и не только по твоим заказам — знаю и про нападения в школе, и про то, что маньяк оказался не один. Отдавать туда Кенни мне уже не слишком-то хочется.
— Волшебники легко доживают до ста и даже дольше. Практически не болеют, могут обратно прирастить отрубленную руку или вылечить почти любое отравление. Мгновенно перемещаются в пространстве, умеют стирать память или наоборот, внушать свои мысли, на какое-то время оживлять неживое, — перечислил Кайнетт, не прекращая работы. Чем раньше он закончит с этими поделками, тем быстрее перейдёт к действительно важным вещам, да и времени мало даже с четырьмя часами сна раз в пять дней. — С другой стороны — почти полная оторванность от обычного мира и «магглов» с их прогрессом, жизнь по стандартам комфорта восемнадцатого века, разнообразные твари вплоть до драконов и ненулевой шанс встретиться с ними, это не говоря о риске новой гражданской войны за чистоту крови в ближайшие несколько лет. Тебе, как его отцу, решать — стоит ли оно того. Но как по мне — стоит, и даже более чем.
— И кстати об этом. Знаешь, Джеймс, у тебя, конечно, огромные проблемы со здравым смыслом и очень странные приоритеты, но ты не похож на человека, который испытал бы культурный шок при виде микроволновки или пейджера. При этом явно разбираешься во всей этой, — он широким жестом обвел подвал со стеллажами, верстаками и магическими кругами, — хиромантии. Возможно, только благодаря этому мы оба и живы до сих пор. Вот я и хочу узнать, смог бы ты его подготовить, прежде чем отпускать к этим волшебникам?
— Зависит от того, чего ты хочешь, — ответил Арчибальд медленно. Они оба понимали, что Альберт готов поставить себя в зависимое положение, отдав сына ему в ученики. И что бесплатно это никак не обойдётся. — Получить в итоге просто ещё одного волшебника, который будет иметь хороший старт и поддержку во время учебы, а после школы станет таким же обывателем с палочкой, которому важнее всего спокойная жизнь? Как большая часть магической Британии… Это не так уж трудно. Или речь идёт о полноценном маге, не скованном ограничениями местной традиционной системы и условностями Министерства? Я смогу и это обеспечить, но взамен попрошу куда больше. Подчинение приказам, постоянные тренировки и изучение нового, необходимость терпеть боль, без которой настоящая магия не существует. И так вплоть до того момента, когда уже я решу, что он готов дальше идти самостоятельно.
— А ты бы что выбрал для своего сына? — помолчав, спросил торговец.
— Второй вариант, что очевидно. Разве этот вопрос вообще нужно задавать?
— Вот как раз по поводу твоих приоритетов… А мне ещё нужно подумать.
— На это нет времени. Если ты в любом случае собираешься отпустить его в магический мир, то начинать нужно уже сейчас. Впрочем, волшебник не обязан быть магом, но маг в Британии должен быть ещё и волшебником. Потому начать им можно с одних и тех же основ, — предложил компромиссный вариант Кайнетт. — Так что можем выбрать день, я покажу ему магический квартал, помогу купить книги, объясню основы, а также научу паре не слишком опасных упражнений. А там уже будем к лету смотреть по результатам — насколько магия ему вообще нужна? Если не больше, чем другим, то и к чему тогда зря тратить силы? Я действительно могу научить кого угодно, но это не значит, что я готов работать с учеником, которому неинтересны мои уроки.
— Тогда так и решим. Созвонимся на следующей неделе, выберем день, когда у тебя не будет срочной работы, и отправимся вчетвером, — он кивнул на Лливелина.
— А вам можно туда идти? — предостерёг Лин. — Вряд ли волшебники отозвали розыскные листы всего за полтора года.
— Я ведь не зря сильно поработал над «имиджем», не говоря о документах и переездах. Официально я вообще со своей семьёй не живу. Ну а что касается внешности, во всяком случае, обычные полицейские не узнают.
Маг мысленно сравнил образ сидящего перед ним человека с тем, как Альберт выглядел во время их похищения триадой. Торговец немного сбросил вес, чуть подправил лицо хирургией и потом магией, отрастил бакенбарды и короткую бороду, к тому же полностью перешел с плащей на деловые костюмы. Узнать можно, но потребовалось бы достаточно внимательно вглядываться, чего от авроров вряд ли можно ожидать по отношению просто к отцу ещё одного магглорождённого. Так что риск не так уж и велик.
— Допустим.
— Тогда выберем день, и мы с Кенни будем ждать тебя в какой-нибудь забегаловке неподалёку от места вашего шабаша.
— Не вижу проблем, — согласился Арчибальд. Весьма логичный поступок Альберта — не допускать мага к себе домой. Даже без учета возможностей аппарации волшебников, поступать так в самом деле было бы уже преступно глупо. А затем он поинтересовался: — Кстати, почему Кенни?
— Зовут его так потому что. Кеннет МакДугалл.
— А, разумеется. Разве могло быть иначе?
***
Кафе для туристов, где предложил встретиться Альберт, выглядело непритязательно. Слишком много британских флагов, реальных и кем-то выдуманных гербов на пластиковых щитах, фотографий Биг Бена на стенах и прочего китча. Войдя внутрь, Кайнетт только поморщился, но вслух ничего говорить не стал, сразу поискал взглядом нужное место. МакДугалл с сыном обнаружились за столиком в дальнем углу, мальчишка выглядел даже младше своих десяти лет и был рыжим, да и на лицо при желании вполне сошел бы за очередное пополнение из семейства Уизли, только в форме какой-то «маггловской» частной школы. Если они заинтересуются сходством и начнут искать информацию о его семье, то это может доставить проблем.
— Закажем что-нибудь, босс? — негромко спросил за спиной Лливелин.
— В подобном месте? — пренебрежительно спросил маг, не оборачиваясь.
— А когда ты вообще ел последний раз? Позавчера? Зелья зельями, но так можно совсем себя загнать.
— Хорошо, выбери там что-нибудь поприличнее тогда, но не трать зря время, — велел он, направляясь к нужному месту. В чём-то ученик был прав — Кайнетт прибыл в Лондон неделю назад, и с тех пор есть и спать получалось урывками, а работоспособность он поддерживал эликсирами и магией укрепления и исцеления. Однако у них тоже есть свой предел.
— Джеймс, а ты на самом деле волшебник?! — выпалил вдруг Кенни, когда Альберт представил друг другу их, а также подошедшего Лливелина.
Арчибальд быстро огляделся по сторонам, но никакого внимания от немногочисленных посетителей не заметил. Либо к болтовне ребёнка никто не прислушивался, либо ей не придавали значения. Но всё равно, это было опасно.
— Да, — просто ответил он, затем взял со стола ложку, поднял перед собой и встал так,
