ощущением распада — физического, психического, культурного. Семейное безумие, фамильные тайны и мотив трагичного наследия сочетаются с эпосом подводных городов и древних культов, а повесть становится метафорой отчужденности, страха перед внешним и внутренним «другим».
«Тень над Иннсмутом» (1931) прочно закрепилась в культурном коде хоррора: сама идея гибридизации человека с древними морскими существами, мотив города-призрака и преследующих культов, архитектурные и топографические детали — все это стало основой для множества подражаний, в том числе в кино и масскультуре.
«Ужас Данвича»
Действие происходит в глухой провинции Массачусетса, в мрачном, заброшенном Данвиче, окруженном дикими холмами и пустырями. В центре повествования — семейство Уэйтли, потомки чернокнижников и колдунов, живущие уединенно и вызывающие неприязнь и страх у местных жителей. Главный герой — юный Уилбур Уэйтли, рожденный при загадочных обстоятельствах уродливой альбиноской
