Мин, – твое вечное, неискупленное чувство вины.
– Поехали, – расцепив кокон рук, закончил я.
* * *
Наш план дальнейших действий был надежен, как швейцарские часы, официально он звучал так: провести осмотр квартиры убитого; для меня же: совершить ритуальное паломничество к месту, где в последний раз бывал наш друг. Мне план не нравился, но после произошедшего на кладбище отказаться уже не представлялось возможным.
По дороге никто не разговаривал, все молча пялились в окна, пытаясь переварить сегодняшнее утро. Ким почти вернула себе облик Демоницы и даже порывалась закурить, но вовремя опомнилась: в машине сидела беременная Эмили. Я же воспользовался тишиной и временным отсутствием Мина, чтобы убедить себя… сам не знаю в чем. Мне просто было необходимо что-то, хоть какое-то разумное основание для участия в этом деле.
– Узнаю старого доброго Ларсена! – Я едва не подскочил на сиденье, когда голова Кэпа просунулась между мной и Вивьен. – Тебе всегда нужен чисто логический посыл? Обычных человеческих эмоций недостаточно?
«Каких еще на хрен эмоций?» – Идиотский внутренний диалог, по сути являющийся монологом, только сильнее раздражал.
– Ты в норме? – Вивьен повернулась ко мне, пытливо сведя брови. Я вновь невольно подметил: Бернелл только казалась рассеянной, на деле она была еще дотошней и внимательнее, чем Мин.
– Да, – сухо ответил я, кажется, не убедив ее.
– Разумеется, ты в порядке, – хохотнул Мин. Он был единственным, кто вообще был способен веселиться в текущей обстановке. – Подумаешь, нашел тело зверски убитого лучшего друга в мусорном контейнере, а потом присутствовал при его вскрытии. Что ты там про разумные основания говорил?
– Свали ты уже, наконец!
Кажется, это я сказал уже вслух…
Девочки разом глянули на меня, но я быстро сориентировался и влупил по клаксону, распугав водителей в соседнем ряду.
– Очень разумно, Ади, – не унимался кореец, развалившись на заднем сиденье.
«Неужели у меня такое невыносимое подсознание?»
– Это я еще не разогретый.
«Живым ты мне нравился больше».
– Адриан, если хочешь, мы можем сами, – проговорила Вивьен вполголоса, наклонившись ко мне.
– Даже не начинай, – отрезал я, не глядя на нее, и въехал на парковку.
Я мог хоть десять раз считать, что наше с Бернелл участие в этом деле не имеет никакого смысла, как и осмотр квартиры Мина, который лучше было сразу поручить криминалистам, но я еще не растерял последние мозги. Отпускать Веснушку туда одну, еще и в окружении Сатаницы и Демоницы, которые балансировали на грани истерики, я не собирался. Хоть кому-то нужно было оставаться спокойным и рассудительным.
– Это ты-то спокоен? – поинтересовался Мин. И, демонстрируя мою неправоту, кивнул на пустые лица девочек. Все же исходить рыданиями они, по крайней мере сейчас, не собирались.
– Хью, хозяин квартиры, дал нам разрешение осмотреть все, заодно поможем родным собрать его вещи. – Эмили говорила буднично, увещевая саму себя, что мы просто разложим книги по коробкам.
Как будто я не знал, что она начнет искать любые зацепки, которые помогли бы в расследовании.
– Он вечно пропадал на работе, мы управимся за полчаса. – Ким отошла подальше и чиркнула зажигалкой, но, словив на себе наши взгляды, буркнула: – Давайте уже покончим с этим дерьмом.
Мы подождали, пока Демоница докурит, и вошли в непримечательный дом, поприветствовав Хью. Им оказался моложавый мужчина лет сорока, вежливый, но немногословный. Хвала всем богам китайского пантеона: он удержался от нежелательных расспросов, лишь сухо ответил на вопросы Эмили – старая привычка копа.
Когда перед нами открылась дверь в квартиру, я ощутил прохладные пальцы Вивьен на своем запястье, но спешно сунул ладонь в карман и вошел вслед за Ким. Как она и предвещала, в квартире было практически пусто. Если не знать, что здесь кто-то жил, можно было бы предположить, что она просто обставлена под сдачу.
– Думал, это я – фанат минимализма, – неожиданно я вновь произнес это вслух.
– Ким, ты с какой комнаты начнешь? – Бернелл то и дело поглядывала на меня, но я сделал вид, что крайне заинтересовался обстановкой.
– С балкона. Я – курить.
Было сложно осудить Демоницу за этот порыв, я бы не отказался еще и напиться.
– Тогда с меня гостиная, посмотрю, может, он хранил дома что-то касательно текущих дел или вообще хоть что-нибудь, что подскажет, почему… – Паркер не договорила «его убили», даже ее профессиональной стойкости не хватило на это. Она просто прошла к столику и, покряхтывая, присела на жесткий стул.
– Тогда с нас спальня, – кивнула Вивьен.
В эту комнату хотелось заходить меньше всего: обычно в спальнях всегда витает этот запах… Не духи и не порошок, а просто запах, свойственный определенному человеку, и здесь он, сука, тоже чувствовался. В небольшой комнатке вообще собралось слишком много Мина, только здесь ощущалось, что он все же был.
– Мне было странно находиться в кабинете Ребекки после ее убийства. – Бернелл остановилась возле стула с небрежно брошенным на него свитером. Словно Мин просто переоделся после работы и пошел, например, заварить нам чай. – Каждый раз казалось, что она вот-вот войдет, рассердится, что я пришла в ее отсутствие, и начнет поправлять вещи, которые я якобы переставила.
– Я так больше и не заходил в спальню отца после похорон, – кашлянув, ответил и отвернулся.
Я сам не знал, отчего вдруг начал избегать ее взгляда. Возможно, не хотел, чтобы она видела меня таким, а может, боялся увидеть в ее лице отражение того, что происходило на моем. Потому просто переключился на бесцельный осмотр спальни.
Идеально заправленная постель, таких не встретишь даже на выставочных образцах мебельных магазинов, зарядка от телефона на тумбе, рядом – какой-то комикс с совершенно дурацкой обложкой, у кровати остро заточенный карандаш.
«Кэп читал перед сном, делал зарисовки? Представлял себя крутым гонщиком на мотоцикле, рассекающим ночной город в объятиях красотки Ким? А потом? Поставил телефон заряжаться, проспался, передумал надевать скучно-синий свитер и влез в какой-нибудь скучно-серый? Черт, на нем ведь даже была не его собственная одежда, когда мы его нашли…»
– А что это такое? – Вивьен заинтересованно разглядывала небольшой столик у стены, на котором были расставлены странные фигурки и курильница в традиционном восточном стиле.
– Китайский вариант домика для Барби, – неуклюже пошутил я. Бернелл улыбнулась, но не слишком весело. – Шэнькань, домашний алтарь для поклонения предкам и божествам рода.
Я подошел ближе и взял крошечную фотографию парня, немногим младше меня сейчас. На нем была кожаная куртка на пару размеров больше и майка без рукавов. Даже на выцветшем изображении можно было различить татуировки, украшавшие тело парня до самой шеи. Он явно пытался казаться крутым, вот только лицо его
