голову. Аня, Ким и Уайатт нашли свой путь.
И я хочу свой. С ней.
Я смотрю на нее.
— О нас.
Ее дыхание всё еще неровное, кожа всё еще горит. Но мой голос вернул ее назад, привязывая ко мне.
— О том, чтобы построить что-то наше.
Это не новая идея. Не для меня. Я уже говорил ей, что хочу семью, но в этот раз я не говорю о каком-то далеком дне. Не о гипотетическом будущем. Я говорю о «сейчас».
Лейла пристально смотрит на меня, приоткрыв рот, и мое сердце колотится в груди, пока я жду ее ответа. Знаю, она пытается понять, насколько я серьезен. А я предельно серьезен.
Она продолжает смотреть, губы разомкнуты, дыхание сбито. Я почти чувствую, как ее мозг обрабатывает мои слова, как их смысл проникает ей под кожу, просачиваясь в нее как что-то новое, неожиданное.
Я убираю прядь волос ей за ухо.
— Как насчет того, чтобы порадовать мою мать и наконец-то подарить ей внука?
Я чувствую, как она вздрагивает — почти неуловимо. Движение настолько крошечное, что любой другой бы не заметил. Но не я. Я знаю ее слишком хорошо.
Ее реакция сводит меня с ума. Я, Картер Резерфорд, человек, который всегда смеялся в лицо обещаниям, узам и историям, что длятся дольше пары ночей, сейчас держу в руках будущее. И у этого будущего самые красивые глаза, которые я когда-либо видел.
Я беру ее за руку и сжимаю в своих ладонях. Никогда бы не подумал, что однажды именно я попрошу ее о чем-то настолько масштабном. И всё же, вот мы здесь. Она — единственное «навсегда», которого я когда-либо хотел.
— Знаю, ты этого тоже хочешь. — Мой большой палец ласкает тыльную сторону ее ладони.
Я чувствую, как ее дыхание учащается. Ее тело неподвижно, но я знаю, что внутри нее всё несется вскачь. Всё меняется.
— И я не хочу больше ждать.
Она опускает взгляд, и на мгновение я боюсь, что «старая» Лейла снова заставит меня попотеть ради этого ответа. Что она возьмет паузу. Что оставит меня здесь, висящим на волоске, с замирающим сердцем.
Затем она поднимает голову и встречается со мной взглядом. И я понимаю, что ответ у меня уже есть.
Она улыбается. Тихо. Нежно.
— Ладно, Резерфорд, сделай меня беременной, — она говорит самую прекрасную, но и самую невероятную вещь, которую я когда-либо мечтал услышать.
Мое сердце пропускает удар. Не потому, что я не знал ответа, а потому, что эти слова делают всё реальным. Лейла не просто согласна. Она действительно этого хочет.
Я приближаюсь и прислоняюсь своим лбом к ее. А потом смеюсь, потому что то, как она это сказала, это так чертовски… в стиле Лейлы. Прямолинейно, дерзко, идеально.
— Можешь быть уверена, это первое, что я сделаю, когда мы вернемся домой.
В мой дом в Саут-Бэй, который теперь и ее тоже.
— Ловлю на слове! — восклицает она, подмигивая мне.
Я киваю и крепко обхватываю ее за талию, прижимая к себе.
— Ты же понимаешь, что это значит, что Дориан выиграет пари, да?
Она заливается смехом.
— Возможно, но я тоже выиграла.
И когда она целует меня, я понимаю, что она права. Мы оба выиграли. Я — ее сердце, она — мое.
Потому что жизнь — это как партия в покер: расчетливый риск, продуманный блеф, и ни одной ставки, которая не стоила бы того, чтобы ее сделать. Я всегда играл именно так — холодно, логично, никогда не ставя на кон всё. Потом появилась Лейла, мой самый непредсказуемый проигрыш, и обыграла меня с картами, которые я даже не брал в расчет.
Сначала я пытался сопротивляться, верить, что всё еще контролирую ситуацию, но это была крапленая игра с самого начала. И она была единственной, кто мог перевернуть стол, пустить прахом все мои убеждения одним лишь взглядом, одной улыбкой.
И знаете что? Мне плевать, что я проиграл.
Потому что Лейла — единственная ставка, которую я бы сделал снова. Всегда.
Notes
[←1]
Оксюморон — это стилистическая фигура, представляющая собой намеренное сочетание противоречащих, противоположных по смыслу слов (антонимов), создающее парадоксальный, новый образ.
[←2]
Трагифарс — это жанр драматического искусства, объединяющий элементы трагедии и фарса.
[←3]
Pro bono — это оказание профессиональной помощи на безвозмездной основе.
[←4]
Дискалькулия — это специфическое расстройство обучения, проявляющееся в стойкой неспособности к изучению арифметики, пониманию чисел, математических символов и выполнению вычислений
[←5]
Франжипани — тропическое дерево с изысканными, очень ароматными цветами, символизирующее бессмертие и часто используемое в буддийских храмах.
