ты меня задушишь!
– Не пущу! Лиз, ты что, совсем очумела? Это ж самый настоящий, взаправдашний волк!
– Да какой там настоящий? Это же наш Сероволков!
– С чего ты взяла? По-моему, обыкновенный волк. Точь-в-точь такого я видела в Москве, в зоопарке, в клетке.
– Это еще надо разобраться, кто там у вас в Москве, в зоопарке, в клетке сидит.
– Да ну тебя! Ты еще целоваться к нему полезь.
Лиза фыркнула и критически оглядела пойманного в капкан зверя.
– Да ну, ерунда! Не может быть, чтобы простой волк. С такими-то глазами!
Глаза и впрямь были человеческие. В них светилось отчаяние и такая злость на весь мир, что Аня не выдержала и отвернулась.
– Ну хватит! – Лиза сделала решительный шаг вперед.
Волк рявкнул, и она опять отскочила.
– По-моему, он тебя сейчас сожрет.
– Да ну что ты! Просто он обиделся, и больно ему. Слышь, Серый, кончай выпендриваться. Ну чего ты как маленький…
Волк весьма внушительно и грозно рыкнул.
– Лиз, ну даже если ты права и это в самом деле Сероволков. По-моему, он вовсе не хочет, чтоб мы его спасали. Пойдем лучше отсюда, а?
– То есть как это «пойдем»?! А его, что ли, здесь оставим?! Не, ну как это! Что ж мы с тобою не люди, что ли?
И Лиза снова шагнула навстречу волку:
– Серый, ну ты что? Ну ты офигел, что ли, на людей бросаться! Я-то тебе что сделала? Ну прости, если какую глупость сказала! Если честно, ты мне даже нравишься. Ведь ты ж на самом деле неплохой парень. Просто придуриваешься иногда. А так-то ты…
Волк внимательно вслушивался в каждое ее слово. На этот раз он дал Лизе подойти совсем близко, сесть рядом с ним на корточки и заняться капканом.
– Сейчас, миленький, сейчас, хорошенький, потерпи немножко, тьфу, да что ж эта пружина такая тугая, мать ее ети…
Наконец капкан звякнул и железные челюсти выпустили лапу на волю. Волк потряс лапой в воздухе, разгоняя кровь. Разбежался, подпрыгнул, лизнул Лизу в самые губы, прянул в кусты и исчез.
Лиза потрясенно уставилась на Аню:
– Нет, ты видала? Я только сказала, что он мне немножко нравится, а он… Да, такому палец покажи – зараз полруки оттяпает!
– Легко! – согласилась Аня.
Остаток пути девочки прошли молча. Лиза всю дорогу задумчиво посасывала травинку.
* * *
Издалека Третьи Горемычки казались картинкой из детской книжки. Разноцветные домики с двускатными крышами и резными наличниками на окнах сбегали по косогору к реке, где женщины, в три погибели согнувшись, полоскали с мостков белье. Стадо рыжих коров паслось поодаль на зеленом лужке. Сверху, на косогоре, белела длинная ферма. Во всем небе было ни облачка, и щедро светило золотистое солнце.
Когда девочки подошли, волшебство рассеялось. Из-за всех заборов дружно взлаяли собаки, и стало заметно, что краска на домиках облезла и облупилась, а сами домики покосившиеся, кривые.
– Лизутка! – крикнула с мостков высокая полная женщина в зеленом платке с красными цветами. – Вот нечаянная радость! А мы тебя раньше субботы не ждали. Дочушка, дополощи бельишко. Час, как пора на ферме быть, а его еще вона сколько!
Не дожидаясь ответа, женщина разогнулась, швырнула очередную отжатую тряпку в стоящую перед ней корзину, легко, несмотря на дородность, спрыгнула с мостков и понеслась вверх, распуская на ходу заткнутый подол.
– Ни здрасте, ни до свиданья! – пробурчала себе под нос Лиза, покорно занимая мамино место и поддергивая повыше узкую джинсовую юбочку. – Точно она меня утром сегодня, а не неделю назад последний раз видела.
– Тебе помочь? – спросила участливо Аня.
– А сумеешь? Смотри, я буду полоскать, а ты отжимай и кидай вон туда, в корзину. Вдвоем, глядишь, к обеду управимся.
Белья было много, причем все в основном большое, громоздкое. Аня с непривычки замучилась, особенно со шторами и пододеяльниками. От холодной речной воды застыли и занемели пальцы.
«Интересно, – думала Аня. – Вот, оказывается, как мучились люди до изобретения стиральных машин. Непонятно, правда, зачем я сейчас так мучаюсь, когда они давным-давно изобретены! Почему Лизины родители не купят стиралку?»
Закончив, девочки ухватили тяжелую корзину за ручки, отнесли во двор к Лизе и развесили белье позади дома для просушки. Сушилки у Лизиных родителей тоже не было.
Откуда ни возьмись, понабежали со всех сторон Лизины сестренки-братишки. Все как один рыжие, щекастые, конопатые. Аня, как ни старалась, не смогла запомнить, кого как зовут и кому сколько лет. То вместе, то поврозь висли они у Лизы на шее, и каждому было от нее что-то надо – кому косу переплести, кому резинку на рогатку натянуть, кому занозу из ноги вытащить.
Подошло время обедать. Вернулась с фермы Лизина мама, достала из печи горшок с кашей. Послала Лизу в погреб за маслом и молоком. На длинном столе расставили яркие глиняные миски. Все сели по лавкам и дружно застучали ложками, то и дело подливая себе молока из пузатого кувшина и заедая кашу толстыми ломтями домашнего хлеба.
Обилие еды вернуло Ане хорошее настроение. Она сидела на скамейке перед домом, лузгала семечки и вполуха слушала Лизины сетования, что вот отец-то, оказывается, еще с утра ушел с мужиками во Вторые Горемычки кому-то из тамошних дом ладить и, похоже, дотемна уже не вернется. Стало быть, придется им все-таки здесь ночевать. Зато завтра, если повезет, отец подкинет их обратно на тракторе.
Аню, уставшую за день, такая перспектива нисколько не огорчила. Она, если б не комары, была б сейчас совсем счастлива. Лиза же, похоже, не на шутку расстроилась.
– Ну вот, – бурчала она, сплевывая аккуратно в ладонь подсолнечную шелуху. – А я-то надеялась, сегодня еще голову успею помыть.
– Так помой здесь, какая разница? В общаге же тоже вода холодная!
– Но там ее хоть на себе таскать не надо. На мою косу не меньше двух ведер зараз уходит, да и греть воду на печи куда дольше, чем на газу. Не, на фиг! Перетерплю как-нибудь до завтра.
Аня про себя восхитилась подружкиными мужеством и стойкостью. При таких обстоятельствах она б давно налысо обрилась!
– Лизутка! – высунулась из окна Лизина мама. – Я обратно на ферму! А ты, как время придет, керосину в лампу подлей, а то там со вчера еще все повыгорело. И нагар с фитиля, перед тем как зажечь, сними. Забыла уже, небось?
– Ланна! – лениво откликнулась Лиза.
– Керосину? В лампу? – на сей раз Аня по-настоящему изумилась. Она о таком до сих пор только в книжках читала.
– Ну да. – Лиза досадливо передернула плечом. – Когда электричество везде проводили, не
